"Фантастика 2025-141". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)
— О! Здравствуйте, Дмитрий…
— С тебя два миллиона наличными прямо сейчас! — прервал я сидящего за большим столом маленького человека. — У тебя три минуты. Каждая следующая будет стоить одну ногу. Первыми будут две твоих. Время пошло…
— То есть вы признаете…
— Что поотрывал ноги тебе и тем ублюдкам, что сожгли мои склады? — прошипел я, уперев руки в стол и склонившись над ним. — Конечно, признаю. Осталось две с половиной минуты…
— Дмитрий Николаевич, дайте хоть десять! Мне надо связаться…
— Придурок недоразвитый! — Я скомкал лежащий на столе листок и кинул его в лоб хозяину кабинета. — Твои диктофон, телефон и рация уже не работают давно. Давай быстро проверяй, осталось две минуты!
— Как не работают?.. В смысле, что вы имеете в виду?
— Ну ты тупой!
Я обошёл стол и вырвал верхний ящик.
— Это нападение… — начал было коротышка, но, увидев оплавленную рацию, тут же заткнулся.
— Ну а в сейф сам залезь! — Я ткнул пальцем в нужную плитку на полу. — Быстро!
Вячеслав Матвеевич подскочил, закрыв плитку спиной, открыл сейф и замер.
— Сгорел, да? — заглядывая ему через плечо, поинтересовался я.
— Да… — едва слышно прошептал обалдевший коротышка.
— А деньги, смотрю, не сгорели, — ткнул я пальцем. — И, кстати, за попытку шантажа цена выросла в два раза и осталась одна минута. Давай, пока ещё двуногий, думай. А то больше на врачей потратишь!
Я отошёл, сел в кресло напротив стола и стал ждать реакции хозяина кабинета. И ждать с нетерпением, так как за те два часа, что следил за ним из ближайшего дешёвого отеля, помимо прочего, выяснил аж две очень интересные вещи.
Первая — хоть за ним и стояли какие-то люди, это были, скорее, акционеры и партнёры, а самым главным, как ни странно, здесь, похоже, являлся именно этот мелкий хмырь.
И вторая — люди, работающие на Вячеслава Матвеевича, его очень любили. Вернее, даже боготворили. И были готовы за него и убить, и умереть. И об этом я хотел расспросить непонятного сектанта подробнее.
— Тридцать секунд…
Видно, вся глубина ситуации, наконец, дошла до главного пожарного. Он засуетился, и уже через десять секунд передо мной лежало сорок стотысячных пачек.
— Мудрое решение, — кивнул я, убирая деньги. — Когда, ты говоришь, мои склады будут отремонтированы и готовы к работе…
— А?.. А-а… через три дня…
— Что ты там мямлишь⁈ Я не слышу! Завтра?
— Да, завтра, к вечеру!
— Хорошо, но у меня скопился избыток шкур, и машины с ними уже едут в Усмань. Думаю, у тебя найдутся ещё две-три точки, чтобы я выставил пока мой товар? Разумеется, мне нужны те, что принадлежат именно тебе, а не те, что ты отжал у других людей.
— Да, найдутся такие! — после паузы выдохнул коротышка и достал из стола бутылку с коричневой жидкостью. — Будете?
— Нет. — Я побарабанил пальцами по столу. — В общем, мне не нравится, как ты ведёшь здесь дела.
Хозяин кабинета ничего не ответил — он дрожащей рукой наполнил стакан и опорожнил его. Я же тем временем, стараясь замаскировать колебания энергии, начал использовать магию контроля. Не сильно, конечно, иначе он мог бы заметить. Совсем чуть-чуть, чтобы понемногу создать подходящую для более откровенного разговора атмосферу.
— Ты же даже не зажравшихся аристократов грабишь, — продолжил я. — Ты грабишь людей, которые защищают границы империи…
— Тут таких не так много, — набравшись смелости, возразил коротышка. — Такие чаще в Липецк или столицу ездят и там торгуют. Здесь восемьдесят процентов продавцов, так или иначе связаны с Лос-Сантосом.
Сказанное меня удивило, но принципиально дела не меняло, а вот дальше Вячеслав Матвеевич всё-таки сумел меня поразить…
— Я на заработанные деньги школу в Тамбове построил, — тихо произнёс он, после чего вжался в кресло и стал ещё меньше.
— Какую школу? — поднял бровь я.
— Обычную, среднюю, для детей из неассимилированной области… — продолжил менять моё представление о мире этот странный тип. — И выкупил несколько подъездов в домах поблизости, чтобы они там жили.
Я бы никогда в такое не поверил, но теперь некоторые из подслушанных утренних фраз стали понятны. Да и магия подсказывала, что, похоже, собеседник не врёт.
— И это твои ученики тебе служат? — спросил я.
— Нет, конечно, — слабо улыбнулся Вячеслав Матвеевич. — Это или их родственники, или просто мужики из деревень помогают.
— Помогают склады жечь! Ты, кстати, ещё чем-то занимаешься, кроме этого? Работорговлей?
— Нет! — искренне оскорбился хозяин кабинета. — Ребята, конечно, иногда ходят в дикие земли, но всё в рамках закона. Монстров бьют, ну, если найдут что-то полезное, то продаём, конечно…
— И сталкеров, наверное, не гнушаетесь грабить…
— Да нет! — Вячеслав Матвеевич снова наполнил бокал. — Я понимаю, это странно звучит, после… сегодняшней ночи.
— Ты прав, звучит странно. — Я посмотрел на голубое небо, виднеющееся в щели между плотными коричневыми шторами. — Гораздо больше похоже на подготовку боевиков. И разборки с конкурентами.
— Нет же! — Коротышка забылся и стукнул кулаком по столу, потом поймал мой взгляд и заговорил спокойнее: — Нет же! В школе нанятые учителя по всем предметам, хорошие условия. Ребята даже не знают меня. Школа уже второй год существует, в этом году первые ученики выпустятся и пойдут в техникумы или университет… А добровольцев…
Собеседник снова плеснул себе полстакана и залпом выпил.
— Ну да добровольцев мы тоже набираем и сразу же делим. Подавляющее большинство занимаются абсолютно легальными вещами. Для грязной работы у нас небольшая группа. Но без неё нельзя!
— Ага, склады будет некому жечь.
В комнате повисла тишина.
Не знаю, о чём думал мой необычный собеседник, а я вот продолжал удивляться тому, что так и не сумел уловить ни слова лжи в его словах. И вот как такое уживается в одном человеке?
У него было трудное детство, и он стал плохим, а теперь пытается помочь детям не пойти по-своему пути? Примитивно, но если как-то так, то очень похвально. Если не считать методов… Впрочем, чего я гадаю?
— А зачем ты всё это делаешь? — спросил я. — Я имею в виду школу.
— Извините, господин барон, но это личное, — тихо произнёс коротышка.
— Слава, попробуй кое-что осознать, — я посмотрел в серые глаза собеседника, — Во-первых, я могу убить тебя в любой момент. Во-вторых, у меня есть один интересный список, в который я вношу всех, с кем имел конфликт, но кого сразу не убил. И все из этого списка умрут, если со мной или с Савино что-то случится. Ну и в-третьих, пока я не вижу достаточных оснований оставлять тебя в живых, поэтому на твоём месте постарался бы объясниться.
— Нет, Дмитрий Николаевич! — Собеседник отодвинул пустой стакан. — Мои мотивы — это моё личное дело. Мы можем продолжить конфликт, но в моё прошлое я вас не пущу, даже если вы прямо сейчас решите убить меня. Что же до школы. То вот! — Он достал из ящика стола папку. — Здесь вся общая информация. Эту папку я показываю потенциальным инвесторам. Можете ознакомиться, навести справки или даже прислать ревизора.
— А такой же папочки по твоим сталкерским группам не найдётся?
Снова повисла пауза, во время которой собеседник долго рассматривал меня, и на его лице отражалась активная работа мысли. Мысли, немного подкорректированной работой магии контроля.
— Вы слышали имя Семёна Игнатьевича? — наконец, спросил он.
Да, сегодня ночью от тебя, когда ты говорил исполнителю, что сообщишь ему об успешно выполненном деле. А потом ещё несколько раз с утра.
— Вскользь, — ответил я.
— Так вот, этот человек достаточно известен, как в Лос-Сантосе и других городах диких земель, так и на юге империи. Он очень таинственный, и его боятся многие.
— Очень интересно, — пожал плечами я, так как не знал, что ещё сказать.
— Этот человек погиб пять лет назад, — усмехнулся Вячеслав Матвеевич. — И я был одним из тех, кто присутствовал при его смерти. С тех пор я и ещё несколько посвящённых используем его имя, так сказать, для пущего эффекта и если надо сделать что-то не совсем законное.