Мезозой. Дилогия (СИ)
Неторопливым шагом Кирилл миновал автопарк — широкую асфальтированную стоянку и огромный ангар-гараж. Охваченная для порядка обычным сетчатым забором территория пустовала, весь рабочий транспорт отправился на объекты, а остальные автобусы, машины, тракторы и что там у них еще есть находились под крышей, ожидая своего часа.
За пятнадцать минут Кирилл достиг научного городка. Нет, его теперь уже бывшей бригады здесь сегодня не было. От нее остались лишь целые, новенькие ограждения и идеальный порядок. Видимо, Оллис все же устроил взбучку бедолаге Шабловскису, и ребята уволокли все потенциально привлекательные для зауроподов ветви деревьев куда подальше.
По пути Кириллу пару раз встречались рабочие, отряженные в ряды «муниципальной службы». Они прибирались на территории — иной раз мусор все же встречался — и заодно распыляли всюду специальное вещество. Оно отпугивало насекомых и мелких ядовитых ящериц, которых так и манили побочные эффекты человеческой цивилизации. Говорили, что одно время чешуйчатые крохи повадились даже пробираться в мусорные баки, если те закрывали недостаточно плотно, и пристрастились к сладостям. В итоге одна из самых отважных проныр попыталась слопать шоколадку, положенную работником на лавочку.
Он успел пару раз откусить, а потом кто-то позвонил ему на КПК, и парень не придумал ничего лучше, как положить распечатанное угощение на скамейку. Завершив разговор, он увидел, как его прелесть пожирает мелкая хвостатая рептилия ярко-фиолетового окраса. До сих пор местные палеозоологи не могут понять, почему же ящериц так тянуло на сладкое, причем только этот конкретный вид, но суть не в этом.
Рабочий попытался небрежно смахнуть наглую морду, а та возьми да тяпни его за палец. Изловчилась ведь, хоть и все равно в итоге улетела в сторону и удрала восвояси. А укушенного бедолагу потом три дня откачивали в лазарете. Яд оказался невероятно сильным, пострадавший то и дело впадал в тяжелое забытье, а в итоге получил частичную амнезию. Ходят слухи, что головные боли мучают парня до сих пор, даже на Земле. С тех пор вот и добавили в смесь от насекомых еще и средство от ловких ящерок, с легкостью пролезающих сквозь ячейки сетчатой ограды.
Уперев руки в бока, Кирилл встал и поднял лицо к небу. Такое же голубое, как дома, совсем и не отличишь. И дышится хорошо, даже лучше, чем раньше. Воздух девственно чист и прозрачен, человек еще не успел здесь ничего изменить. И славно-то как, тихо…
В выси кружили знакомые уже рамфоринхи. Кирилл примерно прикинул их расположение и пришел к выводу, что они летают на Черроу. Рыбачат, наверное, чего еще с такой мордой делать. Реки и озера — их стихия, как и моря. Этим животным сейчас хорошо и привольно, хоть их закат уже совсем близок. Место этих красавцев займут более совершенные виды — птеродактилевые и птицы. Пока здесь обнаружили только археоптериксов и еще один вид птиц, на Земле неизвестный, но здесь, судя по всему, имеющий немалые перспективы.
Звонко перекликаясь, рамфоринхи прыснули в стороны, точь-в-точь мелкие суетливые рыбы, улепетывающие кто куда от брошенного в воду камня. Здесь, правда, причина имелась действительно уважительная.
Раскинув широченные крылья, по небу парил невероятный колосс. Кирилл с трудом представлял себе таких существ на земле (хотя, после лусотитана все возможно), а уж в воздухе и подавно…
На фоне красных рамфоринхов этот дракон казался мрачным великаном, черным грачом среди воробушков. Он действительно затмевал собой здешнее солнце и даже один из двух спутников, неплохо заметных днем. Ящер преимущественно парил, лениво совершая редкие взмахи, и двигался он действительно быстро. Рамфоринхи, поспешившие очистить небо, его совершенно не интересовали. Черный ящер стремился на запад к одному ему ведомой цели.
Кириллу хорошо запомнилась сужающаяся, очень длинная морда, в самом конце венчающаяся хорошо заметным килем.
Прошла минута или полторы, и исполинский птерозавр исчез за верхушками могучих деревьев, напиравших прямо на ограждение Гросвилля. И чего их не спилят? Видимость бы значительно улучшилась.
«Ничего», — утешил себя Кирилл. — «Это совершенно нормально, что в новом месте много вопросов и мало ответов. Это нормально».
Он развернулся и направился обратно, думая, чем бы себя занять. Сзади раздался шорох, легкий, едва слышный, будто кто-то осторожно раздвинул ветви кустарника, так же, как и деревья примыкающего к ограждению с внешней стороны. С запозданием в пару секунд Кирилл обернулся, но никого не увидел. Бойцы на ближайшей башне, расположенной метрах в ста, и бровью не повели — они продолжали всматриваться куда-то вдаль, держа бинокли у лица и о чем-то негромко переговариваясь.
В затылке неприятно закололо, словно неведомый зверек заскребся с внутренней стороны черепа. По спине пробежал холодок. Нечто подобное было в поезде, по пути сюда, когда Кирилл засыпал…
Он встряхнул головой, отгоняя наваждение. Получилось. Дабы убедиться, что все в порядке, Кирилл подошел к зарослям и решительно раздвинул ветви. За кустами ожидаемо никого не оказалось. Что ж, показалось. Ничего страшного не произошло. Долгая дорога, акклиматизация, стресс — мелкие «галлюцинации» могут возникнуть у кого угодно.
Пожав плечами, Кирилл продолжил путь.
56
Торчать в комнате было бы глупо, и до самого обеда Кирилл просидел на лавочке в парке, который открыл для себя случайно. Он помнил, что на инструктаже вскользь упоминали об этом месте, но как-то упустил из виду, и, прогуливаясь вокруг спортивного центра, заприметил аккуратный прозрачный колпак высотой метров семь-восемь. Из чего бы ни было сделано это сооружение, оно содержалось в идеальной чистоте, и нет ничего удивительного, что Кирилл его не заметил раньше — стекло из-за отсутствия грязи и пыли стало «невидимым», и создавалось впечатление, что оазис земной флоры стоял здесь просто так, посреди мезозойского пейзажа.
В парк — территорию размером примерно пятьдесят на пятьдесят метров — вела обыкновенная дверь, возле которой находилось считывающее устройство, тоже почти прозрачное, если не считать золотистого чипа и маленького экрана. Получив данные с карты Кирилла, оно послушно отомкнуло замок, и дверь отъехала в сторонку.
Кирилл очутился среди привычной земной природы, встречающейся в средней полосе. Здесь были и знакомые ему молодые березки, и юный дуб, и цветущие кусты шиповника, трава, наконец, имелся даже прудик, правда, совершенно безжизненный. И насекомых на кусочке родной планеты, похоже, не водилось, что можно отнести только к преимуществам.
Устроившись на лавочке, Кирилл ушел с головой в прихваченный из комнаты КПК. Энциклопедию флоры и фауны он прочесал вдоль и поперек, а потом увлекся местным форумом, оказавшимся неожиданно активным. Беспроводная внутренняя сеть покрывала весь городок, и люди могли беспрепятственно обмениваться сообщениями и фотографиями.
На форуме, впрочем, ничего особенного не отыскалось — так, праздная болтовня, пожелания руководству и раздел анонимных мнений о сотруднике, не содержащий никаких сообщений. Кирилл понимающе ухмыльнулся. Да уж, анонимная ветка, как же. Вычислить, с какого устройства отправлен отзыв, раз плюнуть, а потом хлопот не оберешься. Прокси-серверов здесь нет и не предвидится, так что, однажды раскритиковав руководство, потом хлопот не оберешься.
КПК дважды тоненько пиликнул, и на дисплее высветилось новое сообщение. Кирилл открыл его. Писал чокнутый ученый Вит.
«Привет, видел тебя в городке. Приходи в любое время, посмотришь на наш экзотический зверинец. Не пожалеешь!».
И чего это он так привязался? Наверное, этому затворнику просто не хватает человеческого общения. По нему видно, что он с придурью, чего и говорить, вот и цепляется за каждого. Ладно, один-то раз сходить можно, хуже не станет. К тому же Кириллу и впрямь было интересно, что же у них там за местный зоопарк. Пока воочию он имел счастье лицезреть лишь длинношеего гиганта и прожорливых птерозавров, но ведь здесь водится много других интересных зверей, согласно энциклопедии — не меньше трехсот видов. Любопытство подтачивало, хотелось как можно скорее отвлечься от всех дел насущных и поглазеть еще на что-нибудь эдакое.