Темный Лекарь 14 (СИ)

Судя по тому, что те не разрушались от давления многотонных машин, можно было сделать вывод, что строили в городе на совесть.
Может быть, даже учитывая вероятность такого боя. Не стоит забывать, что Турм принадлежал вассалам Штайгеров, а значит те вполне могли поддерживать определённые стандарты, которые требовал Гюнтер.
А зная этого параноика, я отнюдь не удивлюсь такому подходу. Я прекрасно знал, кто такой Великий Князь Штайгеров, и как он привык действовать.
  
Это тот человек, который стремится везде подстелить соломки на чёрный день. Мало ли что случится.
Собственно поэтому я и не спешил вступать в бой лично. Мы с Гюнтером находились на стадии изучения боевых возможностей друг друга. И я был уверен, что битва за Турм лишь начало нашего противостояния.
Также как был уверен, что уж кто-кто, а он за эту тысячу лет не терял времени зря и наверняка накопил невероятное количество ресурсов. В этом своём стяжательстве он мало отличался от мифических гномов, на которых так был похож.
А значит, надо хотя бы сейчас, пока он не владеет полной информацией о моих возможностях, выудить у него как можно больше големов, которые пойдут на убой.
А заодно дать опыт настоящей серьёзной войны своим людям.
Да, сейчас многие из них уже бьются на пределах своих возможностей, но только так можно закалить волю и научиться противостоять не только всяким мелким сошкам, но и равным, и даже превосходящим противникам не теряя головы и присутствия духа.
Нам всем предстоит пережить ещё не одно сражение, и не всегда я смогу быть рядом, чтобы вмешаться в критический момент, как сейчас.
Я мысленно нацелил дракона на центр самого крупного вражеского построения и приказал начинать атаку.
Всё ещё невидимый для всех, кроме меня, Сэр Костиус сложил крылья и ушел в крутое пике, стремительно набирая скорость. Воздух свистел мимо, а земля приближалась с головокружительной быстротой.
В последний момент, когда до цели оставались считанные метры, иллюзия развеялась.
* * *
Командир колонны подкрепления, майор Крауз наблюдал за сражением через оптику своего голема, когда воздух внезапно разорвал громовой рык. Звук был настолько древним и первобытным, что у него мгновенно мурашки побежали по коже.
— Что за чёрт… — начал он, поднимая взгляд к небу.
И обомлел.
Прямо над его головой материализовался гигантский костяной дракон. Чудовище в элегантном черном цилиндре выглядело так сюрреалистично, что мозг отказывался воспринимать увиденное как реальность.
— ДРАКОН! — заорал кто-то в радиоэфире. — КОСТЯНОЙ ДРАКОН!
Сэр Костиус обрушился на головного голема всей своей массой. Костяные когти, каждый размером с человека, пронзили башню машины, словно консервную банку. Защитные барьеры вспыхнули и мгновенно исчезли — против такой концентрированной физической силы энергетические щиты были бесполезны.
Металл визжал и трещал под чудовищным давлением. Дракон схватил многотонную машину в лапы и швырнул ее в соседнего голема.
Оба рухнули в груде искореженного металла, их экипажи даже не успели понять, что произошло.
— Открыть огонь! — закричал Крауз, приходя в себя. — Все орудия по дракону!
Воздух наполнился свистом снарядов и треском энергетических разрядов. Десятки пушек одновременно открыли огонь по костяному монстру.
* * *
Я чувствовал, как руническая защита дракона поглощает взрывы от целой массы летящих в нас снарядов. Древние символы, начертанные дедом Карлом и Октавией, вспыхивали при каждом попадании. Но боли Сэр Костиус не испытывал, мертвые не знают страданий.
Пора было показать этим консервным банкам, что такое настоящая мощь.
Я направил дракона в сторону ещё одного плотного скопления вражеских машин и приказал использовать ледяное дыхание. Сэр Костиус поднял голову и мощно выдохнул.
Воздух мгновенно превратился в ледяную бурю. Температура упала на пятьдесят градусов за секунды. Снег и град обрушились на големов, их энергетические щиты затрещали от резкого перепада температур.
Но это было только началом. Ледяное дыхание дракона не просто замораживало, оно словно высасывало само тепло из материи.
Металлические корпуса машин покрылись толстой коркой льда, их сочленения заблокировались, а электронные системы начали отказывать одна за другой.
— Системы заморожены! — кричал кто-то в их эфире, который уже взломала Лифэнь, — Не могу повернуть башню!
— У меня двигатель встал! — вторил ему другой пилот.
Пять големов превратились в ледяные статуи, их экипажи отчаянно пытались запустить аварийные системы отогрева.
Но даже так Штайгеры не собирались сдаваться без боя.
Те машины, что избежали ледяной атаки, активировали реактивные ранцы. Струи огня вырвались из их корпусов, и тяжелые големы взмыли в воздух, словно гигантские железные птицы.
— Воздушная атака! — приказал их майор. — Сходимся со всех сторон!
Это было впечатляющее зрелище. Дюжина многотонных машин парила в воздухе, их орудия нацелились на дракона с разных направлений. Они атаковали синхронно, пытаясь взять Сэра Костиуса в кольцо.
Но у них был один недостаток, в воздухе они теряли устойчивость и маневренность.
Я приказал дракону показать этим самонадеянным жестянкам, кто в небе хозяин.
Сэр Костиус рванул вперед с такой скоростью, что воздух вокруг него завыл. Он врезался в первого голема на полной скорости, а его костяная голова пробила корпус машины насквозь.
Реактивные двигатели вражеского голема взорвались, буквально превратив того в огненный шар.
Не снижая скорости, дракон развернулся и атаковал следующую цель. Его хвост, настоящее костяное орудие, обвился вокруг второго голема и сжался.
Металл затрещал под нечеловеческим давлением, корпус сложился пополам, а обломки посыпались на землю.
Третий голем попытался атаковать в лоб, выпустив очередь из всех орудий. Снаряды попали точно в цель, но древние руны на костях дракона засветились ярче, вновь поглощая энергию взрывов.
В ответ Сэр Костиус схватил машину передними лапами и начал ею… жонглировать. Подбрасывал двадцатитонного железного монстра, как мячик, ловил, снова подбрасывал. Пилот внутри, должно быть, терял сознание от перегрузок.
Иногда я позволял дракону самому выбирать что делать, не сдерживая его приказами и он пользовался этим на все сто, устраивая для нас настоящее представление. Как например сейчас.
Лифэнь засмеялась:
— Опять проделки характера, подаренного ему Октавией. Но это определённо того стоило.
Я тоже засмеялся.
— Октавия знала что делала.
После пятого броска дракон врага просто не поймал. Голем рухнул на землю и разбился вдребезги.
Оставшиеся в воздухе машины попытались отступить, но было уже поздно. Сэр Костиус превратился в смертоносный ураган, метавшийся между ними с невероятной скоростью.
Четвертого голем он схватил зубами за башню и резко тряхнул головой. Металлическая конструкция оторвалась, как крышка с банки, а внутренности машины высыпались наружу потоком искр и обломков.
Пятый попытался ударить дракона стальным резаком, массивным вибрирующим клинком, напоминающем бензопилу.
Но Сэр Костиус вновь оказался быстрее. Он схватил руку голема и переломил ее в суставе. Резак затих, а машина беспомощно завертелась в воздухе.
Шестого голема дракон просто раздавил. Обхватил его лапами и сжал, пока корпус не лопнул, как орех.
Седьмой попал под прямое попадание нового ледяного выдоха. Огромная сосулька пробила металл насквозь, наколов многотонную машину словно мясо на шампур. Те големы, что остались на земле, попытались атаковать дракона снизу. Они подпрыгивали на реактивных ранцах, пытаясь достать до него резаками и пушками.
  
Но это была лишь жалкая пародия на воздушный бой.
Один голем подпрыгнул, размахивая светящимся клинком. Сэр Костиус встретил его когтями. Металл против кости, современные разработки против древней магии.