Мезозой. Дилогия (СИ)

Завидев приятеля, общение с которым в последние дни складывается из редких встреч и обрывочных бесед, Сеня оставил свою леди и поспешил за стол к Кириллу. Марья провожала его взглядом, в котором не осталось ни крохи былого холода. Наоборот, прекрасные очи лучились искренним теплом. Кажется, она на самом деле влюбилась.
— Готов? — ожидаемо спросил Сеня. Дребезжание голоса выдало его волнение.
  
— Конечно, — как можно небрежнее отозвался Кирилл, отправляя в рот кусок шоколадного торта — кажется, это была «Прага», его любимое лакомство. Он просто не смог удержаться и взял себе небольшую порцию, буквально на один зуб. — Ты больше меня дрейфишь, или мне кажется?
— Не кажется, — подтвердил догадки Кирилл Милан, как всегда собранный, спокойный и чрезвычайно прямой в выражении собственной точки зрения.
Только сейчас Кирилл заметил, что серб очень странно ест. Абсолютно всю мало-мальски твердую пищу он разрезал на очень маленькие кусочки, и лишь затем отправлял в пищевод. Должно быть, у парня одна из этих странных фобий, когда человек панически боится подавиться и дробит все подряд.
— Ну, еще бы, — от переизбытка чувств Арсентий даже всплеснул руками. — Тебе, может быть, начистят морду перед всем честным народом, ребра поломают, а ты сидишь тут, чаи гоняешь и в ус не дуешь. Не, я поражаюсь, терминатор просто какой-то. Мне же потом перед твоей мамой ответ нести…
— Да о чем ты? Мне в ж не впервой драться на ринге, — Кирилл пожал плечами и вгрызся в булку с черничным джемом — сегодня его невыносимо потянуло на сладкое, пора бы сворачивать такой ужин. — Правил не будет, правда, но ничего, разберусь. Вы Иона этого видели?
— На работе мужики говорили, что он весь день в зале проторчал, — хмуро ответил Милан. — Я с его братцем в шестой бригаде, мы как раз парк строим.
— Парк строите? — удивился Кирилл.
— Ну да. Но я тебе потом расскажу. Набей морду этому удоду, буду тебе по гроб жизни благодарен. Он мне чуть полбашки не снес.
— Ага, — Кирилл с подозрением прищурился. — А ты увернулся, как заправский ниндзя.
— Повезло, — Милан простодушно улыбнулся. — Иногда так бывает.
Сеня непонимающе смотрел то на одного, то на другого — он-то был не в курсе всей ситуации, но посвящать его сейчас было некогда.
Оставив Милана доедать, Кирилл отправился в комнату. Сеня вызвался составить ему компанию. С некоторым удивлением Кирилл осведомился, не разобидится ли дама сердца на то, что рыцарь ее оставил, но обиделся неожиданно Арсентий.
— Да достал ты, Киря, — начал он гневную отповедь. — Ты — вечный бобыль и зануда, но ты мой друг, понял? И я тебя переделать ни разу не пытался, заметь. А ты беспрестанно ворчишь. То не так, это не эдак, или как там говорится. У меня, может, никогда такой любви не было — че лыбишься, я не шучу, вообще-то! Нет бы за меня порадоваться, а не дуться!
Кирилл невольно задумался. А ведь в словах этого обалдуя есть рациональное зерно. Уж слишком Кирилл его критикует. Ну, пропадает с девчонкой — и пусть, он всегда таким был. Может, на самом деле теперь что-то серьезное, дольше, чем на две недели — одна почти миновала, причем благополучно.
— Ну, ты прав, — со вздохом признал Кирилл. — Встречайтесь, любите, конечно… И никакой я не бобыль, у меня вообще-то несколько лет подруга была.
— Но сплыла, — безжалостно подметил Сеня. — Причем не так уж и недавно. А ты ничего в своей жизни не поменял.
— А ты? Поменял разве что-то?
— Я-то был всем доволен, — у Арсентия вырвалась добродушная ухмылка. — Слушай, дружище, хватит собачиться, а? Тебе через полтора часа одного кретина мутузить, а это, согласись, отнимает силы. Еще на Марью все засматривается, козлина…
— Что ж, Сеня, спасибо за поддержку. Пойду немного отдохну да начну разминку.
Возле корпуса они разошлись. Кирилл направился в номер, Сеня — обратно, к Марье в столовую, и никто из них не заметил, что Ион слышал каждое слово, стоя возле приоткрытого окна своей комнаты и наблюдая за друзьями с третьего этажа. Вслед уходящему Арсентию он посмотрел холодным, злым взглядом. Иону не понравилось услышанное.
  
53
 
Как ни крути, а от мандража до конца не избавиться. Кирилл это усвоил давным-давно и сильно не старался унять волнение, сосредоточившись на качественной разминке. Он следовал привычному тренерскому рецепту, давая нагрузку в направлении «сверху — вниз». Сначала разогрев шеи, затем идет плечевой пояс, локти и кисти, следом — спина и так далее, вплоть до стоп.
Закрывая глаза, Кирилл направлял все внутреннее внимание на упражнения. Волшебным образом это напрочь отвлекало от лишних тревог, вытесняло ненужные мысли. Наконец, когда в холле жилого корпуса на часах высветилось «двадцать часов двадцать минут», Кирилл легким бегом двинулся к спортцентру.
В висках застучала кровь, по рукам и ногам разлилась прохладная ядовитая слабость, но все это пройдет, как только Расим даст команду. А еще густая жара рассеялась, появился даже приносящий свежесть ветерок. С каждой минутой тяжелеющее солнце спускалось все ниже, грозя вот-вот исчезнуть за редкими верхушками деревьев. Откуда-то со стороны леса, из-за ограды, доносилось мелодичное стрекотание местных насекомых. В самом Гросвилле их не было — каждый квадратный метр городка обрабатывали спецсредствами.
Увидев, что ринг вынесли из зала на улицу и установили на лужайке, неподалеку от уличного бассейна, Кирилл витиевато выругался. Еще бы трибуны расставили, гады, на фонарь ведь не поскупились, подсветили настил как сцену.
Народу собралось столько, что им уже никакие удобства в виде сидений им не требовались. Пришел буквально весь Гросвилль, даже охранники на близлежащей башне махнули рукой на свои служебные обязанности и вооружились биноклями. Вот ведь дармоеды, а если сзади торвозавр нагрянет?
Настораживала и карета «скорой помощи». Красно-белый микроавтобус скромненько стоял за углом спортивного центра, так, что из толпы его было особенно и не рассмотреть. С одной стороны, это хорошо, что врачи рядом, но с другой — что же за бойня сегодня намечается?
Пожалуй, в этот момент Кирилл озадачился, как никогда раньше. Это что же, выходит, как в Древнем Риме? Все хотят хлеба и зрелищ, выставив гладиаторов драться без правил? И это в наши-то благополучные сытые дни. Нет, люди совершенно не меняются…
Победитель получает все — читай, отличные деньги на должности охранника, а второй, он же проигравший, лишается половины зарплаты. Ладно хоть Цезаря нет, никто не ткнет вниз большим пальцем, другой рукой отпуская кровожадных псов с поводка. С другой стороны, для многих в нынешних условиях потеря пяти с гаком тысяч евро, в общем-то, равносильна мучительной смерти.
— Молодцы, никто не опоздал — вместо приветствия сказал Расим, когда Кирилл пробился сквозь улюлюкающее скопление людей к рингу. Ион уже был здесь. На руках — тонкие накладки, на причинном месте — «ракушка». При виде такого странного выбора обмундирования у Кирилла возник вполне резонный вопрос.
— А для чего «ракушка»? Шлема не будет?
— Шлема не будет. А «ракушка» дарит тебе надежду, что достоинство будет спасено даже после прямого и хорошего попадания. Драка без правил, не забывай. У нас не секция бокса, нам нужны люди решительные и универсальные.
— Понял, — быстро Кирилл — ему не понравился напор, четко проскальзывающий в последних словах начальника охраны, но и спорить совсем не хотелось. Он начал нацеплять обмундирование. Ввиду отсутствия раздевалки Кирилл прикрепил ракушку прямо на шорты, хоть это и выглядело идиотски. Но соперник сделал так же, что немного успокаивало.
  
Ион испепелял Кирилла вызывающим взглядом, но последний не реагировал на это. Он хорошо знал такие штучки, многие люди (и не только в спорте) порой неосознанно прибегают к подобным приемам, надеясь своей железобетонной уверенностью сломать оппонента еще до столкновения. Так они невольно сообщают о своем страхе. Это как некоторые виды животных, отпугивающие оппонента одним лишь внешним видом в битве за самку.