Жнец. Книга четвертая (СИ)

Когда все были собраны, я нацепил всем повязки на глаза. Попросил Кей открыть портал на выход из особняка. Да, нас заметят, но будет уже поздно. Да и не сразу понятно, что здесь открывался портал. Вообще, понять что-либо будет сложно. Я использовал Дугу на шторы, которые вспыхнули в момент.
Вытолкав детей и все еще упирающуюся девушку в портал, выскочил вслед за ними. Как раз неподалеку от уже подъехавшего фургона, отправленного Александром Сергеевичем по моей просьбе ко мне в помощь. Сказать, что водитель удивился в тот момент, когда я вышел из переулка с толпой детей, значит, ничего не сказать. Но благо вопросов он задавать не стал, так что мы по-быстрому загрузились и направились в сторону поместья Рода Златовых.
В дороге я аккуратно снял с детей клейкую ленту с их ртов и затяжки с рук тех, кто был особо бойким и юрким. Самая взрослая разразилась гневом небес, обещая мне все возможные кары. С характерным хрустом открутил часть клейкой ленты от большого рулона. Это заставило ее замолчать и держать язык за зубами. Девушка была несильной Одаренной, так что я от греха подальше еще в поместье Грязевых нацепил на нее наручники, блокирующие ток энергии. Мне она ничего сделать не смогла бы, а вот детям случайно навредить вполне.
Фургон был с окнами, так что любопытная девица рассматривала дорогу. Наверняка она пыталась запомнить, чтобы потом все рассказать, а похитителей наказали.
— Ты знаешь, кто мой отец? — спокойным голосом, без крика, спросила она, не отворачиваясь от окна.
— Честно? Нет, не знаю, — ответил я измененным голосом.
— Он г…
— Мне плевать, — перебил я ее. — Я отдам вас другим людям, и на этом все, мои полномочия окончены.
— Другим людям? Это кому?
— Златовым, деточка. Зла-то-вым, — с каждым произнесенным мной слогом девушка становилась все понурее и понурее. — Осознала ситуацию, в которой оказалась?
— Д-да, — ее голос и тоска в этот момент времени являлись синонимами.
— Не волнуйся, глава Златовых к пленникам относится весьма доброжелательно, а детей тем более трогать не будет, — подбодрил я девушку. — Глядишь, и вовсе отпустит. Всё-таки ваше похищение — моя инициатива. Хочу, чтобы война кончилась быстрее и малой кровью.
— Весьма благородно для того, кто скрывает лицо под маской и похищает по ночам детей, — огрызнулась деваха.
— Так я и не святой, уважаемая, — на моих словах фургон ощутимо тряхнуло. — Кажется, мы почти приехали. Будь добра, веди себя вежливо. Целее будешь.
— Боишься главу Златовых? — ее лицо покрыла ухмылка.
— Ага, ссусь от страха, когда его вижу.
  
Глава 3
 
— Почему мне названивает Грязев и буквально умоляет заключить перемирие? — налетел на меня с вопросом Александр Сергеевич, когда я вылез из фургона, оставив детей внутри. — Знаешь, весьма сложно вести диалог, когда не в курсе того, что ты оттуда вывез?
— Да ладно вам, Александр Сергеевич, — произнес я, не меняя голоса, который был искажен Тенью. — Я вообще гадость сегодня совершил. Но, — поднял указательный палец вверх, — могу заверить, что никто из них не пострадал, кроме старшенькой. У нее могли ручки в наручниках затечь слегка.
— Старшенькой… — протянул Златов. — Ты что, детей выкрал?
— Ну да, — хлопнул по дверце фургона, давая знак, чтобы детишки начали выползать наружу. — Осуждаете?
— Есть немного, но на войне все средства хороши, — ответил он мне и, пока детишки вылазили наружу, прокричал в сторону. — Семен! — рядом с ним материализовался дворецкий. — Организуй две детские комнаты, — он взглянул на мои руки, где я пальцами показывал три на одной руке и один на другой. — Отставить! Три детских и одну взрослую, — Семен пошел выполнять указание, а Златов обратился ко мне, пока дети выстраивались в шеренгу под чутким руководством старшей подруги по несчастью. Девчонка, судя по всему, смекнула, что здесь им ничего не грозит, и решила показать себя с хорошей стороны, — Ты что, весь выводок Грязевых забрал что ли? — так, чтобы не услышали дети, спросил Златов.
  
— Должно быть их руководство подумало, что нет места безопаснее, нежели особняк главы Рода, вот и поместили туда всех младших членов Рода, — пожал плечами, все еще скрывая свое лицо, я.
— Ваше Благородие, — произнесла девушка после того, как вывела всех малышей, — все дети вышли.
— Здравствуй, Алиса. Не думал, что наша очередная встреча будет вот такой, — уныло начал барон. — Сейчас мои люди отведут вас в ваши комнаты, — сказал Александр Сергеевич. — Если в чем-то нуждаетесь, просто попросите об этом, и вам все выдадут. Твой отец уже связывался со мной, так что я не думаю, что вы пробудете у нас длительный промежуток времени.
— Вы знакомы? — поинтересовался я, когда всех детей вместе с девушкой увели в сторону основного здания.
— Да, — кивнул Александр Сергеевич. — Когда Анна училась в школе, Алиса почему-то привязалась к моей дочери. Так что девушка была частым гостем в нашем доме. У нас с главой Грязевых тогда даже парочка совместных проектов наклевывалось, но не выгорело, — он звучно выдохнул. — А теперь сам видишь, как все в итоге обернулось.
— М-да, — мне оставалось лишь повторить выдох Златова. — События всегда происходят без предупреждения и лишь потом становится ясна причина.
— Неплохо сказано, — он хлопнул меня по плечу, после чего мы зашагали в сторону поместья. — Думаю, — на ходу начал Златов, — пара дней, и все будет закончено. Я уже скомандовал остановить боевые операции на оставшихся объектах Грязевых. Люди возвращаются домой.
— Это хорошие новости, — сказал я. — Тогда мы можем поговорить кое о чем важном, — Александр Сергеевич вопросительно поднял бровь. — Наедине. Разговор будет серьезным. Очень. Для вас, — я выделил последнее слово, — еще и весьма неприятным.
Златов не был тем человеком, что сомневался в каждом сказанном ему слове. Так что он попросту кивнул, натянув серьезную мину, и повел меня в тот самый бункер, в котором находилось несколько человек. Приказав им покинуть помещение, Александр Сергеевич активировал защиту от прослушки и взглянул на меня:
— Что тебя тревожит, Александр?
Я убрал с лица Тень и снял маску, после чего звучно выдохнул, приземлившись на один из свободных стульев.
— Александр Сергеевич, как вы знаете, я недавно был на церемонии награждения, — Златов кивнул. — Так вот, уже в императорском дворце меня охватил гнев. Знаете, такая бесконтрольная ярость, что хотелось разнести все вокруг.
— К чему ты ведешь, Александр? — напрягся Златов.
— К тому, что во время проведения военного совета перед началом войны, кто-то из присутствующих тогда в этом помещении, — я махнул рукой, показывая, о чем говорю, — незаметно не то, что для меня, но и для Кей отравил меня наркотиком или ядом. Мы предполагаем, что это стимулятор для Одаренных, известный под названием «Темный глаз».
— «Мы» — это кто?
— Честно сказать, так предположил Михаил Романов после того, как Кей вывела эту дрянь из моего организма. В момент ее действия мои глаза покрылись черной сеточкой, как сказала Татьяна Романова. Да и сам я видел нечто подобное в зеркале.
Александр Сергеевич задумался на несколько секунд, схватившись за голову.
— Ты понимаешь, насколько это серьезное заявление, Александр? — наконец-то сказал Златов.
— Прекрасно понимаю, Александр Сергеевич, но нигде в другом месте накачаться я не мог, — заявил я. — Мой фамильяр не стал бы в этом вопросе мне лгать. Я в императорском дворце разнес в труху одну из уборных и чуть не навредил принцессе Татьяне.
— Пха-а-а, серьезное дело. Есть предположения, кто это мог сделать? — спросил Александр Сергеевич.
— Любой из присутствующих на совете в тот день, — пожал я плечами. — Я со всеми тогда поручкался во время знакомства. Не хотелось бы кого-то обвинять, но больше всего я склоняюсь к вашему двоюродному брату, которому я не понравился, и вашему отцу, — барон на мои слова сохранил спокойствие. — Меньше всего — к вам, Константину и Анне. Остальные постольку-поскольку.