Выбор портального мага (СИ)
После чего Ворон схватил пациентку за подбородок и прижал её голову к груди стража. Оттянул вверх плотно сомкнутое веко, посмотрел, залез пальцами ей в рот, надавил на шею, заглянул во второй глаз. Удерживая пальцы у Ланы во рту, Верн несколько секунд внимательно разглядывал всё больше хмурившегося Криса. Наконец, сделал шаг назад, вытер руку о штанину и мотнул головой в сторону лазарета. Страж повёл плечами, подхватил рыжую на руки, и широко зашагал в указанную сторону.
Инди посмотрела на Рина, который опять сидел сгорбившись и продолжал чертить что-то на песке, не обращая внимания на красные капли, падающие на песок рядом с его пальцами — кровь струилась из прокушенной губы. Перевела взгляд на застывшего мраморной статуей Эвана, чей цвет лица не сильно отличался от белой колонны, на которую тот недавно опирался. Ворон широко улыбнулся не знавшей, как на это всё реагировать, Инди, и заявил:
— М-да. Легко не будет. Впрочем! Мы же любим находить всевозможные трудности! А эта трудность прям на уровне! Прям трудность-трудность! Да-да, прям всё как мы любим! Что же, за сим откланиваюсь, меня ждут мои пациенты! Да-да! Пациенты-ы-ы. По моим прикидкам, Криса хватит лишь до стойки администраторов в лазарете. А там и ему достанется парочка моих пузырьков!
И, отвесив шутовской поклон, заложив большие пальцы за края карманов, Ворон подчёркнуто неспешно направился за выходившим за пределы арены Крисом. Холодный ветер донёс звуки залихватского мотивчика скабрезной песенки, которую синий рыцарь в чёрных перьях старательно высвистывал.
Инди проводила его взглядом и задала Эвану вопрос, не особо рассчитывая на ответ:
— Какого рзаца вы творите?
Принц усмехнулся и задумчиво проговорил:
— Да. Легко не будет.
И направился к противоположному от лазарета выходу, бросив через плечо:
— Завтра сбор после обеда, у меня в кабинете.
Инди посмотрела на Рина — тот продолжал сидеть и водить пальцами по песку. Закричала удаляющемуся Командующему:
— Ну уж нет! Меня не ждите! У меня отгулы и свидание!
Уже зная, что от Рина ничего не добьётся, прошипела под нос витиеватое ругательство, и побежала в сторону выхода из портального комплекса.
* * *Ворон двигался к медицинскому сектору нарочито медленно, отставая от спешащего впереди Криса, и стремительно продумывал порядок действий. Суета убивает точно так же, как и промедление. Опасность отложена минут на десять, нужно действовать быстро и безошибочно. С эмоциями разберётся потом. Или никогда.
Машинально отметил, как мышление привычно реагирует на экстремальную ситуацию, натренированно распадаясь на параллельные потоки.
Один поток просчитывает дозировку и порядок введения растворов и лекарственных средств, выстраивая их в последовательные схемы.
Второй листает вбиваемый ежедневно в память список всех доступных ресурсов медсектора. Сопоставляет наличие с требуемым первым потоком. Подтверждает возможность использования или подбирает аналоги, что иногда перестраивает целые комплексы схем лечения, подобранные первым потоком.
На сформированные комплексы третий поток поднимает списки личного состава, кто сейчас на смене, кто за что отвечает, кто какую схему сможет отработать максимально эффективно и с минимальными рисками. И двигает по схемам фигурки спецов, распределяя риски, закрывая слабые места.
Не зря. Ох не зря он так мучается! Полтора года. Дважды в день по полтора часа утром и вечером. Под маскирующие звуки лопающихся шариков до тошноты и слезящихся глаз пялится в планшет. Фиксирует и запоминает каждую коробку, ампулу и спеца. Обновляет мысленную копию всех ресурсов лекарского сектора в голове.
Этот процесс был болезнен. Нуден. Невыносим. И капитально портил его и без того паскудный характер.
Но Ворон готов это терпеть. Он не позволит больше никому уйти за грань из-за того, что под схему тщательно подобранных лекарств не хватило последней ампулы. Или от того, что опытная медсестра ушла в отгул, а её заменяет криворучка, испортившая последнюю пригодную под схему вену.
Он не позволит больше уходить из-за этого.
Никому.
А сегодняшняя парочка явно собралась к рзацу в глотку. И будь он чуточку циничнее и более деформирован, развернул бы личный портал и направился в одно из своих убежищ. Оставляя этих придурков самим разбираться с надорванными абиссальными связками.
Только нет здесь способных этот феномен купировать.
Ну, хорошо, есть кому. В пятнадцатом секторе хватает профи посильнее Ворона. Он себя адекватно оценивал. Хватает. Но ни один не вывезет в текущей ситуации. Не в такие сжатые сроки. И не с отсутствием времени на передачу вводных.
Поэтому придётся частично поломать столь тщательно выстраиваемый образ и пойти на некоторое раскрытие личной информации.
Оно того стоит. Сегодня никто не уйдёт за грань. Всё остальное поправимо.
* * *Перед Вороном распахиваются автоматические двери, пропуская готового к одному из сложнейших своих сражений синего рыцаря.
Раскрывшая огромные крылья сила Ворона просачивается. Взгляды спецов отцепляются от шатающегося Криса с обмякшим телом Ланы на руках и устремляются к входящему в комплекс в боевом режиме магу.
Ворон щёлкает пальцами застывшему рядом офицеру. Указующий жест на оседающего Кристофера с одним словом.
— Лови.
У офицера вытягивается лицо, но он бросается к теряющему сознание империал-старшине, из последних сил держащего драгоценную ношу, ловит и осторожно укладывает на пол.
Ворон в прыжке перевешивается через административную стойку. Под изумлёнными взглядами администраторов стремительно выстукивает по клавишам пульта серию комбинаций. По комплексу негромко, но отчётливо и требовательно звучит сигнал одного из высших уровней опасности.
«Вот так!» — думается Ворону. Пусть знают. Ведь следующий по уровню за введённым кодом означает масштабное вторжение иномирян, приступивших к истреблению всего живого. А финальный, кажется, падение солнца.
Ворон хватает коммуникатор общей связи. По комплексу начинают разноситься его усиленные чётко проговариваемые команды. Имена, фамилии, инструкции немедленно прибыть в фойе, указание требуемых медсредств, инструментов, приборов.
На пятой фразе он замолкает. Здесь, в фойе, трое из названных сотрудников. Они не двигаются с места и смотрят в коридор управленцев. Ворон переводит туда взгляд и тяжело оглядывает вышедшего из своего кабинета начальника медицинского комплекса.
Сурового вида генерал, полностью седой, с безобразным шрамом на щеке и живыми яркими глазами цепко оглядывает происходящее и явно принимает решение. Его крепкая ладонь сжимает генеральский коммуникатор общей связи.
Генерал рассматривает Кристофера и Лану — они лежат на полу, и цвет кожи сливается с белоснежной напольной плиткой. Продолжительно рассматривает что-то над неподвижными телами и вокруг них. Несколько долгих секунд оглядывает Ворона.
По общей связи звучит глубокий командный голос.
— Говорит начальник медслужбы портального комплекса пятнадцатого сектора генерал Станислав Эрнов. Подтверждаю правомерность введения тревоги уровня Ка-Эй-86.
Ворон перетекает в боевую стойку и впивается взглядом в продолжающего внимательно его рассматривать и говорить в коммуникатор начальника медслужбы.
— Подтверждаю полномочия империал-лейтенанта Вернона Маркова, чьи приказы вы только что слышали. До моего особого распоряжения вся ответственность за режим Ка-Эй-86 возложена на империал-лейтенанта Вернона Маркова. Всему персоналу подчиняться империал-лейтенанту немедленно и беспрекословно. Предоставлять Ворону все запрошенные ресурсы в требуемом объеме, без дополнительных запросов и подтверждений.
В наступившей тишине раздаётся громкий шёпот:
— Империал-лейтенант Во-о-о-рон Ма-а-а-рков.
Звук шлепка, и сдавленный кашель.
Ворон таращится на генерала с совершенно ошалевшим и безумным видом.