Вильгефорц из Литтл Уингинга (СИ)
Сдается мне, без серьезной теоретической базы, которую в Хогвартсе явно не получить, мои попытки бессмысленны. Возможно, что-то есть в запретной секции, но лезть туда я пока что не рискнул. Зачем? Взрослым студентам не запрещается посещать данный отдел библиотеки с письменного разрешения декана факультета, старостам факультета тем более. Подождать ещё четыре года и стать старостой Когтеврана для меня вопрос времени. Всегда лучше сделать дело законно, если есть возможность, ну а прижмет — заклинание невидимости и доступ к запретной секции гарантирован.
По истечению семи дней, когда настало время забрать причитающиеся мне камушки, я уже справился с окончательным подавлением непроизвольных выбросов силы истока. Пришлось дополнить сигил, удвоив, по сути, его силу. Это наложило определенные ограничения на использование магии в целом, зато полностью избавило меня от страха проснутся ночью на дне океана.
С прошлой недели у Роберта в особняке ничего не изменилось, разве что мысли присутствующей здесь немногочисленной группы людей пестрили радостью и надеждой на лучшее будущее для Шерон. Как оказалось, я пришел на внутрисемейную вечеринку. Роберт пригласил своих сестёр и пару друзей семьи для того чтобы отпраздновать полную ремиссию болезни. Такую ложь, подкрепленную соответствующими медицинскими бумажками, он скормил родственникам.
— Я тебе советовал не привлекать лишнее внимание к чудесному исцелению Шерон, а ты сразу празднество закатил? — Спросил я Николса, когда мы отошли в сторону.
— Остынь, в них я уверен как в себе самом. Это моя семья, для них мне ничего не жалко, и я готов тебе это доказать, к тому же рождество на носу. Нужно веселиться!
Мы направились в рабочий кабинет на второй этаж. В самом кабинете на столе лежал малюсенький сундучок, внутри которого лежали с десяток бриллиантов. Объединяла их всех цветовая категория D, то есть абсолютная бесцветность, чистота высшей пробы и вариация размеров от 22 до 50 карат. Все камни имели классическую круглую огранку.
— Я их купил на первичном рынке, чуть больше чем за сорок миллионов, даже если вы решите их перепродать, выручка будет не меньше.
Рассматривать камни подробнее я не стал, работа не ждёт, мне ещё предстоит легализовать их в магическом мире, а это может оказаться сложнее, чем я думаю.
— Вы не станете их проверять? — Спросил меня Роберт, когда я уже собирался уходить. Задерживаться на празднике бессмысленно.
— А ты меня обманул?
— Нет, мистер…
Говорить ему своё имя я не стал, просто уйдя из поместья Николсов. Изначально я задумывал более масштабное сотрудничество с этим бизнесменом, но семь дней достаточно большой отрезок времени, чтобы найти контр-аргументы. Я хотел поручить Роберту найти подобных ему людей, нуждающихся в чародее, способных на разовую оплату в несколько десятков миллионов, в камнях, но подумав, решил, что идея плоха.
Один раз авроры могут простить нарушение статута, два раза их насторожит, а задумай я лечить каждого толстосума — и вскоре моя персона станет лицом нон грата в магической Англии. Мне ещё предстоит обменять камушки на галлеоны, и подозреваю, сумма будет значительно меньше ожидаемой. Я не могу поверить, что у волшебников нет своих месторождений алмазов под отводящими глаза чарами. В таком случае я должен быть готов к катастрофически низкой цене камней. Как бы не получить всего тысячу галлеонов за десять бриллиантов.
От Роберта Николса я поехал прямиком к дырявому Котлу на
Чаринг-Кросс-Роуд. Благодаря Лондонскому метрополитену, добраться до нужного места в городе, площадью 1500 квадратных километров, можно весьма быстро. Эх, как я скучаю по телепортам. Пожалуй, это главный повод быстрее разобраться с природой сил истока.
Дырявый Котёл тоже мало изменился с моего последнего визита, однако, подозреваю я, что для заведения с историей в пять сотен лет, изменения не к лицу — традиции. Паб имеет свою атмосферу, ярко контрастирующую с магловскими аналогичными заведениями. Даже в ярчайший день бар умудряется быть темнее, чем ночной Лондон. Внутренний антураж кричит об отрешении, отказе идти в ногу со временем, заявляя: Здесь обитают маги, и нам не нужны магловские штучки! Опасные лозунги, скрывающие закостенелость мышления и раздутое эго за традициями. Местные маги больше похожи на эльфов, своей раздутой гордостью и причитаниями о чистоте крови, чем на чародеев Неверленда.
Я не стал никого приветствовать, под иллюзиями никто меня не узнал, а бармен Том лишь мазнул по мне взглядом, догадавшись, что я иду на задний дворик, где располагался терминал прохода на Косой Переулок.
Мой путь лежал прямиком до Гринготтса, хоть я сомневаюсь, что со мной станут вести дела. С героем Британии, не будь ему одиннадцати лет, можно было бы иметь дела, а так, скорее всего, обо мне сразу доложат куда надо, директору Хогвартса например. Иллюзии? Вариант, но его надо обкатать, проверить.
Встав в один из переулков, откуда меня не видно, я наколдовал фантома, иллюзорного призрака, влив достаточно магической энергии, хватило бы на щит Альзура. У фантома стояла одна задача, с которой он не справился — дойти до банка и попытаться пройти внутрь. Преодолев ступени, фантом стал терять плотность, становясь прозрачнее на глазах, а через пять секунд испарился совсем. Перейти порог банка ему не удалось, а значит магия иллюзий не помощник. Первый и самый профитный вариант сразу отпадает. Будь я Арториусом Виго, возможно смог бы пройти внутрь, а так, будем работать с тем, что имеется под рукой.
Я свернул в Лютый Переулок, подальше от банка, пока шок охранников не перешел во встревоженную настороженность. Примыкающая к Косому Переулку аллея занимала заметно меньшую площадь, являясь обиталищем лиц, склонных вольно трактовать своды законов магической Британии. Тут располагаются две дюжины лавок и контор, ведущие свой бизнес не совсем законно, а клиенты этих заведений предпочитают сохранять инкогнито, ведь не все из них отбросы общества, некоторые — весьма респектабельные личности, занимающие не последние места в министерстве магии.
Лютый хоть и звался переулком, на самом деле имел немалую ширину, а длина аллеи простиралась на добрые полтораста метров, имея маленькие ответвления, где так же располагались незримые, если бросить случайный взгляд, лавки. Я исследовал новую локацию с дотошностью полицейской ищейки, выискивая ростовщическую контору, или что ещё лучше, ювелирную, но ни то ни другое я не смог найти, зато нашел лавку, торгующую артефактами, не общедоступными разумеется.
Хотя, какая к чёрту лавка? Магазин, причем двухэтажный, имеющий больше общего с магловскими ювелирными заведениями, чем с магическими закутками размером не больше, чем моя спальня в башне Когтеврана. Внутри всё очень просто обставлено, никаких драгоценных пород дерева, однако именно практичная красота на контрасте с драгоценными товарами за зачарованными стёклами витрин и привлекла моё внимание.
На второй этаж ведёт лестница, закрытая зачарованной цепью, и хоть в холле располагались серьезные магические артефакты, со второго этажа ощущалось гораздо больше магии, хоть зачарования и подавляли магический фон, местами весьма тёмный. Ещё на втором этаже ощущалась аура двух магов, возможно, владельцев лавки «Марогон и Кьюриоус».
Подойдя к стойке, за которой сидел молодой на вид парнишка с аристократической внешностью, что-то увлечено перебирая в уме, возможно, подсчитывая сегодняшнюю прибыль. Рановато закрываются, хотя на вывеске я уже прочел, что работает лавка магических товаров с шести утра до четырех часов дня.
— Добрый день, будьте любезны, не могли бы вы позвать владельца данного заведения?
— Добрый день, вам назначено? — Коротко поинтересовался малец, даже не взглянув в мою сторону.
— Нет, но мистера Марогона или мистера Кьюриоуса возможно заинтересует сделк…
— Увы, ничем не могу помочь, если хотите, могу записать вас на прием, через две недели скажем, вас устроит? — Перебил меня, оторвав взгляд от своей бухгалтерской книге.