Куплю тебя за миллион (СИ)

— Заткнись. Сбавь скорость. Дай мне свой телефон. Живо!
Дитмар медленно исполняет мои команды. Одну за другой. 
— Хорошо. Теперь останови машину на обочине. 
— Давай я…
— На обочину. Поживее! 
— Не нужно в меня тыкать… этим.
Дитмар подчиняется приказу, бросая при этом осторожные взгляды на меня через зеркало заднего вида. 
— Где ты взяла пушку?
— Сперла у охранника, пока ты с ним обнимался по-братски. 
— Сперла?! Но как… 
Кажется, он удивлен. Сильно удивлен. 
— Ловкость рук и никакого мошенничества, — шиплю ядовито. 
Зря, что ли, Устинов учил меня фокусам? Не только монетки из волос вытаскивать, но и развивать ловкость пальчиков. Понятно, что он был тем еще прохиндеем, шулерил и обманывал людей. Но сейчас его фокусы мне пригодились… 
Машина тормозит. 
— Вылезай! Руки подними как можно выше. 
Выбираюсь следом за Дитмаром. 
— Теперь снимай с себя все. Разденься до трусов! — отдаю команду.
После приказа раздеться лицо Дитмара освещается улыбкой. 
— Ах, это все же прелюдия к сексу! Или к минету… — смеется. — Детка, ты такая фантазерка! 
Дитмар делает шаг в мою сторону. Через секунду после выстрела в землю мужчина отпрыгивает назад с резвостью горного козлика, удирающего от погони. 
— Я не шучу. Раздевайся. Мне нужны твои вещи. Положи их на заднее сиденье. 
Дитмар больше не пытается выдавить из себя пошлые шуточки. Делает все с мрачным видом. Раздевается. 
— Что дальше? Убьешь меня, маленькая сумасшедшая подружка киллера?
— Нет. Я уеду, а ты останешься здесь. 
— В одних трусах?! Ау, девочка, это роскошное тело нельзя оставлять в опасности! — гладит себя по прессу. 
— Я отправлю твоему брату смс-ку, с номером трассы, даже сообщу километр, где я тебя высадила. Теперь подойди ко мне и сними с меня это ожерелье. Не подходи ко мне сзади. Нащупай застежку пальцами… 
Дитмар делает шаг в мою сторону. Без туфлей я сильно уступаю в росте фон Бергеру, мужчина возвышается надо мной. В глубине его глаз мелькает хитринка. Вовремя замечаю ее. 
— Мне нечего терять. Я выстрелю, — обещаю ему. — Не вздумай броситься на меня!
Пальцы мужчины чиркают по шее, потом долго сражаются с мудреной застежкой, чужое дыхание ложится на мое лицо. 
— Знаешь, мы могли бы весело провести время. Очень весело и горячо…
— Будь добр, заткнись! — прошу его. — Секса не будет. Ты мне неинтересен. Серьги тоже сними. 
— Снял. Что с ними делать?
— Ничего. Оставишь себе.
— Ты же хочешь податься в бега? Бега, знаешь ли, бывают затратными. Ты же в курсе, что это очень ценное украшение? Продав его, получив кучу денег! — хмыкает Дитмар. 
— В курсе. Семейная реликвия. И нет, я не совершу такой глупой ошибки, пытаясь сбыть очень редкие и ценные украшения, которые через час будут в розыске. Если уже не там. 
— Тогда мне они даром не нужны. 
— Ты же хочешь утереть нос Бекетовым? Вот и утрешь, оставишь цацки себе. Бросишь в сейф, будешь радоваться и никому-никому не скажешь о том, что было. Иначе опозоришься. Тебя оставила в одних трусах на трассе мелкая девчонка… Я использовала тебя. Как говорят мужчины, поимела. Живи с этим. 
Осторожно отступаю в сторону машины. 
— Эй! Ты же не бросишь меня здесь?! — возмущается Дитмар. — В трусах! С цацками, стоящими миллионы! Я стану трупом через минуту. 
— Закопай цацки в землю, до приезда твоего брата, — советую ему. — Теперь ты скажешь мне пароль от банковский карточки. 
— Позвони Эду! 
— Не раньше, чем сниму всю наличку. Я не дура, ясно тебе? 
— Бессердечная! Забудь, что я сказал. Нет, меня не убьют. Я, блять, замерзну гораздо быстрее! 
Капелька сочувствия просачивается в мою ожесточившуюся душу. 
— Если в машине есть плед, можешь взять, — разрешаю снисходительно.
— Есть, — кивает Дитмар. 
Я не свожу с него пристального взгляда. Дитмар забирает клетчатый плед из багажника и набрасывает на плечи. 
— Просто сраный пиздец… 
Кажется, жизнерадостность младшего фон Бергера дала громадную пробоину. 
— Спрячься в кустах через минуту, — советую я ему. — А теперь встань ровнее, я тебя сфоткаю. 
 
— Зачем?! — свирепеет фон Бергер. 
— Думаешь, брат поверит смске, присланной с твоего номера? Он посчитает это розыгрышем. Если не хочешь остаться на трассе, нужны доказательства. Впрочем, забудь. Плевать я хотела, что с тобой станет. 
— Хорошо. Сделай фото, — цедит сквозь зубы. 
Делаю снимок, держа телефон в левой руке. Чувствую себя почти Цезарем: в правой руке — пушка, в левой руке — телефон. 
— Ты хорошо получился в этом милом клетчатом пледе. 
— Я тебе припомню милый клетчатый плед, маленькая дьяволица! — обещает напоследок Дитмар. 
Золотой гелик срывается с места, обдав мужчину выхлопными газами.
Теперь только вперед, куда глаза глядят! Назад дороги нет…
  
Глава 32
 
Бекетов
— Где отец? Что с ним?!
— Ваш отец жив. Его почти не задело взрывом, но вашему младшему брату повезло гораздо меньше.
Младшему брату? Максу, что ли?! Совсем про него забыл.
Отца и брата разместили на цокольном этаже дома. Возле них уже хлопочут врачи. Благо, у отца в поместье постоянно дежурит целый штат медиков и оборудована даже мини-операционная. На всякий случай. Мой отец иногда параноик, но сейчас его паранойя спасла им жизнь. 
— Отец! — бросаюсь к нему, уже пытающемуся сесть на одной из кроватей. 
— Глеб, — хрипит, впиваясь пальцами в плечо. — Как ты? 
Острый взгляд отца впивается в мое лицо. 
— На мне ни царапины. Я был в доме в момент взрыва. 
— А я осматривал эту помпезную тачку. Моя слабость. Они нас всегда и убивают, — улыбается одними губами. — Ты бы сейчас со мной не разговаривал, если бы не Макс. Как он?
— Жив, — мгновенно отзывается врач, стоящий. — Но потеря крови очень большая, обширные повреждения мягких лицевых тканей. Его жизни не угрожает опасность, но если вы хотите сохранить Максиму лицо, то лучше немедленно позаботиться о транспортировке. 
— Макс тебя вытащил? — спрашиваю отца.
— В самый последний момент. Он подошел ко мне с претензией, почему я назвал тебя при всех старшим наследником. Его это сильно задело, он хотел поговорить немедленно. — отец прикрывает глаза. — Мы немного поссорились. Мой младший сын очень амбициозен. Это и спасло нам обоим жизнь. Забавно, правда?
— Очень! — впиваюсь взглядом в перебинтованного Макса. 
— Глеб Матвеевич, готовить транспортировку? — интересуется врач. 
— Подождите. Дайте поговорить с ним! — отталкиваю врача, склонившись над братом. Бинты пропитаны кровью. Максима потряхивает от сильной дрожи. — Кто еще был там? В момент взрыва?
— Водитель тачки. Это был подарок. Подарок Шахина, — едва заметно шевелит губами. — Машину проверяли. Несколько раз. Перед началом праздника… Но по винтикам не разбирали. 
— Водителя обыскивали?
— Кажется, да. Не помню. Спроси у охраны. Я о другом заботился всегда. О сделках и цифрах, не о безопасности. 
— Ты очень удачно оттащил отца. Очень, — подчеркиваю.. 
— Намекаешь, что я замешан? Дурак, я бы не пожертвовал своим лицом. Теперь мне светит быть Фредди Крюгером.
— Ничего подобного, мальчик мой! — дребезжит от волнения голос отца, прислушивающегося к нашему разговору. — К твоим услугам будут лучшие пластические хирурги! Твое лицо будет восстановлено! Скорее увозите моего сына! — распоряжается отец.
Его светлые брюки насквозь пропитаны кровью. Многострадальное бедро отца снова повреждено, однако он пытается встать. 
— Лежи! — останавливаю его. — Водитель тачки взорвался вместе с ней? Смертник, что ли?
— Ходят слухи, что Шахин спонсирует экстремистов, — делится шепотом отец. — Он вполне мог одолжить одного из тех, кто не боится смерти. Ты должен от него избавиться! — цепляется за запястье. — Немедленно!