Последний Паладин. Том 10 (СИ)

— Так ты зайдешь внутрь? — вдруг потерев задубевшие руки, спросил Денис и подошел к монолиту, — или тебе в кайф наблюдать как бедный уставший лекарь мерзнет?
— Знаешь, Дэнчик, хреноват тот лекарь, который не умеет поддерживать температуру собственного тела, — усмехнулся я.
— Тоже мудрость от того мудака старпера? — спросил Денис.
— Не, это уже от меня, — улыбнулся я.
— Тогда ты не сильно то далеко от него ушел, знаешь ли, — глядя на меня исподлобья, хмыкнул Денис и попытался согреть побледневшие ладони дыханием.
— Возможно ты и прав… а насчет приглашения, спасибо, но откажусь. Не хочу смущать твою девушку. Она ведь успела одеться пока мы тут болтаем? — мило поинтересовался я.
— Думаю, успела… — отвел виноватый взгляд в сторону Денис, — и она не моя девушка… вернее, моя… но здесь она помогает, а не только… ну… ты понял.
Бедный парень аж заикаться начал и покраснел как рак. Но зато кровообращение ускорил и согреется теперь. А если не согреется, не беда. Внутри его точно отогреют.
— Не парься, приятель. Если бы ваши шалости мешали делу, Бес бы уже дал мне знать. Твоим прикопанным трупом. Я же пришел сюда по другой причине, — спокойно произнес я и сунул руку в теневой карман, откуда ловким движением выудил белоснежную Урну.
— Это же… — потерял дар речи Денис.
— Да, именно она, — подтвердил я, и передал драгоценную Реликвию Света в дрожащие руки юного лекаря.
* * *
Остаток дня я провел в свое удовольствие. Прогулялся по территории Долины, понаблюдал за спаррингами и тренировками. Позанимался в тренажерном зале и провел инспекцию местных забегаловок и столовых. Ближе к вечеру принял участие в традиционных посиделках у костра с согревающими напитками, душевными историями и последующим походом в баньку.
Местные умели не только работать, но и отдыхать.
Это я прочувствовал в полной мере, насладившись с полна созданной тут Альбертом и Федором атмосферой. После бани я искупался в ледяном озере, после чего отработал пару приемов на освободившемся полигоне и под финиш помог инициативной группе с возведением снежной горки для детей, которых проживало в Долине тоже немало.
Одно за одним, пролетел весь день, и когда я уже хотел было найти Альберта и порадовать тем, что сколько ни старался, действительно не нашел ни единой проблемы, как вдруг ощутил запах.
Неприятный такой затхлый запах, от которого противно защипало в носу.
— Ну да, разве все могло пройти так легко? — вздохнул я и сменил траекторию.
Я шел по уличному рынку, поэтому не отказал себе в удовольствии купить глинтвейн в одной из лавок. Этот горячий напиток мне прорекламировали как замену местному дрянному кофе. Обхватив горячий стаканчик двумя руками, я вдохнул странный аромат пряностей и попробовал. Позволил теплу горячего напитка разлиться по телу и поморщился.
Получше местной бурды, которую подают под видом «кофе», конечно, но лучше бы не выпендривался и взял чай из того симпатичного ручного самовара.
От него по крайней мере запах шел отменный, и с легкостью бы перебил смрад, что только возрастал по мере моего приближения.
И его источником оказался молодой парень в спортивной куртке, который с шумной компанией друзей гулял по территории рынка. Густая шевелюра, слабенький стихийный ответ воды, потасканная снаряга имперских вояк с перечеркнутым гербом. Внешне он ничем не выделялся среди тысяч местных, но шел я именно за ним, попивая горьковатую бурду из стаканчика.
Поначалу не происходило ничего странного, парень болтал с друзьями, жаловался на то, что его командир к нему слишком придирается и не делает скидку на то, что он простолюдин самоучка, которого обучала жизнь, а не дорогие инструктора.
Обычный треп ни о чем, однако вскоре тембр голоса парня изменился, а скорость шага увеличилась.
Не прошло и минуты, как группа друзей оказалась в самой многолюдной точке территории Замка и следить за парнем незаметно стало труднее. Особенно учитывая, что, воспользовавшись моментом, он ловко сиганул по стене в моей слепой зоне и сейчас бежал по крышам в противоположную от меня сторону.
  
— И почему вы любите усложнять, — вздохнул я, после чего допил глинтвейн залпом и бросился в погоню.
Бежал парнишка быстро.
Куда быстрее, чем способен человек с таким стихийным ответом. Более того, он умудрился скрыться от наблюдения моей теневой бабочки, а значит он смог ее увидеть.
Другое порождение я призывать не стал, так как определил маршрут его движения по стихийным ловушкам, которые словно маячки подсветились в тот момент, когда он начал убегать.
Замедляющие, дезориентирующие, парализующие… я насчитал ровно десять штук и обнаружить каждую из них до активации, без моего чутья на стихии было невозможно. Да что там, пока парень их не активировал, даже я их не видел, хоть и провел в окрестностях Завода весь день.
Весьма добротный путь отхода. И он бы даже сработал, попадись парню кто-то другой.
На преодоление расстояния до крайней стены Долины этот шустряк затратил в итоге ровно шесть минут и нырнул оттуда в неприметный на вид сугроб. Из которого, спустя мгновение, выскочил верхом на спортивном снегоходе.
Взмах рукой, впрыск стихийной энергии в двигатель, но транспорт неожиданно не завелся и мешком рухнул на бок. Парень подскочил на ноги и, не стряхивая снег с плеч, схватился за ручки снегохода и влил двойную дозу стихийной энергии, не понимая, что пошло не так.
— Куда-то торопишься? — громким голосом поинтересовался я, наблюдая за всем этим делом с ветки, что находилась аккурат над незадачливым шпионом.
А в руке я держал вытащенный из снегохода осколок-катализатор, и когда парень его увидел, я демонстративно швырнул недостающую для его побега деталь в теневой карман.
— Тц, — фыркнул тот, и поняв, что убежать не получится, распрямился, а его силуэт подернулся.
Маскировка поплыла, и молодое лицо приняло свою истинную форму лысого монаха в невзрачном тряпичном балахоне. Его босые ноги по щиколотку утопали в снегу, а лицо было перетянуто повязкой. Правда, в отличие от тех трех лысиков, что напали на нас с Максом, повязка на его лице была одна и прикрывала она только глаза и уши. А вот нос и челюсть были у этого «человека» на месте.
Интересно, это показатель более высокого статуса относительно его сектантских собратьев, или же наоборот?
По стихийному ответу сходу сказать сложно. Лысик его умело прячет. Настолько умело, что я даже не могу сказать какими стихиями он владеет.
И когда я уже приготовился к хорошей драке, монах вдруг поднял руки вверх и едва слышно заговорил:
— Пока ты меня не убил, можно я кое-что спрошу?
— Уже готов умереть? — озадаченно поднял я бровь.
— Я шпион, а не боец, так что какой смысл, — безразлично пожал тот плечами, — так можно?
— Валяй.
— Как ты меня обнаружил? — задал странный сектант свой вопрос, — это я так, для себя. Пусть к поражению в бою я готов, но к тому, что меня сможет обнаружить смертный — нет. Со мной такое впервые. Даже как-то обидно.
— Запах, — поразмыслив, решил я ответить честно.
— Запах? — искренне удивился «Видящий».
— Ага, запах. Вы, сектанты, воняете.
— То есть ты знаешь о нас? Занятно, — кивнул лысый монах своим мыслям, — жаль я не смогу об этом рассказать.
— Угу, очень жаль, — с театральным сочувствием вздохнул я и, добавив: «теперь моя очередь задавать вопросы», спрыгнул вниз.
  
Глава 5
 
Бой с лысым сектантом оказался весьма коротким. Да и боем-то это обозвать было сложно.
Скорее уж догонялками.
Как только я спрыгнул с дерева, копивший все это время энергию для рывка сектант сиганул от меня по лесу.
И лучше бы он дрался, в самом деле…
В итоге пришлось за этим лысым монахом немного побегать и, признаюсь, этот шустрый гад оказался настоящим мастером скорости и исчезновений на ровном месте.
Нет, убежать ему в итоге не удалось, но лысик был близок к этому четырежды.