Продам честь. Дорого (СИ)

Последнее относилось к Аполлону и Елене.
— С удовольствием, брат, — и обернувшись к Юноне добавил. — Сестричка, проследи за ним, чтобы долго не задерживался.
— А это еще по какому поводу? — не поняла девушка.
— По обыкновенному. Знаю я вас, как запретесь в ванной, так часа на три. И моетесь. И моетесь. Видимо до самых костей намываетесь, — весело хохотнул Аполлон, увлекая Елену к выходу.
Он как-то стал свидетелем вот такой помывки. Про три часа это он, конечно, загнул, но часа полтора их точно не было.
Юнона что-то хотела вставить, но потом передумала, перехватив тяжелый взгляд Неждана, красноречиво говоривший, что не стоит раздувать эту тему. Кроме того, она на самом деле планировала остаться и потереть спинку мужу. Ну и не только спинку. Она не считала зазорным показывать свою сексуальную заинтересованность в любимом мужчине. Что естественно, то не безобразно, вот ее девиз, когда Неждан как-то попытался заикнуться о приличиях. На что девушка ответила, что они «это» делают за закрытыми дверями, а остальные пусть не подслушивают, если им не нравится. Неждан совсем успокоился, после того как Аполлон про между прочим по-доброму пошутил по этому поводу, хваля мужскую силу брата. Лишь Юнона не желала менять своего отношения к Аполлону, а в остальном братья после смерти родителей перешли совершенно на другой уровень общения. Более доверительный.
Елена с Аполлоном вышли из ванной, а вот Юнона осталась и направилась в сторону двери, щелкнув задвижкой.
— Что ты делаешь?
— Дверь закрываю, — с невинным видом сообщила молодая женщина.
— Зачем?
— Какой же ты непонятливый, — Юнона направилась в сторону своего мужчины, покачивая бедрами, на ходу чуть расстегивая молнию на платье спереди, провоцируя.
— Ты хочешь…? — у Неждана голос сорвался на хрип.
— Как бы только начинаю, но, думаю, что с твоей помощью захочу гораздо сильнее, — побуждая на ответные действия произнесла девушка.
— Уверена?
— Как никогда, — Юнона вплотную подошла к мужу и попыталась развязать полотенце на бедрах.
— Не спеши, — Неждан уже включился в любовную игру, перехватив руки жены.
— Это еще почему?
— Потому как я так хочу, — брюнет заключил девушку в объятия, не давая волю женским ручкам.
— Ты же замерз, а я тебя согрею, — Юнона попыталась вырваться из кольца рук, но не тут-то было, муж развернул ее спиною к себе, прижимаясь вплотную к телу. Сквозь толстую ткань полотенца женщина почувствовала насколько желанна, испытывая несказанную радость.
— Лишь твое присутствие заставляет кипеть кровь, — произнес Неждан, целуя жену в шею, а затем проводя языком от основания шеи до линии роста волос. Благо прическа позволяла. Юнона в дорогу заколола волосы высоко, чтобы не мешали.
Девушка тихо застонала. Вот так всегда он на нее действует, вынуждая моментально загораться от пары прикосновений.
— Черт, тут такая акустика, — пробормотала Юнона.
— Плевать, — теперь Неждан успокаивал жену. — Они взрослые люди и занимаются тем же самым. Так что переживут пару криков, — и приник еще ближе, стараясь вжаться в тело.
— Мне показалась Елена несколько скованной.
— Давай потом. Помолчи, — и мужчина властно накрыл рот жены, приводя свое пожелание в действие.
Дрожь желания пронеслась по всему телу и сконцентрировалась внизу живота, закручиваясь тугим узлом. Руки Юноны были по-прежнему притиснуты к телу. Неждан подался вперед, заставляя жену двигаться в сторону раковины и висящего над нею зеркала.
— Смотри, — приказал.
И тут же перехватил руки, заведя их назад и держа одной рукою. Сквозь стекло встретились два взгляда: пылающие и ожидающие одного и того же.
Юнона увидела себя, практически полностью одетую, лишь раскрытая молния открывала верхнюю часть груди, а сзади возвышался обнаженный мужчина, его крупное тело значительно выступало из-за ее контуров. Такой контраст заводил необычайно сильно.
Рука мужа медленно поползла снизу вверх по животу, достигнув собачки молнии, стала опускаться вниз, раскрывая платье. Это продолжалось до тех пор, пока змейка не была расстегнута полностью. Женщина следила за действиями мужа, не отрывая взгляда. Дыхание из спокойного и размеренного давно превратилось в частое и надрывное. По телу без спроса маршировали роты мурашек, сталкиваясь друг с другом и разбегаясь в разные стороны.
 
— Ты такая красивая, — хрипло выдохнул мужчина, раскрывая в разные стороны платье и медленно снимая с плеч. И вот Юноне уже никто не держит руки, но она сама остается все в той же позе. В ягодицы упирается возбужденное естество мужа, прожигая сквозь тонкую ткань. И вот на ней остаются только трусики и бюстгальтер. И когда он успел избавиться от полотенца? Неизвестно.
— Смотри, — вновь повторяет Неждан и его руки ложатся на холмики грудей, накрывая целиком, а потом сдвигают обе чашки бюстгальтера вниз, обнажая тело. Указательные пальцы обводят соски по ареолам, заставляя те сжаться до твердых горошин, вызывая острое наслаждение.
— Тебе нравится? — шепчет мужчина.
— Да, — всхлипывает молодая женщина, приказывая себе не двигаться, отчего получает еще большее удовольствие. Ей нравится когда муж вот такой властный, действующий в приказном тоне.
— Ты была сегодня плохой девочкой? — ого, это что-то новенькое. Раньше таких вопросов не задавалось.
— Я была очень плохой девочкой, — в унисон отвечает она.
— Тогда ты не будешь против, если я накажу тебя? — хрипит Неждан, нежно прикусывая кожу на плече, продолжая ласкать белые груди руками.
— Накажи меня, — у Юноны срывается голос. Ее внутренняя суть просит, буквально требует наполнения, с которым муж явно медлит, принуждая хотеть еще больше то, что пока не дано.
— Ты сама попросила, — руки мужа опускаются на резинку трусиков и резко стягивают вниз данную деталь туалета. И вот женщина ощущает кожей бархатистость мужского начала, трущегося о ягодицы и стремящегося проникнуть внутрь тела.
— Обопрись, — приказывает Неждан и Юнона ловит в зеркале взгляд мужа, с плещущемся в глазах океаном страсти, бурлящей, стремящейся вырваться наружу.
Руки девушки ложатся на раковину для упора, и сразу же ее тело наполняет горячая плоть, входя напористо, завоевывая свою территорию. Она не выдерживает и громко стонет от первого толчка, впрочем, как стонет и от всех последующих: то ритмичных, то медленно-размеренных. Неждан придерживает жену за бедра, словно боится что та исчезнет, растворится в окружающей обстановке.
При этом девушка видит всю картину совокупления в зеркало, не закрывает глаза, а впитывает каждую эмоцию, мелькающую на лице мужа. Даже умудряется заметить как искажается лицо в пароксизме страсти на вершине освобождения от напряжения, и тем ярче ее собственный оргазм на долю секунды запаздывающий, но в то же время не менее острый и насыщенный.
  
7
 
— Они всегда так себя ведут? — спрашивает у Аполлона Елена, когда слышат финальный стон Неждана и Юноны, сидя на кухне в другой части дома.
— Бывает, что еще громче, — шутит тот, наливая чай в кружки. Третий раз по счету.
У девушки не сходит румянец со щек, то ли от смущения, то ли температура опять начала подниматься.
— Ты считаешь это нормальным? — осторожно интересуется Елена.
— Конечно. Раньше люди жили в одном доме. Несколько поколений вместе и при этом умудрялись иметь по десятку, а то и больше детей. Ты же не думаешь, что они рождались от непорочного зачатия?
— Ну как бы да, — растерянность сквозит в ответе.
— А когда все стали жить богаче и появилось отдельное жилье, то люди вмиг стали ханжами и моралистами.
 
— Есть же какие-то нормы приличия…
— Какие? Они что? Занимаются любовью у тебя на глазах? Специально что-то демонстрируют? Нет. Закрылись себе в ванной и предаются утехам, — мужчина задорно стрельнул глазами. — Что тут такого?
— Нет. Но все же, — девушка задумалась над словами.