Продам честь. Дорого (СИ)

В этот момент как раз объявили посадку на ее самолет и ей пришлось волноваться о том, чтобы найти свой терминал, ничего не перепутав и не опоздав.
Оказывается зря она так спешила и переживала. По какой-то причине посадку задержали вначале на пятнадцать минут, потом на полчаса, а затем и на весь час. Народ в очереди принялся проявлять недовольство, опасаясь технической неисправности самолета. А с чем еще могла быть связана вот такая задержка рейса? Однако ожидающим посадки ничего дополнительного не сообщали.
Елена еще подумала, что как будто какой-то рок задерживает ее на этой земле, не давая улететь с тяжестью на душе. Несколько раз в голове девушки проскакивали мысли все бросить и отказаться от полета, вернувшись в дом, где она познала мимолетное счастье. Любовью случившееся девушка боялась назвать, ибо тогда пришлось бы признать, что она самостоятельно собственными руками сломала нежные ростки трепетного чувства, зародившегося глубоко внутри.
Наконец, все проблемы были исправлены и пассажиров пригласили в самолет. Девушку до последнего не покидало ощущение, что она все делает не так. Поступает крайне глупо, но она наступила на горла собственным предчувствиям, задушив их в корне, сказав, что так будет лучше. А время все расставит на свои места.
Когда самолет поднялся в воздух, оторвавшись от полосы разгона у Елены сложилось ощущение будто лопнула натянутая струна, тащившая ее назад.
  
22
 
Аполлон несся на своем спорткаре, не разбирая дороги. Ему было абсолютно все равно что с ним будет. Остановят ли его работники полиции? Оштрафуют ли? Или посадят в тюрьму. Все это не имело значения. Сдерживаемые в аэропорту эмоции требовали выхода. И они выплескивались в бешеную скорость и езду на грани жизни и смерти. В этот момент он ни о чем не думал. Было лишь дикое желание выжечь каленым железом боль, угнездившуюся в груди. Как тяжело осознавать, что не властен над собственной жизнью, собственной судьбой, когда казалось бы находишься на коне и волен выбирать все что угодно. Ведь на это есть и возможности и деньги…Деньги, черт их побери. Величайшее достижение человечества и в то же время его проклятие. Деньги — то, без чего практически невозможно вести достойное существование в этом мире, на что возможно купить многое, но нельзя купить то единственное, что жизненно необходимо. Как воздух. Как солнечный луч. Как глоток воды.
— Черт, — в сердцах выругался Аполлон, ударяя по рулю. — И зачем я только поперся на этот злосчастный аукцион? Чего мне дома не сиделось?
И вот теперь весь внутренний мир перевернут кверху ногами. Почему так случилось? Ведь все было хорошо. В самом начале. И он уже планировал поездку домой, в Россию, после того как выздоровеет Неждан, вместе со всеми. Вчетвером. Так здорово было ощущать себя членом полноценной семьи, когда есть брат и есть дорогая сердцу женщина. Даже отношения с невесткой и то стали налаживаться. Хоть медленно, но верно. И вдруг такое…
Аполлон не мог понять где он допустил слабину, где позволил себе ошибиться? Расслабиться?
Хотел и позволил. Вот был ответ. Понадеялся, что вот оно то редкое чувство, о котором слагают легенды, пишут притчи, убивают на поле боя, приносят себя в жертву. Надо только протянуть руку и взять его — оно практически уже твое. А все оказалось до банального просто и по-современному цинично.
Мысли мужчины вернулись в сегодняшнее утро, когда он стал свидетелем телефонного разговора Елены и…ее любовника Джона.
Аполлон, счастливый как никогда, решил сделать приятное девушке. И пусть сколько угодно хохочут над теми мужиками, которые приносят кофе или чай в постель ему просто хотелось отблагодарить Елену за доставленное наслаждение, сделав что-нибудь приятное, хоть какую-нибудь мелочь. И речь шла не только о постельной стороне вопроса, сексуальной составляющей удовольствия, речь шла о том наслаждении, которое дарилось присутствием рядом, возможностью дышать в унисон, да в конце концов просто лежать рядом, наматывая на палец прядь темно-русых волос.
 
Аполлон поднялся с постели, приказав девушке никуда не убегать без его разрешения. Елена обещала слушаться во всем, разморенная негой. Аполлон, натянув лишь нижнее белье, отправился на кухню, чтобы выполнить задуманное. Чайник давно вскипел, а он все не знал где раздобыть хотя бы маленький цветочек для украшения импровизированного стола. Вспомнил, что на дворе видел одуванчики, разросшиеся вовсю среди декоративного газона. Эту худую траву никак не могли вывести, сколько не старались. Но именно сейчас распустившиеся венчики золотистых кругляшков были очень кстати.
Недолго думая, мужчина отправился на добычу желтеньких зонтиков, радующих глаз только лишь своим видом. Конечно же пришлось полазить на карачках, собирая земную красоту, но оно того стоило. Небольшой букетик приятно грел душу осознанием своей ценности.
«Видели бы меня сейчас знакомые. Засмеяли бы по самые уши», — подумал Аполлон.
Мыслимое ли дело, что человек, у которого денег куры не клюют, вместо того, чтобы заказать букет через магазин сам собирает полевые цветы, считающиеся во всем мире сорняками. Да если бы тот же Неждан увидел что делает Аполлон он бы глазам своим не поверил. Посчитал бы, что тот сошел с ума и ему пора отправляться на прием к специалисту по мозгам, а в худшем случае искать место в высокооплачиваемой клинике для душевно больных.
Аполлон удивлялся самому себе, каким он стал мягким и нежным. Ведь никогда ранее таким не был. Чаще старался брать что дают, не задумываясь, что что-то следует дать взамен. Или в лучшем случае платил деньгами, не позволяя делиться душевной добротой, которой как оказалось накопилось в избытке. Она лишь до поры до времени дремала под налетом цинизма и светского лоска. А на самом деле он был простым парнем с открытой душой и сердцем.
Успешно провернув разведывательную операцию, закончившуюся захватом противника, вернее сбором трофеев на вражеской территории (читай, внутреннем дворике) мужчина вернулся на кухню, чтобы водрузить малюсенький букетик в стеклянный стаканчик. Поскольку маленькой вазы в доме вряд ли получилось бы найти. Итак, сойдет. Чем это не ваза?
Поставив на поднос все что задумал мужчина отправился назад в комнату, где его должна была ждать Елена. Дверь была приоткрыта, что позволило Аполлону расслышать русскую речь.
Мужчина не хотел подслушивать, но так получилось. Ноги сами понесли еще ближе.
— Джонни, милый. Это я. Ты скучал по мне? — ласковым тоном говорила девушка по телефону.
В сердце мужчины вонзилась первая стрела ревности. Ведь с ним Елена никогда так не разговаривала. Он даже не слышал от нее такого выражения в голосе. Никогда. Хотя когда бы он слышал? Они же были знакомы по времени не так уж и много, но казалось, что очень давно.
— И я по тебе, любимый, — Елена ворковала словно голубка. — Скоро встретимся. Я улажу один маленький вопросик… Ты же будешь меня встречать?
Дальше мужчина не стал слушать, пинком ноги открывая дверь в комнату. Его душила ярость, холодная и убийственная по своей сути.
— Значит, решу маленький вопросик? Не я ли случайно этот вопросик? — разгневанным тоном выдал мужчина, совершенно не подождав окончания разговора.
Девушка испуганно посмотрела на мужчину, она явно не ожидала, что ее подслушают. Страх, как показалось Аполлону, промелькнул в глазах Елены. Он думал, девушка сразу же захлопнет телефон, прекратив разговор, но она поступила иначе.
 
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍-Джонни, милый у меня возникли небольшие проблемы. Я тебе перезвоню чуть позже. Целую. Любимый. Не скучай без меня. Скоро увидимся.
Поднос с завтраком был с грохотом брошен на тумбочку. Бедные одуванчики выскочили из стакана и обиженно упали рядом. Но на их сбитые коленки никто не обратил внимание, впрочем, как и на них самих. О каких цветах могла идти речь если между двумя людьми вырастала стена непонимания, помноженная на обиду.