Извращенные эмоции

Фабиано кивнул:
– Ты сказал мне, что я покойник, если вернусь в Нью-Йорк.
Лука кивнул в ответ.
– И вот ты тут, напрашиваешься на то, чтобы тебя убили.
– Мы тут для того, чтобы предложить вам перемирие, Лука, – сказал я, прервав то, что, вне всяких сомнений, уже скоро превратилось бы в не слишком приятный разговор. – Будучи Консильери Каморры, я имею право вести переговоры о заключении мирного договора между нашими семьями.
  
Фыркнув, Маттео переглянулся с Ромеро.
Лука сделал шаг вперед.
– Ты и правда думаешь, что я соглашусь сотрудничать с Каморрой после того сообщения, которое Римо передал мне в прошлый раз? После того, как вы угрожали моей жене?
– Римо просто хотел проверить, что ты за человек. Он не хотел тебя оскорбить или причинить вред твоей жене. – В этом была лишь доля правды, но сейчас не имело смысла раскрывать ее Луке.
Он усмехнулся.
– Все, что ты говоришь, – ложь. Я знаю, что вы перехватили одну из моих поставок наркотиков. Пока мы тут разговариваем, ваши люди уже наверняка расчленяют моих солдат. У меня нет ни одной причины тебе доверять.
– Я никому не доверяю, Лука, а для перемирия доверия не нужно.
Мы с Лукой обернулись, услышав чей-то голос. Римо, на котором не было ничего, кроме черных трусов, неторопливо направлялся в нашу сторону.
– Как видите, я не вооружен. – Мой брат был еще и босым. Я прищурился, глядя на него. Это просто безумие. Я не мог понять, зачем вообще тратил время на то, чтобы строить какие-то планы, если Римо все равно поступал по-своему.
– Я когда-нибудь убью этого долбанутого ублюдка, – процедил Фабиано. – Он только что, черт возьми, подписал нам смертный приговор.
Ухмыльнувшись мне, Римо похлопал меня, а потом – и Фабиано по плечу и двинулся в сторону Луки и всех остальных.
– Я решил, что было бы неплохо поговорить с глазу на глаз, Лука. Как один человек чести – с другим. Как Дон – с Доном.
На лице у Луки отразилась ненависть, впрочем, не без тени уважения.
– А я-то думал, что ты – трус, отправивший к нам своего Карателя вместе с собственным братом, чтобы они вместо тебя вышли на поле боя.
– Я – много кто, Лука. Но точно не трус, – процедил Римо.
– А знаешь что? Почему бы нам просто не пустить тебе пулю в лоб и не помочь Лас-Вегасу с поисками нового Дона. Не такого долбанутого. – Маттео нацелился в Римо. Ромеро в этот момент направил пистолет на меня.
Фабиано тоже достал оружие, но Римо покачал головой. Я подошел к нему.
– Убивать нас просто бессмысленно. – Я спокойно посмотрел на него. – Если мы погибнем, Савио свяжется с Кавалларо и предложит им сотрудничать. Даже тебе будет не под силу одновременно противостоять и Каморре, и Филиалу.
– Твоему брату всего шестнадцать. Он не сможет управлять Каморрой.
– Мне было семнадцать, когда я начал бороться за то, чтобы вернуть свою землю. А тебе было семнадцать, когда ты перерезал горло человеку. Савио – из семьи Фальконе. Он – прирожденный убийца, Лука. Он сможет контролировать Каморру. Репутация Фальконе высока как в Лас-Вегасе, так и за его пределами, – проговорил Римо.
Лука прищурился, но я воспринял тот факт, что он нас все еще не убил, как хороший знак.
– Ты хочешь рискнуть сотрудничеством между Филиалом и Каморрой? С Данте Кавалларо не получится заключить перемирие, пока ты не отправишь к нему невестку и Дона, – я кивнул в сторону Ромеро.
Лука по-прежнему ничего не отвечал. Похоже, он решал, пора ли с нами покончить. Мой палец спокойно лежал на спусковом крючке, но, учитывая снайперов на крыше, даже мои навыки нас не спасут.
Римо подошел еще ближе к Луке, и они оказались на расстоянии вытянутой луки. Лука был на пару сантиметров выше Римо, впрочем, меня это не удивило.
– О чем речь, Римо? К тому же на этот раз я знаю, что твой брат Нино не представляет опасности для моей жены, так что меня ничто не удерживает от того, чтобы искупаться в сраной фальконовской крови.
Римо ухмыльнулся.
– Каморра не собирается причинять вред твоей семье, Лука. Ни твоей жене, ни твоим детям.
Лука ринулся вперед, и пальцы его сжали горло Римо. Мой брат даже не пошевелился, чтобы себя защитить.
– Мы – не единственные, кто знает о твоих детях, – прохрипел он, не сводя глаз с Дона Семьи. – Филиал в курсе, и Братва тоже. Филиал атаковал мою территорию, когда решил, что я уязвим. Как думаешь, на кого они нападут, чтобы навредить тебе, Лука? Скудери попытался избавиться от Фабиано, собственного сына и наследника. Что он сделает с дочерьми, которые сильно его разочаруют, нарушив перемирие между Филиалом и Семьей?
Дон Семьи выглядел так, словно был готов сломать Римо шею, и я понимал, что он и правда на это способен. Римо был одним из самых безжалостных бойцов, впрочем, драка с Лукой, вероятно, оказалась бы смертельной для них обоих. Даже мы с Фабиано были неспособны ее предотвратить – по крайней мере в присутствии Маттео, Ромеро и снайперов.
Лицо Римо налилось кровью, но он продолжил говорить:
– Данте Кавалларо – наш враг, и я собираюсь отправиться в Чикаго и показать ему, каково это – пойти против Каморры и почему к нам с презрением относятся даже свои. Я заставлю его ответить за все. Что же касается Скудери, то Фабиано будет убивать его очень медленно, и если захочешь, мы отправим тебе видео, чтобы ты поделился им с сестрами Скудери. Ты ведь жаждешь смерти Кавалларо так же сильно, как и мы.
Лука отпустил Римо.
– Не стоит недооценивать Кавалларо. Хоть он и выглядит флегматичным, но на самом деле такой же жестокий ублюдок, как мы с тобой. А вот Скудери – мерзкий тип, но великолепный стратег. Поэтому он и смог остаться Консильери при Данте.
Фабиано ничего не ответил, лишь издав низкий хрип.
Римо кивнул, потирая шею.
– Я знаю, что Кавалларо за человек. И не сомневаюсь, что Скудери строит хитроумные планы, но я нападу там, где они с Кавалларо этого точно не ожидают. Обойду их в их собственной игре. И буду наслаждаться каждой гребаной минутой.
Лука прищурился.
– Я не собираюсь участвовать в твоем крестовом походе. У меня складывается ощущение, что твой план мне вряд ли понравится. Ты, черт возьми, не в себе.
– Я и не прошу ко мне присоединяться. Я хочу, чтобы ты не вмешивался в борьбу, которую я веду. Раньше Каморра и Семья были на одной стороне. Перемирие на наших территориях может привести и к миру между нашими семьями, в Италии.
– Территория – единственное, что меня заботит.
Римо пожал плечами.
– Мы оба сможем извлечь выгоду из этого союза. Я готов предложить тебе безопасные маршруты перевозки наркотиков через мою территорию. Ты теряешь больше половины товара из-за того, что его перехватывают либо мои люди, либо солдаты Филиала. Но благодаря перемирию тебе больше не придется об этом беспокоиться. Сможешь удвоить свою прибыль. А я отвлеку внимание Данте своими нападениями, чтобы ты мог сосредоточиться на борьбе с Братвой и не так сильно беспокоился о своей семье.
– И все, чего ты хочешь взамен, это чтобы я не встревал в твою борьбу с Филиалом? – В голосе Луки звучало подозрение.
Я повысил голос:
– Есть вероятность, что Данте к тебе обратится, когда мы начнем на него нападать. Мы хотим быть уверенными в том, что ему не удастся перетянуть тебя на свою сторону.
Лука холодно улыбнулся.
– Я не собираюсь сотрудничать с Филиалом. Поверь мне, Данте Кавалларо нужен мне мертвым. – Он прищурился. – И как же ты хочешь добиться перемирия?
– Мы начнем с того, что отпустим твоих солдат и отдадим наркотики, – улыбнувшись, ответил Римо, после чего кивнул в мою сторону, и я потянулся за телефоном, заставив всех присутствующих направить на меня пушки.
  
Отправив короткое сообщение Савио, в котором я попросил его заняться освобождением людей из Семьи, я кивнул.
– Пока мы разговариваем, твоих людей выпускают на свободу, а наркотики в целости и сохранности прибудут на твою территорию.
– Может, уже скажешь ему? – пробормотал Маттео. – Есть еще что-то. У меня уже заканчивается терпение.