Санек 4 (СИ)

В общем, как мог, изобразил смирение и уверил графа, что ничего страшного не случилось. Отложим все на будущее, да и ладно.
Ещё у меня мелькнула было мысль, раз такое дело, попросить у графа денег взаймы и замутить здесь в Курске какое-нибудь производство, которое могло бы давать нам нормальную прибыль. Но по здравом размышлении отказался от этой идеи. Пока обойдусь тем, что есть. Да и как-то разочаровался я в графе, что помешало мне идти к нему на поклон.
В итоге граф погостил у нас трое суток и отбыл, а я окунулся в рутину привычных повседневных дел, пребывая в постоянных раздумьях.
Всё-таки, наверное, из-за возраста, покоя в душе не случилось, и я изводил себя в попытках придумать что-нибудь такое, что позволить заработать быстро и много. Нет, вариантов тьма, но вот с такими, чтобы без криминала, без риска и на месте, случился затык. Реального и толкового в голову ничего не лезло.
Предполагая, что все лето снова придётся провести в имении, я решил обеспечить себя интересными занятиями. Чтобы провести летнее время с пользой, я подумал, что лишним не будет, если я организую в имении небольшой цех по производству чего-нибудь полезного и прибыльного. Вариантов, что можно производить, учитывая скудные возможности, было не то чтобы много, но они были. Правда, чтобы я ни задумал, обойтись без хотя бы одного парового двигателя будет сложно. Вот и родилась у меня мысль, пока я еще в городе, заказать в местных мастерских изготовление кое-каких деталей для этого самого двигателя.
Здесь я столкнулся с непредвиденными трудностями и прям озверел. Дело в том, что мама очень уж с перебором загорелась идеей открыть уже настоящий ресторан и включила режим экономии, собирая деньги где можно и нельзя. Вся эта её деятельность приобрела какие-то дурные очертания. Действовала она по принципу «все во имя цели, все для победы». Благо голодом нас не додумалась морить, а так крохоборство уже зашкаливало, и, что самое противное, она просто не слышала меня и не хотела слушать. В итоге денег я не получил, и это стало последней каплей.
Нет, до этого я реально смирился и решил переждать пару лет, закончить гимназию и только тогда что-то начинать делать. Но сейчас резко передумал. Да ну нафиг такие заморочки. Мне только и не хватает просить копейки на леденцы, как обычному ребенку.
В итоге всего этого я заранее отправил в имение пацанов и отставных солдат, которых изначально планировал брать с собой в поход за изумрудами. Перед ними стояла конкретная задача — к окончанию занятий и моему прибытию в имение подготовить все для дальнего похода в отрыве от цивилизации. Собственно, у нас и так все готово. Фургоны есть, лошади тоже есть, инвентаря в достатке, надо только решить вопрос с пропитанием и можно отправляться в путь. Да, я решил: раз уж ситуация складывается вот так, можно смотаться на летних каникулха на Урал и добыть немного изумрудов. Опасно, конечно, играть в такие игры с государством, но я рассудил, что это лучше, чем заниматься банальным грабежом каких-нибудь богатеев.
Но и здесь не срослось. Не знаю, сама мама решила присмотреть за мной и моими делами, или она это делает с подачи графа, но она очень быстро узнала о подготовке к походу и приняла меры, чтобы этого не случилось.
Я начал чувствовать себя зверем, обложенным флажками. Задергался, заметался, а потом резко успокоился. Просто понял, что, похоже, граф меня просчитал и настроил маму на жёсткий контроль меня любимого. Иначе все это не объяснить, ведь до появления гостя я без проблем распоряжался деньгами и мог позволить себе заниматься любыми делами без оглядки на кого бы то ни было. Сейчас все кардинально изменилось, и меня начали загонять в жёсткие рамки.
Эта ситуация требовала осмысления, и я на время затаился, напрочь прекратив участие в семейном бизнесе и действуя по принципу «какой привет, такой и ответ».
Вместо этого сосредоточил все свое внимание на пацанах, тренируя их до упада и вбивая в их головы разнообразные знания до потери пульса. Естественно, пацаны от такого расклада неслабо охренели, но тем не менее терпели и старательно делали все, что от них требовалось.
  
Такой поворот не понравился уже маме, и она решила ко всему прочему запретить мне ещё и это. Естественно, это сподвигло меня на серьезный разговор с ней, который я начал, задав ей простой вопрос.
— Мама, скажи откровенно, ты хочешь, чтобы я ушёл из дома?
Естественно, мама, как и любая другая на её месте, тут же включила режим воспитателя.
— Что ты такое говоришь? Я все делаю для твоего блага! Это сейчас ты ничего не понимаешь, а как подрастешь, ещё спасибо скажешь!
— Хорошо, допустим. Тогда мне непонятно, чем тебе не угодили наши занятия. Ты правда хочешь, чтобы я вырос хилым и больным и был как половая тряпка?
— Эти ваши занятия травмоопасны, и вообще я запрещаю тебе даже притрагиваться к оружию. Уже жалею, что позволяла делать тебе это раньше. Всё-таки это не игрушки.
— Хорошо, — покладисто ответил я и добавил, — Получается заниматься с ребятами мне нельзя, оружие не трогать, от семейных дел я отодвинут, в итоге мне можно только есть пить и спать. Я правильно тебя понимаю?
— Вот не начинай. Переберемся в имение и занимайся дальше хозяйством. У тебя ведь неплохо получалось.
— Значит я тебе нужен только в качестве этакого управляющего, но, по сути, беправного и ограниченного в своих возможностях отсутствием денег. Так?
— Александр, что ты такое говоришь? Ведь я твоя мать, я для тебя стараюсь.
Ничего толкового из этого разговора не получилось ещё и потому, что я не сдержался и ответил уже достаточно жестко.
— А вот мне мама, кажется, что ты в последнее время стараешься не ради меня, а для довольства графа. Это ведь он тебя научил, как правильно воспитывать сына?
Тебе не приходит в голову, что ты сейчас делаешь большую ошибку?
Мама принялась визжать как бензопила.
— Да как ты смеешь так разговаривать с матерью? Мальчишка, сейчас же извинись или будешь наказан!
Посмотрел на неё внимательно, ухмыльнулся и спокойно направился к выходу. На что мама отреагировала, как и ожидалось, продолжив орать:
— Куда пошёл, я тебя ещё не отпускала…
Я не стал больше ничего слушать, вышел на улицу, нашёл Сергея и шепнул ему, чтобы он передал пацанам, что мы в ближайшее время отправляемся в путь. Пусть продолжают подготовку, но уже втихаря. Тот только оглянулся на дом и кивнул.
Мама выполнила свое обещание и наказала меня, закрыв меня в моей комнате и посадив на хлеб и воду. Но она не подумала, что в эти игры можно играть вдвоем. Я в ответ просто прекратил есть и в принципе с ней разговаривать. Она честно пыталась мне что-то там объяснять, я в ответ просто насмешливо смотрел на неё, игнорируя её попытки меня разговорить. Так продолжалось трое суток, и а конце концов она сдалась. Просто зашла в комнату со стопкой ассигнаций в руках, сунула мне их в руки, расплакалась и пробормотала:
— Делай, что хочешь, только прекрати свою голодовку.
Я всегда терпеть не мог все эти слезы с соплями и часто шёл на поводу у женщин, которые использовали против меня это оружие, но не в этот раз. Всё-таки с перебором на меня наехали, и оставить подобное к себе отношение без внимания я оказался не в силах. Наверное, поэтому спросил безразличным голосом:
— Это тебе граф посоветовал так поступить?
Мама ещё сильнее разрыдалась, а я все не мог остановиться.
— Мама, ты же взрослый человек, и я не понимаю, зачем идёшь на поводу у посторонних? Зачем делаешь то, что кто-то подсказывает, а не то, что говорит тебе сердце? Глупо же. Ты ведь прекрасно видишь, что сын у тебя вырос и стал взрослым, а если не видишь, оглянись назад, оцени все, что я сделал, и хоть немного задумайся. Я ни разу не дал тебе повода усомниться в разумности моих действий, так зачем надо было все это устраивать?
Мама, собравшись с силами, произнесла тихим голосом.
— Прости меня, Саша, я правда хотела как лучше. Давай все забудем и будем жить как раньше.