"Фантастика 2025-141". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)

— Молодой человек, кристаллы поломать не хотите? — окликнул я Рыбака.
— Очень смешно, ваше сиятельство, — буркнул он, подходя ко мне. — Если вы думаете, что оригинально пошутили, то ошибаетесь. Я сегодня вот слово в слово то же самое слышал раз двести. — Он с сожалением провёл пальцами по гладкому подбородку. — Чёрт, ведь есть же люди, у которых растёт в день по сантиметру, а у меня ни хрена.
  
— А чего у тебя кожа блестит так?
— Да я просто умывался только что.
Рыбак смущённо отвернулся.
— Да хватит заливать, я вижу что-то жирное.
— Да, блин. — «Молодой человек» снова провёл пальцами по подбородку. — Я попросил у Светы что-нибудь, что ускоряет рост волос. Правда, не помогает ни хрена.
— Ладно, не горюй. — Я хлопнул его по плечу. — Мужика красит не внешность, а поступки.
— То есть всё-таки хреново, да?
— У Василисы завтра спросишь, или когда вы там увидитесь.
— Ой, не напоминайте, у меня аж колени трясутся, когда об этом думаю. Мне кажется, именно борода ей во мне изначально и понравилась. Это потом я уже раскрыл себя как умного, весёлого и…
— Я понял, — усмехнулся я. — Но думаю, изначально ей понравилось, что тогда в Муроме возле казино ты перестрелял всех богомолов.
— Ну, это да, — немного расслабился Рыбак.
— Ладно, садись в телегу, погнали.
Мы быстро перебрались через реку и вскоре достигли леса. К этому моменту ребята расчистили уже под четыре километра диких земель и примерно столько же со своей стороны сделали сталкеры из Лос-Сантоса. То есть уже больше половины. Отличный результат!
— За мной! — скомандовал я и подбежал к первому оставленному нам четырёхметровому чёрному кристаллу.
Да, к хорошему действительно быстро привыкаешь. На первом же «острове», отбиваясь от полчищ юрких и когтистых стрекоз, мы по полной ощутили, каково это, когда нет приманивающего к себе врагов огромного и сильного союзника.
Мы, конечно, справились, но изрядно утомились бегать-прыгать, а также залечивать свежие раны. Но что поделаешь.
В конце концов пусть и с просевшей скоростью за полтора часа мы сломали шесть кристаллов примерно сорокового уровня и уже хотели было идти на сторону сталкеров, как ко мне прибежал запыхавшийся радист.
— Дмитрий Николаевич, в Савино прибыл гость!
— Что за гость? — спросил я, одновременно создавая над собой сферу воды.
— Из Нижнего Новгорода посланец от графа Ипполита Захаровича Волкова. Больше ничего не сказал, но попросил передать, что это очень срочно и важно.
О, от Волкова! Проявился наконец-то!
С тех пор как я связался с ним, возвращаясь из Вологды, от него ни слуху ни духу. Не отвечал он в том числе и по тем запасным частотам, что специально дал мне для связи на экстренный случай.
— Телега ждёт, — сказал радист.
— Бегу.
Я хлопнул в ладоши, сфера надо мной лопнула, окатив меня водой с ног до головы. Конечно, хреновенькая замена душа, но, по крайней мере, я теперь не похож на мясника, только что вернувшегося с забоя инопланетных животных.
Кустарник в этой части леса мы давно вырубили, поэтому я бегом добрался до расчищенного участка, сел в телегу и на полной скорости погнал в Савино.
Посланец ждал в моём кабинете в тюрьме. Краем глаза заметив, что в соседней комнате промелькнула знакомая фигура в зелёном халате и рыжие кудри Милы, я открыл дверь к себе.
Худощавый, темноволосый, невысокого роста гладковыбритый мужчина поднялся из кресла мне навстречу. На вид ему было от тридцати до шестидесяти, и лишь цепкий взгляд серых глаз выдавал, что, скорее всего, второе.
— Бурунов Михаил Степанович, — представился он.
— Акулов Дмитрий Николаевич.
Я протянул ладонь, и мы обменялись рукопожатиями.
— Перекусить чего-нибудь не желаете?
— Нет, меня сегодня ещё в Липецке ждёт большой ужин, — помотал головой представитель Волкова.
— Ну, хорошо. — Я сел в кресло и посмотрел на него. — Рассказывайте! Как дела у Ипполита Захаровича?
— Да плохо у него дела, — развёл руками собеседник. — Граф Волков умер три дня назад.
  
Глава 11
 
— Как это умер? — ошарашенно спросил я, уже жалея о том, что на столе ничего, кроме сока, нет.
Я схватил графин и наполнил два стакана.
— Взрыв в загородной резиденции, — ровным голосом, не отрывая взгляда от моего лица, проговорил посланник. — От его спальни и соседних помещений вообще ничего не осталось.
— Тело опознали?
— От тела тоже мало что осталось, но по разнообразным косвенным признакам, а также благодаря показаниям свидетелей удалось точно установить, что граф в этот момент находился в комнате и погиб.
— Нашли тех, кто это сделал?
— Насколько я знаю, убийцы действовали очень чисто и следов не оставили.
— Ясно.
Я залпом осушил стакан и наполнил его снова. Новость, откровенно говоря, хреновая.
Даже если откинуть то, что Ипполит Захарович просто был хорошим мужиком, он ещё и стал для меня очень ценным партнёром. Знал всё и обо всех, общался со многими на самом верху. А ещё у нас с ним долевое участие в металлургическом предприятии в Огненной усадьбе.
— Вы как, Дмитрий Николаевич? — спросил Михаил Степанович. — Готовы воспринимать информацию?
— Да-да, вполне, — кивнул я и перевёл взгляд с потолка на собеседника.
— Так вот. — Он достал из сумки чёрную папку и положил её на стол. — Я приехал не только для того, чтобы сообщить вам эту новость. Я приехал по делам, так сказать, более практичным. А если конкретно, по поводу наследства Ипполита Захаровича.
— Наследства? — Мои брови непроизвольно взлетели. — А причем здесь я? У него же там родственников полно, да и клан свой.
— Не волнуйтесь, всем досталось, — одними губами улыбнулся Бурунов. — Но и вам Ипполит Захарович кое-что хотел предложить.
— Предложить? — Ещё больше удивился я. — Наследство разве предлагают? Если честно, я не очень хорошо разбираюсь в законах империи, касающихся этого вопроса.
— Тогда позвольте просветить вас. — Представитель графа так и не открыл папку и откинулся в кресле. — Есть основная часть наследства. Она составляет не меньше пятидесяти процентов активов и пассивов умершего и всегда идёт его родственникам по праву очерёдности…
— Извините, что перебиваю… Вы сказали «пассивов»?
— Конечно, долги тоже наследуются.
— А-а-а.
— Именно поэтому я и сказал слово «предложить». — В глазах Бурунова сверкнул странный огонёк. — Но об этом позже. Так вот, кроме основной доли, есть ещё и другая, она распределяется в соответствии с завещанием. В нашем, то есть в вашем случае, Ипполит Захарович специально приходил ко мне около недели назад и выразил свою волю очень и очень чётко. А также оставил вам послание, предлагаю с него и начать.
Бурунов открыл папку и достал из неё запечатанный конверт.
— Будьте уверены, это настоящая магическая печать и подпись Ипполита Захаровича. Никто не знает, что внутри.
Доверяй, но проверяй. С внутренним трепетом я принял конверт и просканировал его. Все чётко: и срок, и неприкосновенность. Что ж, посмотрим, может, там ключ от усадьбы, где деньги лежат.
Я вскрыл печать и достал несколько скреплённых и сложенных вчетверо листков бумаги. Аккуратный, убористый почерк, без сомнения, принадлежал Ипполиту Захаровичу.
'Дорогой Дмитрий Николаевич, если вы читаете это, то меня уже нет в живых и, скорее всего, это происходит в начале июня. Да-да, друг мой, не удивляйтесь, просто я достаточно регулярно обновляю своё завещание и, если бы это произошло позже, со следующим обновлением написал бы другую дату.
Ха! Приятно быть прозорливым, пусть и мёртвым.
  
Итак, наверное, вам уже сообщили о том, что я предлагаю. А если нет, в общих чертах скажу. Это мои самые рисковые активы и, соответственно, потенциально самые прибыльные. А рисковые, потому что не исключено, что именно из-за них меня и убили. Впрочем, тут вариантов много. Откровенно говоря, даже в мирное время масштабы моей активности создали мне много врагов, а последние месяцы трудно назвать мирными со всеми вытекающими отсюда последствиями.