Зов пустоты (СИ)

И вот по этой самой дороге навстречу Эмили и Харону шагала коротко стриженая коренастая женщина в военной форме. Левая штанина, завёрнутая до колена, открывая взгляду деревянный протез; впрочем, перемещалась незнакомка вполне шустро и крайне целеустремлённо, хотя и видно было, что путь в гору даётся ей с трудом.
Бросаться наутёк от безоружной женщины, к тому же явно намеренной пообщаться, было совсем уж неловко и глупо. У Харона, судя по недовольному выражению лица, было другое мнение на этот счёт, но что же тут поделаешь.
Через пару минут незнакомка с ними поравнялась. Остановилась, тяжело дыша и вытирая пот со лба рукой в потрёпанной митенке.
— Вы из Братства Стали? — напряжённо спросила она.
— А что, так похожи? — озадаченно спросил Харон.
— Пожалуй, не очень, — согласилась женщина после недолгого раздумья. — Но чёрт его знает, может, у них там новые веяния насчёт гулей. С Лайонса станется. А кто же вы тогда?
— Рейнджеры, — поморщилась Эмили, дотрагиваясь до выцветшего четырёхлистника на броне и отчаянно надеясь, что Рейли устроила бы эта полуправда.
— То бишь законники? — лицо незнакомки просветлело. — Ух, ну и славно. Я Аннет, староста местная. Идёмте уже, пока дурак этот чёртов всех не порешил.
— Какой дурак? — опешила Эмили.
— Так вам Братство не рассказало? — Аннет всплеснула руками. — Ну дают.
— Это какое-то недоразумение, — Эмили беспомощно оглянулась на Харона. — Видите ли, мы не имеем никакого отношения к Цитадели. Просто идём по своим делам. И наверное, нам уже совсем-совсем пора. Приятно было познакомиться.
— Что же вы тогда мне голову морочили? — возмутилась староста. — И где Братство?
— Помяни дьявола, — проворчал Харон, глядя в сторону реки.
Через чахлую сосновую рощицу прямо по весенней грязи торопливо шли трое. Рядом с рыцарем в видавшей виды броне важно вышагивал паренёк-послушник, а вслед за ними продирался сквозь бурелом долговязый скриптор. Эмили прищурилась: точно, Квинлан.
— Братство Стали вызывали? — дыхательные фильтры определённо придавали голосу рыцаря брутальности. — Рыцарь-сержант Льюис к вашим услугам. Вы все местные?
— Льюис? — зачем-то негромко переспросил Харон.
— Я — да, местная, а вот эти вот двое — нет! — голос Аннет враз изменился, став визгливым и словно бы надтреснутым. — Это вообще не пойми кто. Крутятся тут, вынюхивают чего-то. Но я им ничего не рассказывала, мистер рыцарь! Я ж не совсем дура, понимаю, что такие вещи нельзя кому попало…
— Этим — можно, — Квинлан повернулся к своему бронированному спутнику. — Это, Льюис, дочь Джеймса Данфорда и её слуга. Братству они не враги.
Эмили уже готова была разразиться гневной речью по поводу «слуги», но поймала предупредительный взгляд Харона: не время, мол.
— Хорошо, хорошо, — нерешительно пробасил рыцарь. Эмили удивилась: что, вот так всё просто?
Похоже, удивилась не только она.
— Рыцарь Льюис, сэр! — мальчишка-послушник негодующе уставился на него. — Они же посторонние! А этим выродкам, гулям, вообще доверять нельзя!
— Спокойнее, Риз, — проворчал Льюис. — Всякое бывает, и вообще…
— Итак, что тут произошло? — спросил Квинлан, скрестив руки на груди. — Ваше донесение было достаточно сумбурным.
— С чего начать-то? — Аннет обхватила плечи руками. — Живём мы тут уже десятый год, с тех пор, как тот склад по соседству раскопали. Тогда трое наших полегли, муженёк мой на мине подорвался, да и я… — она похлопала себя по деревяшке. — Но оно того стоило.
Харон что-то неразборчиво проворчал.
— Не надо настолько уж ab ovo, — поморщился Квинлан, украдкой стряхивая с измятого рукава рясы сухие сосновые иголки.
— Абово — это как? — шёпотом спросил послушник у рыцаря.
— Это латынь такая, — также шёпотом ответил тот. — Как и любая латынь, означает «я тут самый умный».
— Это значит — «ближе к делу», — перевела Эмили растерянной Аннет.
— Ближе так ближе, — кивнула та. — Томми с нами с самого начала был. А Мэри, жёнушка эта его, из-за которой весь сыр-бор, позже приблудилась. Он её где-то у Ривет-Сити подобрал, привёл сюда, в общину, отмыл, приодел, — ну и стали жить вместе. Со стороны посмотришь — семья как семья. Разве что без детишек, так это случается… Оба работящие: Томми плотничал, Мэри одежду шила на продажу. У неё хорошо получалось, даже из Тенпенни-Тауэр заказы были… Но это ж неважно, так? Вообще никто из наших с этой Мэри особо не общался. Тихая она была, нелюдимая. По округе гулять любила в одиночку. Ну и догулялась.
  
Она вздохнула.
— У нас тут болотников тьма. Наползают из старицы, но до посёлка редко доходят. Так вот Мэри, дурёхе этой, третьего дня вздумалось побродить по бережку на ночь глядя. И какому-то болотнику — тоже. Благо двое наших рядом оказались — отбили дуру… А может, и не благо. Я и не знаю уже, — Аннет боязливо покосилась на Квинлана.
— Продолжайте, — велел тот.
— Принесли её в посёлок. Кровища так и хлещет, ясное дело — болотник ей левую руку подчистую отчекрыжил. Снесли её в клинику, фельдшер наш полез смотреть, что можно сделать — а там такое… Ну, как сказать? Вроде всё как у людей, а присмотришься — такая жуть, что и под винтом не примерещится. Мышцы какие-то… резиновые. Кости твёрдые, как из сталюки, полые внутри. Кровь, опять же, не такая, как у людей — словно с машинным маслом напополам. Короче, к Мэри нашей не со стетоскопом, а с отвёрткой надо было подбираться.
— Вы хотите сказать, что эта Мэри — андроид? — чопорность враз слетела с лица Квинлана. Сейчас скриптор был похож на щенка, в первый раз выпущенного на охоту и учуявшего добычу.
— Ничего я не хочу сказать! — испуганно открестилась Аннет. — Я ничего в этом не смыслю. Мне наши сказали, что дело неладно, я сразу смекнула, что надо Братство звать. Отправила человека на аванпост. Вот, вы пришли, вы и решайте, что с этим всем делать.
— Где это создание? — грозно осведомился Льюис. — Надеюсь, вы его изолировали?
— Так померла она, — Аннет размашисто перекрестилась. — Вчера вечером. Чем бы она там ни была, а болотник тот её крепко покромсал.
— Хорошо. Где тело? — нетерпеливо спросил Квинлан.
— А, так вот в этом и есть некоторая загвоздка, — Аннет боязливо перевела взгляд с рыцаря на Харона и обратно. — Томми, дурак этот, упёрся. Заладил своё: не отдам мою Мэри, похороню её как человека. Никого в дом не пускает, на крыльце сидит с винтовкой. И что с ним делать? Ну не убивать же! А по-хорошему он от двери не отходит.
— Как дети малые, — проворчал Харон. — Один зубы заговаривает, другой вырубает.
— Нам надо его допросить, — помотал головой Квинлан. — А значит, с самого начала настроить его против Братства — не лучшая стратегия. Я с ним поговорю. Ведите.
— Поздравляю, мисс Данфорд. Теперь мы знаем страшную тайну ордена, который очень не любит делиться страшными тайнами, — ухмыльнулся Харон, провожая взглядом рыцарей, которые в сопровождении донельзя перепуганного местного жителя направились к одному из стоящих на отшибе домов.
— Ну а что мне оставалось делать? — жалобно спросила Эмили. — Уши заткнуть?
— Уйти, пока было можно.
Тут уж ей крыть было нечем. Эмили угрюмо уставилась на Аннет, которая отчего-то не спешила оказаться в гуще событий, а стояла чуть поодаль, безуспешно пытаясь прикурить: колёсико зажигалки с эмблемой «РобКо» чиркало всухую, не высекая даже малейшей искры.
— А, пошло оно всё, — женщина сердито отшвырнула зажигалку вместе с сигаретой. — Как вас там — мисс Данфорд? Извините уж за приём, просто с Братством собачиться — ну его к чёрту. Помогите, а? А то эти трое, я чувствую, там таких дров наломают…
— Вы же сами их вызвали, — Эмили пожала плечами.
— А как было не вызвать? — сквозь зубы процедила Аннет. — Они бы узнали. Рано или поздно — узнали бы. И тогда нас всех, весь Никсонвилль, включая детей и домашних животных, замели бы за создание биологического оружия. Тома жалко, а то. Но это он её сюда привёл, в конце концов. И всё-таки, если для него есть надежда…