Продам честь. Дорого (СИ)

— Да они тут совсем ополоумели? — гневно спросила женщина. — Да если бы не он, то неизвестно чтобы было.
— Вот и я не понимаю в чем причина.
— Так где он? Ему нужна помощь? — Юнона уже и забыла, что секунду назад была недовольна отсутствием Аполлона в больнице.
— Честно? Не знаю. Он сказал начинать волноваться если его не будет несколько часов, а сколько конкретно не уточнил. Я даже и не знаю как быть, — растерянно произнесла девушка.
— Что ж ты сразу не сказала?! Надо его выручать.
— Как? Думаю, следует поехать в полицейский участок, — высказала свое мнение Елена. — Ты кому звонишь? — спросила девушка, видя, что Юнона принялась набирать чей-то номер.
— Телефон выключен. Вот черт, — выругалась женщина.
— У кого? — обеспокоенно спросила Елена. У нее противно засосало под ложечкой.
— Аполлона. Кого еще? — Юнона постучала трубкой по руке. — Что же делать? Ладно. Баш на баш.
— Что ты задумала? — девушка видела, что Юнона словно собирается нырнуть в холодную воду.
— Выручать, конечно. Ладно не мешай. К ночи будет твой любимый дома. Уж это я могу организовать.
Елена подивилась уверенности, с которой были произнесены слова. Странная она эта Юнона. Еще недавно была рассеяна, не зная что делать, а теперь похожа на дикую кошку перед прыжком. Вот опять кому-то звонит.
— Привет…отец, — женщина вслушивалась в слова на том конце провода. — Да. Давно не звонила. Занята была…Где? На отдыхе…Как? Плохо…Почему плохо? Неждан лежит без сознания, после того как выпал за борт… Поехали отдохнуть…Да. Знаю, что не любит, но так получилось. Теперь точно больше никогда…Помощь?! Нужна. Нет. Здесь пока не требуется. Если надо будет, то сообщу. У меня другая проблема…Какая? Аполлон в полиции…По какой-то надуманной причине… Нет. Не знаю в каком участке точно…Поможешь?! Спасибо…папа.
На этом разговор прекратился. Женщина еще некоторое время смотрела перед собой, размышляя о чем-то. Елена же ждала объяснений и не торопила ни в коем случае.
Так они и стояли в тишине, которую нарушил громкий, как показалось девушкам, писк приборов.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍-Что такое? — Елена закрутила головой по сторонам, пытаясь понять, что происходит.
— Кажется, Неждан приходит с себя, — не веря самой себе произнесла Юнона, подскочив к постели мужа.
И точно. У Неждана наблюдалась некая мышечная активность. Он пошевелил рукой.
Девушки окружили кровать, на которой лежал пострадавший.
— У меня глюки или у него веки шевелятся? — спросила Юнона.
— Тогда глюки у нас обоих, — уверенно ответила Елена. Она видела тоже самое.
И, действительно, через несколько секунд глаза Неждана начали потихоньку открываться. Еще пока были видны только щелочки, но не это главное, а главное то, что наметились положительные сдвиги в состоянии мужчины.
В этот момент зазвонил телефон Юноны, она нажала соединение, не глядя на трубку.
— Да. Слушаю. Хорошо. Спасибо. Буду очень благодарна, — потом замолчала на несколько секунд. Видимо, вслушивалась в ответ. — Да. Непременно заедем, когда станет лучше…Поцелуй маму за меня и передай привет. Спасибо еще раз.
— Неждан приходит в себя, — облегченно произнесла Елена. Она и не думала, что будет так переживать за своего нового знакомого.
— Слава Богу, — Юнона взяла за руку мужа, с надеждой вглядываясь в любимое лицо и следя за каждым мельчайшим изменением в состоянии мужчины.
— Может быть позвать врача? — девушка хотела быть полезной.
— Давай, еще немного подождем. Думаю, что еще рано. Боюсь сглазить, — Юнона слегка сжала пальцы мужа, прислушиваясь к дыханию.
Веки Неждана трепетали как крылья только что родившейся на свет бабочки, так же неуверенно, чуть дрожа. В конечном счете мужчина открыл глаза. Взгляд немного рассеянный и блуждающий, обращенный в потолок.
— Милый, я здесь. Неждан? — позвала Юнона. — Любимый, ты снова с нами, — шептала женщина, не замечая, что по щекам струятся слезы радости.
Неждан чуть скосил глаза в сторону, реагируя на голос жены. Повернуть шеей он не мог из-за наложенного бандажа. Юнона склонилась ниже, чтобы муж мог видеть ее лицо.
 
— Ты плачешь?! Не надо, — каркающим голосом произнес мужчина. — Где я?
— В больнице, — ответила женщина, не скрывая очевидное.
— Что со мной случилось? — Неждан пытался сразу же понять в какой ситуации оказался и почему это произошло.
— Ты упал с яхты в воду, но теперь все хорошо, — уверила жена.
— Все хорошо, — повторил он. — Раз все хорошо, то чего ты мокроту развела? Не стоит плакать, — слова Неждану давались с трудом
— Нет. Ты посмотри, Елена. Он меня еще и успокаивает. Словно это не он, а я лежу на больничной койке, — сквозь слезы улыбнулась женщина, облегченно вздыхая.
У нее камень с души упал. Да и не только у нее. Елена тоже почувствовала себя значительно лучше от осознания, что жизнь-то налаживается
— Это всего лишь небольшое недоразумение, — Неждан даже попытался улыбнуться в ответ жене, но улыбка получилась немного кривоватая, больше похожая на гримасу боли.
— Тебе плохо? Где? Болит? Да? Елена, позови врача, — скомандовала Юнона, тревожно вглядываясь в любимое лицо.
Девушка сразу же пошла за доктором или хотя бы медицинской сестрой. Впрочем, долго искать не потребовалось. Они уже спешили навстречу, видимо, приборы сообщили об изменении состояния мужчины на пульт управления.
Сухонький маленький доктор и под стать ему медсестричка зашли в палату, сходу принявшись снимать показатели датчиков и задавать вопросы о самочувствии не только самому пациенту, но и Юноне, выясняя общую картину пробуждения.
Елена вначале отошла в сторонку, а потом и вовсе вышла из комнаты, дабы не мешать и не раздражать своим присутствием, хотя ей никто и слова не сказал против. Девушка переживала за Аполлона. Как он там? Что с ним? Теперь когда Неждан пришел в себя на повестку дня встала другая проблема, требующая решения.
Из отрывочной беседы Юноны по телефону девушка поняла, что та кому-то дала задание посодействовать в судьбе мужчины, предположительно разговаривала с отцом. Наверное, он у нее какая-то шишка, раз может решать подобные вопросы. Ясно, что сейчас Юноне не до нее с Аполлоном, а потому вопросы, крутившиеся на языке, придется отложить на некоторое время, но червь беспокойства точил девушку изнутри.
Странная у нее поездка за границу получилась. Думалось одно, а на деле получилось совершенно другое. Еще хорошо, что она не взяла обратный билет домой, а оставила это на потом, когда с ее судьбой что-либо прояснится.
Елена присела в коридоре на стул для ожидающих, откинувшись головой на стену. Скоро наступит ночь и надо определиться пока не поздно что же делать и как быть. Ясно, что Юнона останется в госпитале на ночь, а как быть ей в этом случае? Вряд ли ее помощь понадобится здесь. И как быть со звонками, о которых говорил Аполлон? Пора или нет? Звонить или нет? Достаточно ли будет того, о чем договаривалась Юнона? Непонятно.
Мягко хлопнула рядом дверь.
— Меня выпроводили, — обиженно произнесла женщина, садясь рядом. — Сказали, чтобы я не мешала своими вздохами и охами. Вот скажи? Разве я им мешаю?
Юнона с надеждой посмотрела на девушку, ожидая поддержки.
— Думаю, что нет, но им же виднее. И, наверняка, они на время осмотра попросили удалиться.
— Ну да. Однако я бы хотела быть там. Еще нахваливают заграничный сервис. Все как у нас.
— Если бы все было как у нас, то Неждан бы сейчас лежал в общей палате, человек на пять-семь, и это в лучшем случае, а в худшем на проходе в коридоре. И вряд ли бы к нему так быстро подошли, и то только после того, как двадцать пять раз позвала бы и десять раз поругалась с персоналом, — назидательно поведала Елена.
 
— В этом ты права, — вздохнула Юнона. — Но от этого же не легче. Душа-то болит за любимого человека. Просто рвется на части.