Пик Купидона (ЛП)

И это пугает меня до чертиков.
Он нажимает на кнопку лифта и проверяет брошюру, которую нам дала сервер вместе с ключом. Комната, которая открылась, была не просто комнатой, это был номер для молодоженов на последнем этаже.
Если до спонтанного оргазма я чувствовала себя немного неловко, то сейчас я воспринимаю это как прямой знак Вселенной, что она хочет, чтобы все эти тонкие чувства и очевидные связи были исследованы, и я… Взволнована.
Раздается звук, и двери раздвигаются, открывая пустой лифт.
— Дамы вперед, — он жестом приглашает меня войти, с лукавой улыбкой на губах. Это вызывает трепетание в моем животе, и моя кровь движется немного быстрее.
— Спасибо, мистер Брукс, — я прохожу перед ним, с осторожностью, не касаясь его тела. Меня пронзает дрожь, когда его тяжелые шаги следуют за мной, и темный лифт наполняет негромкий гул.
Я поворачиваюсь и смотрю, как он нажимает на большую цифру двенадцать, а затем прислоняется к стене. Его песочные волосы падают на лоб, а мышцы челюсти напрягаются, когда он вытягивает шею. Его взгляд блуждает по мне, на этот раз гораздо медленнее, чем раньше.
Восхитительная дрожь пробегает по моему позвоночнику, оседая глубоко в моей сердцевине.
— Моя очередь, — его серые глаза смотрят в мои, фиксируя меня на месте. — Правда или вызов?
— О, мы все еще играем?
Он безразлично пожимает плечами.
— Если только ты не хочешь прекратить.
Я качаю головой. Мне это нравится. Есть что-то в том, чтобы играть в игру для принятия сексуальных решений, что снимает напряжение. Помогает справиться с неизбежными нервами. Хотя это правда, что он помогает мне чувствовать себя комфортно среди других людей, я все еще немного растеряна рядом с ним.
Когда речь идет о чем-то новом или необычном, наступает начальная фаза, когда не хочется делать или говорить что-то глупое, чтобы поставить себя в неловкое положение. Но игра способна избавить от этого и сделать это просто забавным.
— Правда.
Он отталкивается от стены лифта и делает широкий шаг, необходимый для того, чтобы сократить расстояние между нами. Мурашки пробегают по моим рукам, когда он вторгается в мое пространство, его грозовые глаза изучают мое лицо, заставляя меня затаить дыхание. Он двигает рукой, проводя указательным пальцем по моей руке так легко, что я почти думаю, что это мне показалось.
Желание тяжело разливается в низу моего живота, когда его палец поднимается, проводит по ключице и под подбородком, чтобы он мог наклонить мое лицо к своему.
— Скажи мне, любимая. Если бы я сейчас опустился на колени, ты бы позволила мне съесть твою киску?
Мои бедра сжимаются вместе, а грудь вздымается от резкого вздоха. Почему я так чертовски сильно хочу сказать «да»?
— Я не знаю.
Илай наклоняется ближе, его губы в дюйме от моих.
— Тогда, возможно, твой рот.
Его глаза опускаются вниз, прежде чем он прижимается к моим губам нежнейшим из поцелуев. От этого прикосновения меня пронзает дрожь удовольствия. Его рот одновременно мягкий и твердый, и желание ощутить его везде почти поглотило меня.
Илай слегка отстраняется, его взгляд ненадолго встречается с моим, прежде чем он видит явную потребность и делает это снова, на этот раз задерживаясь на секунду дольше.
Мое дыхание учащается, когда он делает это еще раз, я напрягаюсь от предвкушения. Я обхватываю его за талию, голова начинает плыть, и в следующее мгновение обе его руки обхватывают мое лицо.
Его губы прижимаются к моим, и весь мир тает в его огне.
Поцелуй уже не неуверенный, а нуждающийся и отчаянный. Я никогда не чувствовала такой страсти, и все мое тело обмякает, полагаясь на него, чтобы удержать меня в вертикальном положении.
Его эрекция упирается мне в бедро, когда он проводит языком по моим губам, требуя проникновения, и я немедленно даю ему это.
Я даю ему все. Я позволяю ему сделать то, что он сказал, и поглотить меня целиком.
Мои руки скользят по нему к его спине, где мои ногти впиваются в толстые мышцы, чтобы удержать меня.
Он стонет мне в рот, его бедра прижимают меня к стене лифта, показывая мне, как сильно он хотел меня. И как сильно он хочет меня.
  
Я наклоняюсь вперед, прижимаясь ближе к нему, безумно желая стереть даже самое маленькое пространство между нами. Годы желания сделать это, увидеть хотя бы на секунду, каково это, ощущать ласки Илая, поглощают меня.
Его пальцы скользят вверх, запутываясь в моих волосах, а он проводит своим языком по моему. Как будто он ждал этого дольше, чем я, и даже возможность этого заставляет мой клитор пульсировать.
Спустя, как мне кажется, всего тридцать секунд, лифт звенит, сигнализируя, что мы наконец-то приехали.
Илай опускает руки, медленно отступая назад. Я почти задыхаюсь, моя грудь поднимается и опускается, как будто я пробежала чертову милю. Но он не сильно отличается. Его глаза полуприкрыты, дыхание учащенное.
— Жаль, что мы так долго ждали, чтобы сделать это, — Илай улыбается, но улыбка кажется грустной. Как будто он понимает то же самое, что и я. Мы никогда не вернем то время. Потерянное время. И если мы сдадимся сейчас, это только усугубит сожаление, потому что это только на одну ночь. — Ну что, пойдем?
Я киваю, прикусывая нижнюю губу.
— Пойдем.
Мы входим в длинный, тусклый холл. Это коридор двойной ширины с мраморными полами, люстрами через каждые несколько метров и абстрактными картинами вдоль стен. Он останавливается у первой двери справа.
Отель Пик Купидона пользуется славой практически по всем параметрам. От великолепных склонов до изысканной кухни и невероятным обслуживанием. Но больше всего мне нравятся их номера. По сути, это роскошные однокомнатные апартаменты с полноразмерной кухней, гостиной, столовой и кроватями, которые, клянусь, больше, чем размер «king size».
Однако, когда Илай прижимает ключ-карту к замку и открывает дверь в наш номер, я понимаю, что видела не самое приятное, что может предложить этот курорт.
В нашем номере есть фойе со сводчатым потолком и большой люстрой. Лепестки роз устилают дорожку, ведущую в главную зону. Как и в других номерах, здесь есть все удобства, только кровать окружена большим белым балдахином и украшена более чем дюжиной красных роз.
Балдахин, вероятно, служит для уединения, поскольку в дальней части комнаты стена представляет собой несколько окон от пола до потолка, из которых открывается вид на курорт. Рядом с кроватью находятся две массивные стеклянные двери, ведущие на балкон. Илай шагает впереди меня, направляясь прямо к ним.
Он щелкает выключателем, освещая террасу и круглую гидромассажную ванну в центре. Снег все еще валит, но, судя по тому, что он идет вниз, ветер утих, оставив лишь прекрасный вид.
Илай слегка поворачивается, его глаза находят мои через его плечо.
— Ты ведь не боишься высоты, правда, милая?
 ГЛАВА 9 
  Миа  
Илай запускает джакузи всего несколькими нажатиями на планшете, висящего на стене.
Все еще немного потрясенная и, возможно, немного ошеломленная комнатой, я нервно смеюсь.
— У меня нет купальника.
— О, но разве это не лучший вариант? — Он одаривает меня ухмылкой, которая делает плохие вещи с моим либидо. Черт, все, что делает этот мужчина, является смертельной дозой афродизиака.
 Скажи мне, любимая. Если бы я сейчас опустился на колени, ты бы позволила мне съесть твою киску? 
Воспоминание об этом моменте пронеслось в голове, когда Илай поворачивается к дверям. Удивительно, но мой ответ был так близок к «да», что напугал меня. Искренне. Я уже давно поняла, что я за человек, и ничто этого не изменит. Но в этих небольших случаях с ним, когда моя голова почти в бреду, а моя киска болит от желания, ничто другое не имеет значения.
Ни его статус, ни моя застенчивость, ни наше окружение, ни наш конец. Это как быть в центре торнадо. В то время как все эти вещи кружатся вокруг, угрожая поглотить меня, я в безопасности в центре с Илаем.