Вильгефорц из Литтл Уингинга (СИ)

Когда я возвращался в дом Дурслей, чемодан с расширенным пространством пришлось нести телекинезом. Облегчающие чары уже не спасали, забитый под завязку чемодан приходилось тащить магией. Заниматься алхимией в доме Дурслей я не стал, не то место, не то время. Для этого есть выручай-комната и моя спальня в Хогвартсе, поскорей бы туда вернуться.
Через четыре дня я завершил сделку по продаже бриллиантов и теперь могу забыть о деньгах, Лютом переулке и мутных личностях на следующие годы. После получения миллиона на руки, мне советовали уходить трансгресией, даже чары со здания сняли по такому поводу. Я отказался. Только глупец станет телепортироваться, когда ему добровольно отключают анти-портальную защиту. Скрытые настройки могут переадресовать входящую точку портала куда угодно. Я предпочел добираться домой пешком, и к моему удивлению никто за мной не увязался.
Каникулы подошли к концу и на станции Кингс-Кросс я держал в руках уже два чемодана. Всё что я купил не помещалось в один чемодан, пришлось взять второй, зачарованный лучше первого по части облегчающих чар. Стоил он ощутимо дороже, но, как говорится — десять тысяч крон большие деньги, сто тысяч ещё больше, а миллион — это возможности. Правда, пришлось использовать дезиллюминационное заклинание и скрыть второй чемодан, чтобы не привлекать лишнего внимания.
Я оделся в мантию невидимку, замаскировав её под школьную мантию. В ходе проведенных экспериментов я выяснил порог устойчивости артефакта к вредоносным чарам, оставшись довольным результатом. От серьезных чар не спасет, но сможет защитить от всяких огненных шаров низкой мощности или обездвиживающих заклинаний, дав время принять соответствующие меры.
Под невидимостью я прошмыгнул в вагон поезда и нашел свободное купе в вагоне Когтеврана. Неофициально вагоны разделялись между факультетами, исключения делались только для неопределенных первокурсников. Когтеврану достались первые, наиболее близкие к головному вагону, дальше шли грифиндорцы, пуфендуйцы и в конце слизеринцы.
Я надеялся на тишину и покой, хотелось расслабится, подвести некий итог под прошедший год. Когда поезд тронулся, я уже было обрадовался отсутствию посторонних в купе, как те не заставили себя ждать.
— Поттер! — Удивился Драко Малфой, увидев меня тут.
— Драко.
В его голове заработали шестеренки, а я увидел помимо двух амбалов Крэба и Гойла, что всегда шастают с блондином, ещё двух девушек за спинами парней. Прочитав мысли слизеринцев, я узнал, чего они так далеко от своих забрались. Все места уже заняты группами по интересам, а пятерка слизеринцев тоже образовала такую группу, и они хотели свой укромный уголок. И вот перед белобрысым предстал выбор.
— Выметайся отсюда Потер, найди себе другое место.
— Моё почтение Драко.
— Чего?
— Осознано пойти по пути наибольшего сопротивления. Надо быть весьма целеустремленным молодым человеком, чтобы решиться ступить на извилистую дорожку.
— Ты со мной общаешься, Поттер?
— А с кем же ещё, ты видишь ещё одного Драко тут?
— Перестань называть меня Драко! Для тебя я Малфой!
— Справедливо, но Малфой также и твой отец, его тут нет конечно, однако не хочу вплетать в наши беседы твоих родных. Ты можешь продолжать звать меня Поттер, если тебе удобно, мой папа тебя не осудит.
Наконец-то он осознал мои издевательства над собой, повелев своим шестеркам меня «проучить». На моё удивление Крэбб и Гойл не стали доставать артефакты, положившись на свои физические данные. Они хотели взять меня и выкинуть из купе, забыв, что одной силы мало для воплощения своих задумок, хотя я сомневаюсь, что им поведали об этом. Эти два придурка даже не смогли зайти в купе, застряв в дверях из-за жирного Крэбба. Два быстрых удара в челюсть, оседающие на землю тела, и вот я уже стою перед Малфоем.
— Приведи в чувство своих прихлебателей и скройся с глаз моих. — Напутствуя белобрысого, я следил за двумя девочками. Ощущения от избивания детишек и так паршивые, не хочется ещё получить оплеуху от двух шмакодявок. Моя самооценка и так стремительно несётся к центру земли после проигрыша Геральту, зачем усугублять.
 
Закрыв двери за собой, я ожидал когда пятерка уберется восвояси и дождался… Нового стука в дверь. Никакой неожиданности в личности стучавших не было. Трое ушли, двое остались, точнее две.
— Можно войти? — Поинтересовалась одна из них. Обе девушки имели схожую внешность на первый взгляд, хотя такое впечатление создавалось больше из-за одинаковых причесок и цвета волос — платиновые блондинки.
— Не стесняйтесь.
— Я Трейси Дэвис, а это Дафна Гринграсс.
— Думаю вы и так знаете, но дурацкие правила обязывают представится, так что Потёр, Гарри Поттер. Можете звать меня просто Гарри.
— Окей!
В целом, за время поездки в Хогвартс ничего странного больше не происходило. Девушки мало общались между собой, в основном из-за характера Дафны. Трейси была полной противоположностью своей подруги, задавая сотню вопросов, на которые даже не желала знать ответы, просто пытаясь разрядить обстановку.
— А покажи шрам? — Как бы невзначай протянула Дэвис. Дафна тоже мазнула краем глаз по моему лбу, когда я поднял челку. Выцветший зигзагообразный шрам после стольких лет почти не бросался в глаза.
— Я убрал его зельями. — Пояснил я на скептически настроенный взгляд Трейси. Она уже подумывала, будто я обманываю её, и никакой я не Гарри Поттер на самом деле.
— Почему?
— Потому что всякие настырные личности доставали меня просьбами посмотреть…
Вскоре мы добрались до Замка, но на этот раз мы не стали плыть через черное озеро, а обогнули его в повозках, запряженных фестралами. Странные звери — эдакие порождения безумного некроманта-химеролога из детских сказок учителей Бан Арда. Худые лошади, кожа да кости с крыльями, которых может видеть лишь человек, видевший смерть собственными глазами. Интересно, это увиденные смерти моих родителей в этом мире — или собственноручно пролитые реки крови в Неверленде, обеспечили мне лицезрение этих милых лошадок?
Никто из встречающих учеников старших курсов, никто из профессоров и деканов, что стояли у главного входа, не заметили невидимый чемодан с чарами расширения, плывущий по воздуху. Без лишних эксцессов я добрался до своей комнаты, поприветствовав друзей и однокурсников по дороге. Лишь закрыв за собой дверь, разложив все по полочкам и снова активировав защитные чары, я принялся за работу. Мне ещё столько предстоит сделать!
  
Глава 14 Конец Первого Года
 
Учеба в Хогвартсе после рождественских каникул продолжилась в обычном темпе. Пробуждение утром, завтрак, пара уроков, обед и вторая пара уроков, если она есть. Для меня, к общему расписанию добавлялась ещё и тренировка после окончания уроков до девяти вечера, заучивание нового материала после девяти в спальне, медитации и методичное принятие эликсиров.
Я составил целый график тренировок, чередуя психо-магические с физическими упражнениями, в особенности упражнения с шестом. Я понимаю, что в этом мире с палкой особо не повоюешь против огнестрельного оружия, не усиливая себя магией, но гордость не позволяет забыть про навык, столько раз спасавший мне жизнь, проложивший мне путь на вершину.
Особых происшествий больше не случалось, позволяя мне оставаться тише воды ниже травы. Однако вернулся я в Хогвартс не только с двумя чемоданами, полными алхимических ингредиентов, но ещё с мантией-невидимкой. Неясно с какой целью Дамблдор вручил её мне, возможно старик просто вернул то, что принадлежит мне по праву, но верится с трудом — ключик от сейфа он до сих пор при себе держит. Неужели он думает, что артефакт со свойствами невидимости менее опасен, чем гора золота? Как бы там ни было, мантия открыла мне доселе закрытые двери Хогвартса, в прямом смысле.
 
В школе я носил мантию-невидимку не снимая, исследуя замок каждую ночь. В основном меня интересовала запрещенная секция библиотеки. Дорвавшись до запретных книжек, я пустил всю силу своего разума на освоение темно-магических знаний. Часть из них я уже знал, купленные ранее манускрипты содержали те же знания, что и большинство книг в запретной секции, но чего на черном рынке точно не продавалось, так это заклинаний за авторством прежних директоров Хогвартса, тоже запрещенных к изучению обычным ученикам.