Дело в шляпе (СИ)

— Управлять будут Эл с Алом, у них практики больше, — объяснил Шеф. — Остальные — занимайте места. Сейчас будет наш выход.
— Красивый выход? — уточнил Фадан, вспомнив свой недавний разговор с Шефом.
— Красивый, — пообещал Шеф. — Я бы даже сказал, эффектный. Итак, по местам.
Выход и впрямь получился эффектным. Казалось, Шини и Аквист (а точнее, Эл и Ал), сидя на своих креслах, не делают почти ничего, но это только казалось. Чуть заметное синхронное движение руками — и корабль, чуть развернувшийся в пещере, вдруг окутало прозрачное зеленое пламя, из которого ударил вертикально вверх золотой луч — и скала, находившаяся над ними, испарилась. Просто испарилась, словно ее и не было. Над кораблем, в узком проходе, было видно небо, маленький кружочек неба в каменном своде.
— Пройдем, — удовлетворенно заметил Ал. — Эл, давай.
— С удовольствием, — согласился Эл. — Как же я по этому скучал!..
— Эй, вы про нас-то не забыли? — напомнил Шини.
— Не забыли. Сидеть удобно? — спросил Ал.
— Удобно, — ответил Аквист. Сидеть и впрямь было более чем удобно, кресло подстроилось под него, и сейчас по спине разливалось приятное тепло.
— Тогда — слияние, — скомандовал Эл. — Работаем!
* * *
То, что происходило дальше, запомнилось Фадану, как череда настолько стремительных событий, что его разум сумел воспринять их лишь частично, кусками, обрывками. Фадан думал, что его собственные действия, и действия команды выглядели для настоящих профессионалов, таких, как Шеф, Ана, Сеп, Ал, и Эл нелепыми, глупыми, медленными, и совершенно нерезультативными… а события все неслись и неслись вперед, как взбесившиеся ацохи, и Фадан с огромным трудом поспевал за ними.
…Вот корабль вырывается из пробитой в склоне пещеры дыры, разворачивается — а внизу, на безопасном расстоянии, вспухают черные клубки разрывов. Кажется, что по небу гуляет стадо мохнатых пушистых вельшей, только это не вельши, это рвутся снаряды, и как же их много! Корабль поднимается еще выше, и, о чудо, он, Фадан, видит то, чего не видел, кажется, еще никто в его мире — звездное небо… днём.
— Стратосфера, — шепчет в голове Шеф. — Красиво, да?
Всего несколько секунд — и корабль уходит вниз. Почему-то нет перегрузки, понимает Фадан, а ведь должна быть перегрузка, но ее нет… он поворачивает голову и видит ошалевшее от восторга лицо Бонни, сидящей рядом.
— Море, смотри, море! И еще одно!..
В овальном окне — поразительной красоты картина. Это огромный, скручивающийся в спираль циклон, но посмотреть не получается, потому что корабль уже уходит вниз, в облака, и через крошечный промежуток времени они оказываются на теневой стороне… вечер? Ночь?
— Фадан, приготовься, — приказывает Шеф.
— К чему?
— Вы идете забирать диски.
— Кто — мы?!
— Ты и Бакли. Точнее, я и Сеп. Я всё сделаю, главное, не мешай мне.
…Грохот получился знатный — половина корпуса станции просто испарилась в мгновение ока, а вторая половина обрушилась. Корабль в это время поливает всё вокруг оранжево-огненным светом, и — греваны, как же они бегут, бросая свои самострелы, они бегут, и он, Фадан, и Бакли, тоже бегут; Шеф, я не могу так быстро, в боку колет, и ноги, о, мои ноги…
— Не останавливайся!
— Я не могу… так быстро!..
— Вот кончится это всё, и я лично тебя тренировать буду, — сердится Шеф. — Совсем чуть-чуть осталось.
— А… эти?.. — в другой части полуразрушенного здания могли остаться греваны, и ведь не хочется совсем, чтобы их застрелили.
— Им не до вас, к тому же, вас защищает корабль. Беги!
Да, греванам действительно не до них — те, что встречались по дороге, или лежали неподвижно, или бродили, держась за стены. Что корабль сделал с ними?
Бакли, кажется, этот вопрос тоже волнует.
— Сеп, они поправятся? — требовательно спрашивает он.
— Через сутки, их просто ослепили, потом объясню технологию. Бак, не отвлекайся, ходу!
И Бакли бежит дальше, так же, как и он, Фадан, задыхаясь, хватаясь за левый бок.
— Обратно будет ближе, — радует Шеф. — Они зачистили станцию, сейчас подойдут…
 
…Зал, по всей видимости, машинный, тела на полу, чьи-то стоны, крики; кто-то ругается, кто-то пытается найти выход; да где же диски, куда их могли засунуть? Бакли вдруг толкает в плечо, и Фадан, обернувшись, видит, что вот он, диск-имитатор, на высокой подставке, неподалеку от огромной панели управления, расцвеченной сотнями лампочек, а вот и стойка со вторым диском, из Аюхтеппэ; но рядом стоит Грешер и целится из пистолета в воздух, он тоже слеп, но отнюдь не сломлен, в отличие от остальных.
— Предатели! — кричит Грешер. — Скоро здесь будут предатели! Оставаться на местах!!!
Его никто не слушает, но почему-то Фадану, до этого тихо ликовавшему, что злой и безжалостный противник повержен, становится нерадостно и неуютно — словно он одержал эту победу не в честном бою, словно что-то неправильно… он тихо подходит к Грешеру, выхватывает у него пистолет, и отбрасывает в сторону. А затем легко толкает Грешера в грудь — и тот садится на пол.
— Ты!..
— Да, это я, — удивляясь собственному спокойствию, отвечает Фадан. — С тобой всё будет в порядке. Это временно.
— Будь ты проклят! — выпаливает Грешер. — Чтобы тебя Остроухий сожрал!..
— Этого не будет, — усмехается Фадан. Всё мгновенно становится на свои места, раскаяния в содеянном больше нет и в помине. — Вот что, урод. Если ты тронешь или мою маму, или родителей кого-то из моей команды — пощады не жди. Как вернусь — убью. Понял? Понял, спрашиваю?!
— Понял, — Грешер отворачивается. — Если вернешься…
— Вернусь, — самонадеянно обещает Фадан. — Не сомневайся!
— Фадан, идем, — оказывается, Бакли уже снял диск с подставки, и засунул в сумку. — Фадан!..
— Иду.
…Короткий перерыв — они снова вышли в стратосферу, потому что остался последний рывок, последнее дело, которое неизвестно, чем кончится. Бакли предлагает перекусить, но с собой у них только мешок с подсохшим хлебом, да пара бутылок воды. Остальная еда осталась в пикапе, внизу. Шеф снова и снова проговаривает порядок того, что предстоит сделать, и Фадан чувствует, что от волнения у него пересыхает во рту — а воды больше нет, всю выпили.
— Корабль подойдет максимально близко, но Холм Переноса — запретная зона для любых механизмов, кроме механизмов самих Транспортников, — говорит Шеф. — Поэтому вам предстоит пробежаться. Да, корабль сумеет вас защитить, пока вы будете в зоне таможни, но дальше, на Холме, вам предстоит отбиваться самим.
— А модуль? — спрашивает Бонни с надеждой.
— А ты знаешь, куда мы попадем? — спрашивает в ответ Ана. Бонни мотает головой. — И мы тоже не знаем. Поэтому побереги модуль, пожалуйста. Вдруг пригодится.
— Ладно…
Фадан вдруг понимает, и тут же выдает версию, которая, кажется, обнадеживает всех:
— Если механизмы там перестали работать, то, наверное, и самострелы у греванов работать тоже не будут? — спрашивает он.
— Процесс идет постепенно, и… я не знаю, на какой он стадии, — отвечает Шеф. — Может быть, не будут. Может быть, вся техника уже встала. А может, и нет. В любом случае, это риск. Потому что, если ты помнишь, убить живое существо можно и без самострела. Ножи и палки еще никто не отменял.
Фадан мрачнеет. Потом спрашивает:
— Мне свою книжку с собой забирать? Или она только для этого корабля годится?
— Забирать, она универсальная. С ее помощью…
— С ее помощью Фадан сможет подрезать любой такой корабль, — хихикает Бакли. — Крутая штука. Я бы тоже от такой не отказался.
…Все расселись по местам, и разложили свое имущество по карманам и небольшим сумкам. Все нервничают всё сильнее и сильнее, и Шеф велит успокоиться и собраться. Последняя инструкция, это важно. Это надо послушать.
— Вы поднимаетесь наверх, на холм. Туда, где был рассыпавшийся храм. Находите черный блок, он лежит горизонтально. Он большой, три на три метра, и высотой почти метр, не ошибетесь. Вам нужно взобраться на этот блок и вложить имитатор в выемку на его поверхности. Второй диск, часы, нужно держать в руках. После этого… что, Бонни?