Жнец. Книга четвертая (СИ)

— Т-там собака, Саша, — дрожащим голосом прошептала Кей.
— И что? — не понял я.
— Я боюсь собак, — все также шепотом проговорила Кей. — Все кицунэ боятся собак, а я ещё и в человеческой форме.
— Ладно, возвращайся, а я пойду сам гляну, кого ты там так сильно испугалась, — произнес я и двинулся в сторону двери. — И вообще, откуда, мать вашу, собака в Рифте⁈ — тишина стала мне ответом.
Анна послушно стояла спиной, не обернувшись даже тогда, когда я сам двинулся в сторону прохода, откуда совсем недавно сбежала храбрая лисица. Я подошел к слегка закрывшейся двери и потянул ее на себя. И чуть сам не отпрыгнул в сторону, потому что там была не просто собака, а сраный волкодав с меня ростом и разумным взглядом.
  
Глава 21
 
Волкодав взирал перед собой взглядом своих разумных глаз, стоя на одном месте. В какой-то момент мне показалось, что он меня не видит вовсе. Я даже рукой помахал, но никакой реакции не дождался.
— Что-то мне подсказывает, что стоит нам пересечь порог, он сразу нас заметит, а пока перед ним, должно быть, такая же иллюзия, — предположил я вслух.
«Не знаю, я ничего не вижу», — произнесла Кей, уже скрывшись в моем внутреннем мире.
— Саша, мне уже можно повернуться и посмотреть, что там? — спросила Анна, все еще стоя спиной к двери.
Положительно ответил и, честно сказать, ожидал, что девушка испугается, но то, что произошло дальше, привело меня в шок.
— О боже! — вскрикнула Анна, стоило ей увидеть волкодава, стоящего в проходе за дверью. — Это же… — она замерла, зачарованно глядя на огромную псину.
— Только не говори мне, что это ручной зверек вашей семьи, Аня, — усмехнулся, осуществив попытку выдернуть девушку из наваждения.
— Нет… — протянула в ответ Анна. — Это любимый пес князя Донского.
— Что, прости? — я с трудом удержался от того, чтобы не выпучить глаза.
— Верный друг и надёжный боевой товарищ князя. Пес породы кангал. Турецкий волкодав, — как завороженная перечисляла Златова. — Пирожок.
— Пирожок? — повторил я. — Ань, ты, случаем, кукухой не поехала?
— Нет, не поехала, — перевела взгляд на меня девушка. — А «Пирожок» — прозвище собаки.
— Это понятно, — кивнул и сразу добавил: — Но не понятно, откуда он здесь взялся. Князь Донской ведь ушел в поход вместе с императором Михаилом. И я категорически сомневаюсь, что он не взял с собой своего, как ты говоришь, надёжного боевого товарища.
— В том то и дело, что взял, Саша, — повторила мой кивок Анна. — Но как ему удалось прожить столь долго? Пять лет прошло. Не понимаю, — затрясла головой. — Нам нужно войти внутрь, понимаешь? Это может пролить свет на то, что случилось с императором и его соратниками.
— Конечно, я сейчас и войду, а ты останешься здесь, — сказал я.
— Саша, но…
— Никаких «но», Анна, — твердо произнес и решил сразу пояснить: — Если там будет безопасно, я за тобой вернусь.
— Хорошо, как прикажешь, — было видно, что девушка не разделяла моего решения, а также собиралась обидеться, но я не обратил на это внимания. Сейчас у нас проблема посерьезнее.
Оставив надутую девушку позади, я шагнул в открытый проход. Пес, стоило мне пресечь порог, сразу же встрепенулся и повел носом по округе. Я замер. Не хотелось злить собаку, чтобы та на меня не напала. Смогу вывести ее из Рифта — обрадую Анну Сергеевну и ее дочь. Это даст им хоть какую-то надежду на то, что их любящий муж и отец еще жив.
Пирожок подошёл ко мне вплотную, обнюхивая меня. Я был расслаблен. Пришлось постараться, чтобы взять свое тело под контроль. Уверен, что волкодав почувствовал бы, если бы я был напряжен.
Закончив с оценкой моего запаха, пес взглянул на меня своими удивительно разумными глазами и махнул своей головой в сторону, словно приглашая меня последовать за ним. Недолго думая, я отправился вслед за волкодавом.
Идти нам пришлось недолго: буквально спустя минуту медленного шествования по тускло освещенному коридору с такими же гладкими стенами, как и снаружи, нам на глаза показалась еще одна дверь. Вот только в этот раз она была из материала, с виду схожего с деревом. Откуда в Рифте, мать его, дерево? Аномалия в аномалии.
Пес сел возле двери, давая понять, что дальше мне пройти придется одному. Взялся за ручку двери и медленно потянул ее в свою сторону. Ожидаемо, дверь оказалась не заперта. Передо мной показался проем, ведущий во тьму. Кей сразу же подсунула мне газовую лампу. Такой выбор был сделан из-за того, что в Рифте фонарик работать отказывался.
Помещение озарилось подергивающимся свечением от огонька в лампе, но дальней стены все еще видно не было. Я смело двинулся вперед, и вскоре передо мной показалась кровать, стоящая в дальнем углу помещения, с лежащим на ней человеком.
Я подошел ближе, уже понимая, кто же это может быть. На кровати, казалось, лежит статуя, которая изображает собой спящего на спине человека. Вот только грудь его не вздымалась из-за вздохов.
Только после того, как я склонился над кроватью и осветил лицо лежащего, смог сделать вывод, кто же может быть этим человеком. Ожидаемо, им оказался не какой-то незнакомец, а сам князь Донской, который пропал в походе в Великий Рифт с императором Михаилом.
Пусть я не знал самого князя и даже не видел фотографий с его изображением, все равно смог сделать вывод, что это отец моей подруги. Она была слишком похожа на него, хотя раньше я считал ее полной копией своей матери. Однако сейчас в этом уже появляются сомнения: тот же цвет волос и те же черты лица.
Смущало меня то, что я вижу душу князя, но не вижу всполохов, отвечающих за Дар. Словно Донской был самым обычным человеком, который в данный момент уснул крепким сном и не проснулся из-за шума, исходящего от вашего покорного слуги.
Оценив, что никакой угрозы для жизни здесь нет, я вернулся за Анной, как было обещано. Остановившись возле двери, ведущей в помещение с кроватью, я произнес:
— То, что ты сейчас увидишь, сорвёт тебе крышу, даже если ты догадываешься о том, что там может быть, — предупредил я, на что девушка лишь лениво отмахнулась и первой вошла в помещение, предварительно потормошив сидящего возле двери кангала.
Ожидаемо, Анна потеряла дар речи, когда увидела лежащего на кровати князя Донского.
— Он умер? — спросила девушка.
— Нет. Точно не знаю, — отвечал я. — Он словно живой, но, сука, не живой.
Анна осмелилась потыкать в него своим изящным пальчиком и даже толкнула мужчину, но тот никак не отреагировал на ее попытки.
«Кей, мысли?» — обратился я к всезнающей хвостатой, которая притихла после встречи с Пирожком.
«Сам сначала подумай, — не стала просто отвечать на мой вопрос кицунэ. — Каким Даром обладает, точнее, должен обладать лежащий перед тобой человек?»
«Несомненно, он должен быть лекарем! — ответил я очевидное. — И судя по тому, как отзывался о нем Ла́зарус Тарковский, весьма сильным, если не сильнейшим во всей Российской империи.»
«Во-о-от, уже теплее, — проговорила ёкай. — Теперь же подумай, отчего в его душе, как ты выразился, нет всполохов, изображающих, что перед тобой не простой человек, а Одаренный.»
— Потому что у него нет энергии! — вслух воскликнул я, на что Анна резко дернулась от неожиданности, после чего странно посмотрела на меня и произнесла:
— Ты о чем?
— Князь использовал какую-то технику, чтобы погрузить себя в состояние, подобное анабиозу, — пояснил я девушке.
— Браво, — произнесла появившаяся рядом с нами Кей в своей животной форме, и сделала она это слишком опрометчиво.
Кангал утробно зарычал и медленно двинулся в нашу сторону, на что хвостатая ощетинились, встав на дыбы.
— Спокойно, Пирожок, — я встал между ними. — Она наш друг и сможет помочь твоему хозяину, — говорил я это, смотря строго в глаза собаки. — Я знаю, что ты понимаешь, о чем я говорю. Ты ведь не обычный пес, верно? — спросил я и, не дождавшись ответа, добавил: — Иначе бы ты не смог прожить столь долго из-за отсутствия еды. Ты фамильяр, — пес не ответил, но я не останавливался: — Так что дай нам помочь, либо мы просто уйдем и закроем этот Рифт. И тебе придется ещё ждать кучу времени, когда же он вновь откроется в нашем мире. И то не факт, что вас найдут.