В постели с бактериями. История, наука и секреты микроскопических существ, о которых не принято гово

Отношения такого типа могут значительно повлиять на формирование сети сексуальных связей. Как мы знаем из главы 5, множество сексуальных связей в географически замкнутом пространстве создают сеть практически закрытого типа, в которой ИППП распространяются стремительно. В результате по всей стране заболеваемость ВИЧ и ИППП среди чернокожих женщин выше – например, гонореей они болеют почти в восемь раз чаще, чем белые американки26.
  
Считать, что гонорея распространяется в обществе, не подчиняясь никаким законам, конечно, очень демократично. На самом же деле с точки зрения риска заразиться гонореей важнее то, где и как вы находите себе половых партнеров, а не то, сколько их у вас. Вот почему исследователь сетей Джон Поттерет (John Potterat) называет гонорею «районной» инфекцией. Изучая ситуацию в городе Колорадо-Спрингс, Поттерет выяснил, что большинство пациентов с гонореей были молодыми и не белыми, причем 4/5 пациентов проживали в 1/5 переписных районов города. Почти половина зараженных гонореей граждан концентрировались в шести барах/клубах из 300 наличных в городе (и их владельцы едва ли станут гордо сообщать об этом в «Желтых страницах»)27.
Поттерет проанализировал сексуальные сети города, объединив сексуально активных жителей в «группы». Размер группы менялся, когда человек, заразившийся гонореей, входил в нее или покидал ее, кроме того, отмечалось, где такой человек жил и с кем общался. Ученый обнаружил, что взаимодействие сексуальных и социальных связей человека в рамках определенной географической территории создавало сексуальное «облако», идеальную среду для распространения гонореи среди тех, кто ищет себе сексуальных партнеров в таких сексуальных сетях определенных районов Колорадо-Спрингс. Он определил, что риск заразиться гонореей, найдя себе партнера внутри такого облака, в триста раз выше, чем среди остального населения28.
Мы можем предпринять попытку определить эти облака, или горячие точки гонореи, сделать проверку на ИППП и лечение от инфекций для людей в таких районах доступнее, однако до тех пор, пока факторы, ведущие к массовым тюремным заключениям, продолжают вызывать дисбаланс полов в районах, населенных цветными, мы не сможем победить расовое неравенство заболеваемости гонореей и другими ИППП. Выступая за равный доступ к услугам здравоохранения и реформу уголовного правосудия, следует также выстраивать систему поддержки общественного здоровья, в которой будет больше услуг, направленных на обеспечение сексуального здоровья, особенно в районах с высокой заболеваемостью ИППП. Рано или поздно антибиотикорезистентная гонорея распространится по всей территории США, и мы не можем позволить себе встретить ее со спущенными штанами.
 Глава девятая 
 ДоКоПаться до правды 
 Как маленькая голубая таблетка изменила профилактику ВИЧ 
В 1960-х годах на столах тысяч американских врачей появились величественные обнаженные девы. Расписанные золотой краской пластиковые пресс-папье изображали эфиопскую принцессу Андромеду, героиню греческой мифологии, в тот момент, когда она освобождается от цепей, приковавших ее к скале в море. Такие безделушки врачам дарила компания Searle, производитель препарата, известного не по названию – его называли просто «таблетка». Реклама этого средства обещала освободить женщин от неудобств, связанных с менструальным циклом1.
К 1965 году «таблеткой» пользовались уже 6,5 миллиона женщин, не желавших жить в постоянном страхе наступления незапланированной беременности2. Появление «таблетки» способствовало расцвету сексуальной революции 1960-х годов, когда культурная норма восприятия секса изменилась и им начали заниматься для удовольствия, а не только для продолжения рода2. Обретенная женщинами сексуальная свобода вызывала в обществе страх. К 1966 году журнал U.S. News and World Report сообщил о широко распространенных опасениях относительно того, что «таблетка» станет «лицензией на половую распущенность». Вдруг страсти миллионов женщин вырвутся на свободу и в мире наступит «сексуальная анархия»?3
В 2012 году другая таблетка открыла перед нашей страной перспективы радужные и одновременно пугающие. Препарат «Трувада», 19-миллиметровая продолговатая таблетка небесно-голубого цвета с номером 701 на одной стороне и надписью GILEAD (производитель) на другой. Каждая таблетка содержит два препарата, эмтрицитабин и тенофовир, которые раньше использовали для лечения ВИЧ. В этот раз компания Gilead Sciences потребовала Управление по контролю за пищевыми продуктами и лекарственными препаратами США одобрить препарат для применения ВИЧ-отрицательными людьми в качестве профилактики; процедура получила название ПЭП (предэкспозиционная профилактика) или ДКП (доконтактная профилактика). Как и противозачаточные таблетки, средства ДКП можно принимать ежедневно в течение всего того времени, пока человеку нужна такая защита4.
Оба препарата, входящих в состав «Трувады», подавляют обратную транскриптазу – белок, с помощью которого ВИЧ реплицируется. AZT, первый препарат такого типа, был зарегистрирован еще в 1987 году. Сегодня, спустя 30 лет с начала эпидемии, AZT уже не применяется, но ингибиторы обратной транскриптазы по-прежнему составляют основу терапии.
Направить усилия на подавление обратной транскриптазы логично, поскольку именно она является залогом выживания ВИЧ в организме. Вирус захватывает иммунную систему человека, и она перестает работать, однако он не может закрепиться в организме, если не сможет размножаться. Происходит это посредством копирования генетического кода рибонуклеиновой кислоты (РНК) в нашу ДНК, из которой в основном и строятся человеческие гены.
ДНК человека можно сравнить с огромной книгой, разделенной на 23 главы, или хромосомы, заполненные тремя миллиардами пар букв (А/Т и С/G), называемых нуклеотиды. Когда ВИЧ проникает в клетку, его обратная транскриптаза захватывает нуклеотиды А, Т, С, G внутри наших клеток и собирает их в цепочку, образуя одну-единственную нить ДНК, повторяющую генетический код вируса.
Составляющие «Трувады» – эмтрицитабин и тенофовир – очень похожи на наши нуклеотиды А/С/Т/G; их так же тяжело отличить от настоящих, как несовершеннолетних, покупающих алкоголь по поддельным документам. При попадании в организм препарата обратная транскриптаза захватывает его составляющие так же, как настоящие нуклеотиды человека, и добавляет к выстраиваемым в клетках цепочкам ДНК ВИЧ, однако когда эмтрицитабин или тенофовир оказываются в цепочке, их структуры не позволяют ничему больше присоединиться. Цепочка ДНК перестает строиться, и воспроизведение вируса прекращается.
Логично предположить, что препараты, мешающие воспроизведению генетического кода ВИЧ, имеет смысл принимать до того, как вирус поселился в клетках организма. С другой стороны, мысль о том, что абсолютно здоровые люди начнут принимать препарат от ВИЧ и будут принимать его годами, представлялась довольно революционной. Для того чтобы Управление по контролю за пищевыми продуктами и лекарственными препаратами США одобрило такое применение лекарства, нужно, чтобы его польза превосходила возможные риски.
И доказательства в пользу ДКП начали множиться. В 2010 году результаты исследования iPrEX (Iniciative Profilaxis Pre-Exposicion[40]), проведенного сразу в нескольких странах, доказали, что у гомосексуалистов и трансгендерных женщин «Трувада» сократила инфицирование ВИЧ на 42 %5. У тех, кто ежедневно принимал «Труваду» в качестве предэкспозиционной профилактики, ее эффективность достигла 99 %. В 2011 году завершилось исследование гетеросексуальных пар в Африке (в паре один партнер был ВИЧ-положительным, другой – ВИЧ-отрицательным), оно показало, что инфицирование ВИЧ сократилось на 75 %6. Этого оказалось достаточно для того, чтобы в июле 2012 года Управление одобрило применение «Трувады» в качестве средства предэкспозиционной профилактики. Решение Управления стало первой победой всех, кто поддерживал эту инициативу. Участники исследования размещали в интернете восторженные заголовки вроде «“Трувада” изменила мою жизнь» или «ДКП послана нам свыше».