Крысиный бег (СИ)

Я задумчиво крался по коридору, стараясь не шуметь. В этом доме мы не одни. И хорошо, что Олька могла списать страстные крики матери на визит отца, иначе, было бы совсем… неловко.
Я прошел мимо комнаты сестры, успев удалиться на несколько шагов, и словно почувствовав чужака рядом с дверью, та резко распахнулась. Я прижался к стене, вжался в неё, попытавшись сделаться незаметнее и став её частью, и быстро, тремя короткими шагами, протиснулся за угол. Замер там и аккуратно выглянул из-за стены.
Девичий силуэт прошлёпал в противоположную от меня сторону, в сторону кухни. Через секунду там зажегся свет, послышался звук набираемой в стакан воды. Ольга, в одних трусиках и коротенькой маечке, держа в руке стакан с водой, подошла к обеденному столу и села на край стула.
Раскрасневшиеся щеки, злой взгляд, взъерошенные волосы. Она отхлебнула воду из стакана, покачала головой и проворчала, обращаясь сама к себе:
— Приехала на каникулы, называется! Хотела отоспаться и отдохнуть! Выспишься тут! — Зло зыркнула она в сторону родительской спальни.
Странно, она нас слышала? Хотя, Элю разве что глухой не услышал бы. Нужно быть тише в следующий раз. Хм. Следующий раз – я глупо улыбнулся своим мыслям, растянув улыбку до ушей.
— Ну мамочка даёт! Всю ночь напролет! — Продолжала жаловаться, не пытаясь даже снизить громкость своего голоса сестра, словно хотела, чтобы её причитания услышали. — И я должна это терпеть? Не смыкать глаз?
Она-то тут при чём? Да и не настолько громко мы шумели, на самом деле. Несколько раз Элеонора выкрикнула, когда совсем не могла сдерживаться, но точно не без перерыва. Или любопытная сестрёнка всю ночь подслушивала? Я тут не самый странный в этой семейке, оказывается.
Девушка допила воду, вернула стакан на стойку, выключила свет и вернулась к себе, продолжая что-то бормотать под нос. Дверь в комнату сестры закрылась, но её тихое ворчание продолжало доноситься даже сквозь закрытую дверь. Я задумчиво поскрёб затылок и проскользнул к себе на второй этаж…
Утро встретило меня запахом крепкого кофе и ароматом выпечки. Я спустился вниз и встретил на кухне только Олю. Она сидела с огромной чашкой в руке и двумя маленькими булочками на тарелке.
— Доброе утро! — Осталось без ответа. Только хмурый взгляд в мою сторону поверх телефона, в который она пялилась.
Я заглянул в кофеварку, нацедил себе маленькую чашку напитка, взял несколько булочек со стола, и сел за стол напротив сестры. Она выглядела не выспавшейся и уставшей.
— Бессонная ночка? — Без задней мысли спросил я, снова не надеясь на ответ.
— Хлеборезку заткни!
Я слегка опешил.
— Ты чего такая грубиянка?
— Слушай, я знаю, мама просила тебя быть вежливым со мной, меня она просила о том же. Но давай хотя бы не притворяться, когда мы один на один? Это для меня перебор, смотреть на твою мерзкую рожу и сдерживать себя. Лады? Так что, пошёл в жопу, Майк!
Бля! Похоже, брат с сестрой в этой семейке очень давно и капитально перешли друг другу дорогу. Что вообще нужно сделать, чтобы тебя так ненавидели? Или старый Майк был ещё тем пидором, в самом плохом смысле этого слова? Хотя, если бы меня отец бил ногами по любому поводу, я бы тоже окрысился на весь мир. Теперь и не понять, кто здесь неправ изначально, и кто всему виной.
— Майки! Оля! — Элеонора показалась в столовой в лёгком полупрозрачном халатике, накинутом явно на голое тело.
Снова эти будоражащие изгибы и просвечивающиеся сквозь ткань тёмные ореолы сосков. Она точно решила свести меня с ума! Эля сонно и смешно щурилась от яркого солнца и счастливо улыбалась своим мыслям.
— Доброе утро… дети! — Она запнулась, пытаясь определить мой новый для неё статус, но решила, видимо, при дочери оставить всё как есть.
— Доброе утро! — Ответили мы дружно, за что я получил ещё один гневный взгляд от сестры.
— Ваш отец не смог позавтракать с нами сегодня, но обязательно будет к обеду. Майки, можешь после школы не задерживаться, соберёмся все вместе?
— Да, конечно! — Я отхлебнул из чашки и закусил булочкой.
 
Сестра хмурилась и подозрительно на нас поглядывала, словно подозревая в чём-то.
— Ладно. Вы, как я вижу, поели, я вам не нужна. Тогда я в душ и по магазинам, нужно скупиться на обед. Оль, ты со мной?
— Да, мам. Прогуляюсь, проветрю голову. — Голоском послушной и примерной дочери ответила та.
— Отлично! Собирайся! — Элеонора развернулась и так же стремительно, как и появилась здесь, упорхнула из комнаты.
— Что это было? — Спросила Ольга, как только за Элей захлопнулась дверь спальни.
— Что именно?
— Почему вы не рычите друг на друга, почему ты с ней так легко соглашаешься? Почему ты такой спокойный и ровный, не ноешь и не жалуешься на свою никчёмную жизнь, а просто молча сидишь и пьёшь кофе?
— Кофе вкусный. — Пожал я плечами, словно это всё объясняло.
— Не беси меня, гомик!
— Фу! Как грубо! — Поморщился я и снова сделал глоток из чашки. — Пять минут назад ты не хотела со мной разговаривать.
— Вот! — Она обвиняюще ткнула в меня пальцем. — Ты снова не отреагировал на оскорбление. Ты принимаешь какие-то транквилизаторы?
— Я бы рекомендовал тебе найти парня и хорошенько потрахаться. Ты как-то чересчур перевозбуждена и напряжена. — Я искренне улыбнулся ей, показывая, что не оскорбляю, а просто по-братски шучу.
— Не беси меня! Лады? — Фыркнула мелкая язва.
Пожалуй, на сегодня семейных откровений достаточно, решил я и встал из-за стола.
— Спасибо за кофе, он был вкусный!
Оттопыренный средний палец и высунутый кончик языка был мне ответом. Нужно глянуть в сети, что это может значить. Такое чувство, что ничего хорошего. Я показал средний палец в ответ и пошёл собирать рюкзак на тренировку. Нужно успеть до обеда хоть немного позаниматься…
Парней в зале не было, пришлось вспоминать то, что вдалбливал мне в голову Андрей прошлый раз. Отработал на груше, попрыгал на скакалке, потягал железяки, и время, выделенное мною на тренировку, подошло к концу. Пора на семейный обед. Эля просила прийти, отказывать ей совсем не хотелось…
Семейный обед был странным. Совсем не так я себе представлял дружные семейные посиделки. Хотя, для этой семьи, наверное, это было нормой. Все ели молча, как будто собрались лишь для того, чтобы поесть. Единственный звук, нарушающий эту холодную тишину в столовой – скрип вилок и ножей о тарелки. Для этого точно не нужно было собирать всю семью.
— Когда пересдача, Оль? — Решила прервать затянувшееся молчание хозяйка дома.
— Сразу после каникул.
— Ты готовишься?
— Конечно, ма!
— Дорогой, — обратилась Эля к отцу и мельком глянула в мою сторону, — будешь добавку?
— Нет. Спасибо! Я сыт!
— А я буду, мам. — Оля протянула тарелку матери и та положила ей самый сочный кусок. — Папочка, ты точно не хочешь? Я могу поделиться, мне это многовато. — Мило улыбнулась она моему отцу.
— Нет. Я же сказал!
Какая милая дочь! Вежливая с матерью, улыбчивая с отцом. Само очарование! А мне чуть ли ядом в чашку с кофе не плевалась утром.
— Дорогая, подай мне бутылку пива. — Он ткнул жирным пальцем в сторону холодильника, едва не прищёлкнув им.
— Сам возьми... Дорогой. — Ответила Элеонора и сама удивилась своей наглости. — У нищих слуг нет! — Добавила она и хмыкнула.
— Мы не нищие! — Отец обвёл всех нас грозным взглядом, и внимательно посмотрел на свою супругу.
— Да? Что-то не вижу я роскоши и толпы слуг. — Усмехнулась Эля. — Возможно, ты тратишь слишком много денег на своих малолетних шлюх?
— У нас проблемы с деньгами? — Нахмурилась Ольга.
— Небольшие и не такие серьёзные. — Хмуро ответил отец.
— Как и твой член! — В этот раз Эля уже не смущалась, на её лице расплылась довольная улыбка.
— Мама! — Брови Ольги взметнулись вверх. — Прости её, папочка! — Она немного помолчала, раздумывая над чем-то, и снова обратилась к отцу: — Мне нужно всего десять тысяч. Мы с друзьями…