Жнец. Книга четвертая (СИ)

— Чего такие унылые? — спросил Петров. — Где вашt воодушевление перед первым настоящим выходом в поле? Новиков, непорядок.
— Товарищ старший лейтенант, я считаю, что с этим каждый должен справиться самостоятельно, — сказал я. — Если их подбодрить, то в следующий раз они будут ждать того же, а рядом никого из нас может и не оказаться.
— В твоих словах есть здравый смысл. Точно также считал мой первый командир. Однако стоит отслеживать состояние своих товарищей, чтобы они слишком глубоко не погрузились в себя. Это может плохо кончится, — его лицо помрачнело. — Помнишь еще двоих парней с того склада? — я кивнул, а остальные обратились в слух. — После того случая они закрылись в себе, и никто, кроме меня, не обратил на это внимания. Моих сил не хватило, чтобы вернуть их в нормальное состояние. На следующей же миссии, они даже никак не отреагировали на несущуюся на нас тварь. Просто встали как вкопанные, — он прикрыл глаза. — Нет больше ребят, там и полегли.
— Такая себе воодушевляющая речь, товарищ лейтенант, — произнесла Златова.
Я оглядел своих товарищей, которые стали еще мрачнее, чем были до этого.
— Memento mori, — внезапно подала голос Романова.
— Помни о смерти, да? Хорошо сказано, — улыбнулся Петров. — Ребята, с этого момента ушки на макушке. Мы въезжаем на территорию, где на нас могут напасть в любой момент.
Разговор затих, а все находящиеся внутри боевой машины напрягли все свои чувства, включая шестое, называемое чуйкой. Я своей чуйке доверял, а она в этот момент молчала, так что я особо не напрягался.
«Чуйке он доверяет. Я тут, видите ли, бдю, а он чуйке доверяет», — проворчала хвостатая в моей голове.
«Вот и бди, а я еще немного отдохну, пока есть такая возможность», — ответил я и прикрыл глаза.
Сам не заметил, как задремал. Проснулся от того, что меня кто-то толкал в бок. Открыл глаза и увидел перед собой встревоженную Анну.
— Что случилось? — задал я очевидный вопрос, ведь хвостатая меня разбудила бы в случае чего, но она-то молчала.
— Колонна встала, — тихо произнесла Анна. — По времени мы уже должны были приехать, но команды к размещению не было. Так что либо мы еще не доехали, либо…
— От лагеря ничего не осталось, — закончил я за девушку. — Где остальные? — спросил я, оглядевшись.
— Выбрались наружу уже, а я осталась, чтобы тебя разбудить. Как ты вообще можешь спать в такой ситуации? — девушка ткнула меня кулачком в плечо.
— Легко и просто, — вымолвил я, отодвигая от себя тент кузова машины, в которой мы ехали. — Я-то знаю, — обернулся и подмигнул Златовой, — что нам ничего не угрожает. У меня своя сигнализация, ты уже должна была привыкнуть, — и, не дожидаясь ответа, спрыгнул вниз.
Так как наша машина находилась в хвосте колонны, то ничего отсюда видать не было. Только напряженные и активировавшие свои покровы товарищи стояли и вглядывались в разные стороны, пока Петров с кем-то вел разговор по рации. Когда он меня заметил, сразу поманил меня к себе.
— Что у нас? — спросил я, подойдя к нему поближе.
— Мне ничего не говорят. И вообще, нашему отряду запрещено покидать колонну техники, — я оценил услышанное со скептицизмом, наблюдая, как остальные отряды, выбравшиеся из своих единиц техники, направляются в сторону головы колонны. — Однако что-то мне подсказывает, что все не очень хорошо.
— Так и есть, — я подошел к нему еще ближе. — Игорь, лагеря больше нет. Там сплошное кровавое месиво по кругу. Остальным пока не говорим, нечего разводить панику раньше времени. Тем более, что опасности с той стороны никакой нет.
— С той стороны? — зацепился за мои слова старлей.
— Ага, а вот с другой, то бишь с нашей, весьма опасненько, да, — улыбнулся я. — Твари не так тупы, какими кажутся. Они устроили ловушку, и теперь хотят напасть в спину. И у меня встает вопрос: а не хотят ли часом таким образом нас слить, а, Игореша?
— Об этом подумаем потом, Саня, — отрезал Петров. — Сколько у нас есть времени? И нужно больше информации об угрозе.
— Минут пять у нас есть, а тварей не так уж и много, — сообщил я. — Но достаточно, чтобы убить молодых Стражей, которые остались прикрывать тыл. Однако как-то нас слабо оценивают.
  
— Справимся?
— Скорее всего да, чем нет. Но рисковать сейчас неуместно: ребята на взводе, так что могут ошибиться. Твари, следующие за нашими задницами, хоть и слабые, но вид у них довольно-таки зловещий, — одновременно с тем, как говорил эти слова, я принял решение, как действовать дальше. — Значит план у нас такой: ты пригляди за нашими храбрыми воинами, а я пойду упокою парочку Змеерылов.
— Кто здесь командир, ты или я? — напрягся старлей.
— Номинально — ты, фактически — я. И будет гораздо проще, если мы сразу придём к такому решению, — заявил я. — Однако это вовсе не значит, что я не готов прислушаться к твоему совету, Игорь.
Парень несколько секунд на меня напряженно глядел, после чего выдохнул и произнес:
— Если считаешь, что справишься, то валяй.
— Правильное решение, товарищ лейтенант, — улыбнулся я и погрузился в Тень.
Как я уже говорил, моими противниками станут Змеерылы. Твари без всякой расположенности к стихии, но обладающие мощным телом и какой-никакой броней, состоящей из плотно прилегающих друг к другу чешуек по всему змеевидному телу.
Казалось бы, что может быть страшного в пятиметровой змее, пусть и бронированной? Так вот, зубов у этого монстра было больше, чем у акулы, и размером они были отнюдь не с ноготок. Расположенные под разными углами, они внушали страх тем, кто разумом не был закален хотя бы в нескольких схватках с порождениями Рифтов. А именно таковыми и были члены нашего отряда.
Из всех нас, не считая меня и Петрова, только Анна держалась на уровне, а вот тот же Мойский, например, струхнул. Видно было, что не готов он был к такому резкому развитию событий, пусть до этого и успел где-то навоевать на четвертый Порядок Стража. Про принцессу я вовсе молчу. Цветок тепличный.
Но защита своих товарищей была не единственной причиной моего решения принять бой с тварями в одиночку. Никто не отменял моей жажды трофеев. Двигался с помощью Теневого Шага я весьма быстро. Быстрее, чем в покрове молнии. Так что в момент нанесения первого удара по Змеерылу, выйдя из Тени прямо рядом с ним, я был уверен, что никто не увидит, как первая пораженная тварь упадет не на землю, а аккурат в хранилище Кей.
Остальные монстры сразу же заметили, что их товарка исчезла, и взвыли, наполняя округу зловещим воем. Уверен, что их звучание сейчас до мурашек пробрало членов моего отряда.
Я продолжил свое дело, выбираясь из Теневого пространства лишь для того, чтобы нанести один точный удар, а затем вновь скрыться в Тени. Твари гибли одна за одной с поразительной скоростью. И когда с полтора десятка туш Змеерылов уже покоились в пространственном хранилище Кей, монстры исполнили то, чего в бестиарии сказано не было. Они сплелись в один огромный клубок, выставив во все стороны свои клыкастые рожи.
«Дай, я им вжарю, Саша!» — прокричала Кей.
Отказывать не стал, да и самому было интересно посмотреть на то, как выглядит пламя моей хвостатой подруги. Оно оказалось под стать цвету шерсти демоницы. Ярко белое, даже сказал бы, ослепляющее. А поражающая способность у пламени была также весьма впечатляющей. Весь клубок за пару секунд под действием жара от стихии Кей превратилась в угольки.
«Так, к твоему огненному воздействию прибегаем только в крайнем случае, подруга», — заявил я, оглядывая поджаренный змеиный клубок.
«Это ещё почему? — в ее голосе сквозило обидой. — Ты видел, как мощно я вжарила? Да я их ИСПЕПЕЛИЛА!»
«В этом и дело, что ты их испепелила, коврик блохастый, — сказал я. — Ты уничтожила наши трофеи, Кей.»
«Простите», — тихо буркнула хвостатая и замолчала.
Порывшись в куче трупов Змеерылов, окончательно расстроился. Даже ядра не выжили. Так что побрел в обратную сторону обычным шагом, пытаясь задушить своего хомяка, который неистово возмущался такой потере трофеев. Удалось договориться, лишь пообещав самому себе, что в будущем трофеев будет гораздо больше.