Санек 4 (СИ)

Утром граф, несмотря на не самое хорошее самочувствие, бодро умотал по своим делам, а я не в силах чем-либо заниматься упал в кровать мучиться похмельем в надежде уснуть и пережить эту напасть во сне.
Похоже, охреневший организм со мной был согласен целиком и полностью, потому что вырубился я почти сразу и спал до самого обеда. Может, провалялся бы и дольше, но мне не позволили. Вернулся граф и велел собираться. Пока я дрых, он успел посетить банк и какую-то знакомую баронессу, у которой есть на примете кандидатки в содержанки. Собственно он приехал за мной, чтобы отвезти банк, где переведут деньги на мой счёт, и свести меня с этой вот баронессой.
По дороге граф, как-то подобравшись и внимательно на меня посмотрев, произнес:
— Александр, будет лучше, если вы на некоторое время исчезнете из столицы. Переберитесь в имение или, может, арендуйте жилье за городом. Мне тут шепнули, что люди из окружения государя начали активно интересоваться вашей персоной. Вы для них человек непонятный, и они могут захотеть проверить вас на прочность, поэтому можно ждать незваных гостей с неудобными вопросами. Нет, я понимаю, что вы со своими малолетними башибузуками можете удивить любого незванного гостя, но пока вы, мягко говоря, не в чести у государя, лучше не встревать в неприятности.
Граф пытался говорить аккуратно и где-то даже иносказательно, но главный посыл был понятен: исчезнуть и не отсвечивать, пока все не уляжется и государь не остынет.
Конечно, в свете договоренностей с князем работать за городом мне будет трудновато, но это я переживу. Поэтому, обдумав предложение графа уехать, я решил не лезть в бутылку и прислушаться к словам знающего человека. Тем более, что у меня есть на примете место, куда можно перебраться, а раз проблемы с деньгами исчезли, то, пользуясь случаем, я ещё и малость, что называется, прибарахлюсь.
Дело в том, что один из соседей, до недавнего времени претендовавших на приобретенное мной болото, в своем имении не живёт в принципе. При встрече он дал мне понять, что скорее всего будет его продавать. Естественно, у меня тогда появилось желание приобрести это имение, но свободных денег на это не было, поэтому я не стал даже думать об этом. Сейчас же мне сразу вспомнился наш разговор, и я загорелся приобрести это имение, тем более что оно было довольно неплохое, с приличной усадьбой и примыкающим к ней большим селом.
Собственно, сейчас мне оно как бы и не особо нужно, но со временем, когда мы начнем расширяться, земля, расположенная вплотную к промышленному комплексу, точно лишней не будет.
По дороге мы с графом вели беседы обо всем и ни о чем, и я не удержался, решил задать сильно волнующий меня вопрос.
— Скажите, неужели вам не страшно отдавать настолько огромные деньги непонятному провинциальному парню? Вдруг я их обналичу и сбегу?
Граф ухмыльнулся.
— Александр, вы правда думаете, что я настолько наивный, что не стал присматривать за вами и вашими делами, особенно в свете нашего решения стать компаньонами? — ответил он вопросом на вопрос и выдержал немного театральную паузу. — Нет, не боюсь. Я немного вас изучил и думаю, что риск исключен. А так — только время покажет, насколько разумно я поступаю.
В банке мы не задержались, а вот у баронессы, которая жила в собственном роскошном особняке довольно далеко от центра города, зависли надолго. Она оказалась довольно молодой, лет тридцати, дамой, что называется, в самом соку и в моем вкусе. Есть такие женщины, от которых так и шибает непонятной грацией и запредельной сексуальностью. Вот баронесса и была из этой когорты. Даже обидно, что мне в моем возрасте здесь ничего не светит, тем более что, судя по всему, на этой поляне пасется граф. По крайней мере ворковали они друг с другом не как случайные знакомые, а как ну очень близкие друзья.
Мне было жутко интересно, как мне будут представлять претенденток в содержанки, и понятно, что я, наблюдая за беседой графа с баронессой, проигрывал в голове разные варианты этого действа.
  
В действительности все оказалось просто и эффективно. Нас с графом пригласили на обед, и к нам присоединились сразу пять молодых красивых девчонок, так сказать, на любой вкус. А после трапезы для нас устроили что-то вроде смотрин. Шучу, конечно. Просто дамы типа пожелали помузицировать, а потом ещё и потанцевать.
Другими словами, мне предоставили возможность в полной мере рассмотреть дам и даже немного пообщаться с ними во время танцев. Конечно, общением это все в полном понимании этого слова не назовёшь, но я все равно смог так или иначе составить кое-какое мнение об этих кандидатках.
Если поначалу я положил глаз на довольно эффектную блондинку, то к концу этого мероприятия поменял своё мнение кардинально и выбрал скромную, отчаянно стесняющуюся всего происходящего шатенку. Вот было в ней что-то такое, непонятное, что заставляло меня буквально встать в стойку, и все тут.
Когда я определился и шепнул о своём выборе графу, тот как-то даже одобрительно на меня посмотрел и мухой организовал мне разговор с баронессой наедине.
Вот где я охренел и даже слегка растерялся.
Баронесса без всяких экивоков обозначила, что и сколько будет стоять. Я, честно сказать, почувствовал себя покупателем наложницы в каком-нибудь султанате.
Баронесса сразу назвала сумму, которую я должен заплатить, а также как и какие расходы обязан буду нести ежемесячно в течении года. Это все она выпалила как из пулемёта и в конце добавила, что сроки отношений и сумма сделки не обсуждаются. Если нам с шатенкой понравится наше, так сказать, общение, о дальнейших отношениях будем договариваться уже отдельно, сами между собой. Ещё баронесса сказала, что девушка, которая мне понравилась, очень порядочная и невинная, и, если я её обижу, она самолично лишит меня мужского достоинства, потому как чувствует ответственность за судьбу этой крохи. Надо сказать, очень конкретно баронесса расставила все по своим местам.
В итоге мы обо всем договорились. Граф остался в гостях, а мы с крохой, которую звали Мария Николаевна Загородная, поехали на экипаже графа за её вещами.
  
Глава 18
 
Пока мы с Марией ехали за ее вещами, я выслушал ее историю, и рассказ мне очень не понравился.
Нет, поначалу она дичилась и сидела нахохлившись, как воробышек. Но в дороге — а ехать нам пришлось довольно долго и далеко — мне удалось ее потихоньку разговорить, хоть и было это непросто.
Пришлось начать со всяких вопросов обо всем подряд: чем ей нравится заниматься, какое и где образование она получала и так далее. Поначалу она отвечала неохотно, монотонно и односложно. Потом, наверное, чтобы я отстал, начала сама тоже задавать мне вопросы, на которые я старался отвечать очень развернуто. Спустя какое-то время она чуть расслабилась, а потом ее прорвало.
Слушая историю ее жизни, я офигевал напрочь.
Нет, до недавнего времени она была счастливым человеком — жила с любящими родителями и горя не знала. Все изменилось буквально месяц назад, когда пришла весть о гибели родителей, которые уехали в Кисловодск на воды, где на них напали разбойники.
Почему так случилось, что завещание, обнаруженное в кабинете отца и заверенное нотариусом, было оформлено на старшую сестру Марии, можно только догадываться. Но фишка в том, что все движимое и недвижимое имущество согласно этому завещанию теперь принадлежит ей.
Казалось бы, родные люди, ничего страшного. Но не в этом случае. Старшая сестра оказалась той еще скотиной. Прочитав завещание, она просто и незатейливо вышвырнула младшую из дома. Почему она так поступила, неясно. Мария считает, что из-за зависти к ее красоте. Сама эта старшая сестра, по словам Марии, табуреткоподобное заплывшее злобное существо. Понятно, что в девчонке кипит обида, но по описанию похоже, что так оно и есть.
Деваться Марие было некуда, спорить было бессмысленно, и она в тот же день перебралась к родной тетке по отцовской линии. Тетка в целом встретила ее нормально, что называется, пригрела и как могла пожалела. Вот только беда в том, что жила тетка довольно скромно и никакими богатствами не владела, а что самое поганое, сильно болела и при этом денег на лечение не имела.