Вильгефорц из Литтл Уингинга (СИ)

Использовать как либо полученную информацию бессмысленно. Люпин умеет делать свою работу, мне лично не мешает. Главное, чтобы он не забывал про своё зелье. В любом случае, данное знание — сомнительный козырь, и вскрывать я его не намерен, пока оборотень не перейдет мне дорогу.
Школьная жизнь не стояла на месте, мчась впереди ожиданий учеников. Хогвартский турнир по квиддичу ещё не окончился, предстоял последний матч. В финале турнира Когтевран встретился с Гриффиндором. Рон Уизли оказался неплохим ловцом, а вкупе с новой метлой проявлял настоящие чудеса полёта, что позволило грифам выиграть у Пуффендуя.
Как и на прошлом матче, небо не сверкало синевой. В грозовых тучах то и дело мелькала молния. Стоило командам выйти на стадион, как пошёл мелкий, моросящий дождь. А главное не поставишь никакого щита, чтобы капли воды не раздражали. Колдовство против правил, могут заметить. Дождь мотивировал меня закончить матч как можно быстрее, а не прозябать, зарабатывая простуду.
Как только начался матч, я уже по классике, на максимально доступной мне скорости, погнался за снитчем, машинально отмечая его неадекватное поведение. Вместо того, чтобы двигаться на заданной производителем скорости в пределах стадиона, снитч рванул вверх. Сократить расстояние между мной и артефактом, никак не получалось. Внезапно я почувствовал холод, необычный, потусторонний. Рукоять метлы заледенела.
Используя предвиденье, я акцентировал внимание на снитче, не забывая об остальных участниках. Нападение дементоров не стало неожиданностью для меня. Очевидно же, что Сириуса Блэка нет рядом со мной, а значит целью являюсь я! Такое стерпеть — себя не уважать. Теперь у меня прибавились вопросы к министерству магии.
— Экспекто патронум! — Достав палочку, что воспрещается турнирным кодексом, я вызвал телесного патронуса. Беркут из чистого света закружил вокруг метлы, испуская круговые
энергетические волны, отталкивающие всю нежить.
Зрители на трибунах задрав головы вверх, потеряли из виду ловца Когтеврана, а потом увидели, как сквозь серые тучи проступает яркий свет. Неужели конец этой пасмурной погоде — подумали некоторые. Увы, нет. Вслед за слепящими лучами серебристого света, из тучи вынырнули десятки дементоров, бежавшие от чего-то, или кого-то.
— Патронус… — Тихо вымолвил Дамблдор, тщательно вглядываясь в хмурое небо.
На дементоров с тучного неба пикировал ослепительной красоты беркут с размахом крыльев в пять метров. Ученики, не понимая происходящего, вжались в трибуны, стараясь не отсвечивать. Профессура наоборот, направила волшебные палочки на летящих тварей, готовые в любой момент поддержать чужой патронус своими. Не пришлось. Беркут за считанные секунды прогнал всех дементоров и принялся кружить вокруг стадиона.
— Где Поттер? — Спросил Северус.
Следуя за своим патронусом, на квиддичное поле опустился и Гарри Поттер. Он странно летел, с каждой секундой все быстрее теряя высоту, но перед окончательным приземлением ловец Когтеврана вскинул над головой зажатый в руке золотой снитч. Трибуны Когтеврана взорвались аплодисментами.
В сорока футах над землей, когда управление метлой окончательно отказало, Гарри Поттер спрыгнул с метлы и без применения палочки пролевитировал до земли. Усиленный сонорусом голос разнесся до каждого зрителя:
— Вот это настоящее соревнование!
  
Глава 32 Точка зрения
 
Оказаться снова перед очами великого чародея Дамблдора — то что мне нужно меньше всего для поддержания инкогнито. Уже в третий раз я присутствую в его кабинете. Только однажды я был тут по своей воле, из-за нужды. Каждый раз, когда сталкиваюсь с директором, на лестнице, в коридорах Хогвартса, или на очередном матче, я чувствую, что конспирация трещит по швам.
Нет, старик не пытается лезть мне в голову. Легиллимент его уровня не станет целенаправленно копаться в мозгах детей, это ниже собственного достоинства, но слушать поверхностные мысли себе не запретишь. Побочный эффект легиллименции, это неосознанное волшебство. Для опытного волшебника самые яркие образы и мысли — почти что фоновый шум, от второго я застрахован, как и от легиллименса. В природе перерожденца есть своя изюминка. Как маг, я последователь двух совершено разных подходов к колдовству. Я могу защитить свои мысли классической магией разума, а могу довериться окклюменции. У меня есть выбор, чего остальные маги в принципе лишены.
 
Чародеи Британии не смогут повторить мои трюки даже с палочкой, ведь для этого им потребуется сначала изучить Неверлендский подход к волшебству. Это неосуществимо. Я же, благодаря учителям, книгам, и волшебной палочке, могу колдовать без подозрений в свою сторону. Именно поэтому Дамблдор, величайший волшебник, не сможет при всем желании, имей он такое, прочесть мои мысли. Директор Хогвартса на один способ колдовства позади меня. Но много ли надо умному человеку?
Я допускаю ошибки в детских поведенческих нормах. Один, два, три раза старый хрен может и закрыть глаза, убедив себя в чем-то. Мальчик себя плохо чувствует после нападения призрака Реддла или столкновения с дементорами. Я даже специально скопировал поведение Джеймса Поттера, сгладив углы наследством матери. Уже не задира альфа самец, однако боже упаси тронуть Поттера.
В кабинете, помимо его основного постояльца, собрался основной профессорский состав. На повестке дня обсуждается предположительное нападение дементоров на ловца Когтеврана. Диспут шел почти час, из которого половину времени разговор шёл на повышенных тонах. Директор негодовал. Он опять поверил мне на слово, или просто искал повода выкинуть нежить из своего замка?
— Не спешите с выводами. Мальчишка мог соврать. Мы все свидетели, как он не был в состоянии догнать снитч. Вероятнее всего, он просто воспользовался моментом, когда снитч скрылся за облаками. Тогда то он и ускорил себя заклинанием, поймав снитч. Мистер Поттер использовал Патронус для отвода глаз.
— То есть, снитч не превышал допустимую регламентом скорость полёта, а дементоры оказались в опасной близости от учеников совершено случайно? Тут мне виднеется злой умысел, а как по вашему, профессор Снейп? — Спросил Люпин.
— А я и не утверждаю обратного, профессор Люпин. Просто Поттер не мог не воспользоваться ситуацией, чтобы в очередной раз прославиться.
— Кхм… Хм, — поспешил вмешаться старик, пока беседа не войдет в прежнее русло. — А что скажешь ты, Гарри?
— При всем моём уважении к профессору Снейпу, он не объективен.
Все поняли, что я имею ввиду, кроме Снейпа. Декан Слизерина воспринял моё молчание неправильно. Наверняка он подумал, что я боюсь его учительской власти, ибо он может затаить обиду, принижая мои достижения на поприще зельеварения. Что же, если он действительно замыслил подлость, то уважать этого человека я перестану окончательно.
— Поттер, вы невоспитанный смутьян, как и ваш отец…
— Хм, хм, — опять прокашлялся Дамблдор. — Я спросил о дементорах и снитче. Мы с трибун, увы, мало что заметили. Как по твоему, что случилось?
— Я не знаю, но думаю нападение дементоров в поезде и на стадионе связаны. Без помощи профессора Люпина я вряд ли бы спасся. Он научил меня патронусу, благодаря чему я сейчас сижу здесь, а не растекаюсь кровавой лужицей на зелёном фоне. Спасибо, профессор Люпин.
— Ну, моей заслуги тут немного. Телесному патронусу я не обучал, всего лишь пара советов… — Люпин стушевался под концентрацией нескольких пар глаз.
— Директор Дамблдор, а Сириус Блэк мог приказать дементорам напасть на меня?
 
— Исключено. Приказ на патрулирование территории вокруг Хогвартса дементорами исходит от министра Корнелиуса Фаджа, но боюсь, мальчик мой, он не тот человек, который замыслил недоброе.
— У Сириуса Блэка может быть сообщник. В конце концов, он единственный беглец из Азкабана. Авроры выдвинули предположение, что без посторонней помощи тут не обошлось. Может ли этот добродетель, быть высокопоставленным работником министерства, или невыразимцем…