Мой сводный брат – животное (СИ)

Мы остановились на перекрестке. Здесь был только один ресторан. На другой стороне. Иногда, мы с Сэмом бывали здесь. Здесь отлично готовят баранину в мятном соусе.
Тридцать секунд, высветилось на табло светофора, когда я увидела Сэма, выходящего из ресторана.
— Сэм! — я побежала на красный свет, под гудение и мат водителей. Когда я была на пешеходной дорожке, из ресторана вышла Милана. Как всегда элегантно одетая. Она шла прямо к Сэму. Поравнявшись с ним, обвила его шею тонкими руками.
Бах! Как удар в сердце. Корчась от боли, смотрела, что он ее не отталкивает, а наоборот смотрит влюбленно, как смотрел на меня. И… целует. После открывает дверь машины.
— Что ты стоишь? — Лулу толкает меня в бок. Я не могу пошевелиться. Ощущение, что меня переехала машина.
— Он… — сложно говорить. Каждая клеточка протестует против этого. — Он её поцеловал.
— Глупость! Сэм не мог! — неуверенно говорит Лулу. Они отъезжают.
Лулу тараторит что-то. Про то что мы их догоним и тащит к машине. Все кажется нереальным. У нас же было все хорошо. Он любил меня, я знаю. Или нет?
— Соберись! — трясет меня Лулу и бьёт по щеке. Это помогает. — Я видела какой он с тобой. Так нельзя притворяться! И все это подозрительно. Мы должны их догнать и пусть, хотя бы, даст объяснения.
— Да. Да. Ты права. Пошли догоним их.
Но когда мы подходим к месту, где оставили машину, видим как её грузят на погрузчик. Они говорят, что мы оставили машину в неположенном месте. Лулу ругается с ними, но не помогает.
— Прости, — говорит она и кладет руку на плечо. А я стою, смотрю как машина Сэма проезжает перекресток и скрывается за поворотом.
Сэм
— Твою мать! — матерюсь я, когда проезжающая машина для чистки улиц, окатывает меня водой, почти до колена. Милана морщит носик и закатывает глаза.
— Ты не исправим, Сэмюэль Бейкер.
Ей нравится называть меня полным именем, это придает солидности, так она мне говорит. Меня это раздражает, но потом я вспоминаю, что она моя истинная и без нее мне хана, и я люблю ее. Все это проносится в голове, напомнив мне случай, когда она меня бросила и я страдал. Жутко.
Я помню те дни обрывочно. Сердце ныло, я не находил себе места. Таскался за ней с цветами и дорогими украшениями, но растаяла она, когда я надел на свою руку этот браслет с гравировкой S ∞ B. «Б» — Бейби, Детка. Так я её называл. Я доказал этим браслетом, что готов к серьезным отношениям. Что я принадлежу ей.
— Прости, — я не чувствую стыда за свое несдержанное поведение и вырвавшиеся грубые слова. Я никогда не был примерным мальчиком. Я — такой как есть. Я извиняюсь, скорее машинально, потому что в голове стучит мысль, я не должен её потерять, а то будет как тогда. А тогда было чертовски плохо.
Милана целует меня. В голове эйфория, но какая-то странная. Одна часть меня дико ликует, другая совсем наоборот. Я иногда себя не понимаю. Может у меня шизофрения? Иначе как объяснить что я испытываю невероятное счастье и в тоже время омерзение. Все кажется неправильным. Другая должна быть на её месте. Кто? Пойди узнай.
Возможно, Тонни Спаркс, что-то повредил при нашем последнем приеме. Тонни — известный гипнолог, его помощь просто неоценима. С помощью гипноза я узнал ужасную правду. Я не убивал своих родителей, это сделал Майкл. Тот, кто был мне ближе и понятнее, чем мой дядя, Бэйзил Бейкер. Человек, который вырастил меня. Я хотел ехать к нему, но Милана убедила, что ее отец, Мстислав сам во всем разберётся. А если я его убью, я вполне мог, во мне было столько злости, мы не сможем пожениться. Меня посадят. А Милана, как моя истинная пара сойдёт с ума.
— Твои вещи соберут наши слуги, — щебечет Милана.
— Я бы и сам мог. — бурчу, заводя двигатель.
— Не спорь. Тебе нужно привыкнуть к высокому положению. Мой отец — великий человек. Скоро он станет революционером. Все измениться в этом мире. Лицо Миланы становиться фанатичным, а губы растягиваются в безумной улыбке. Меня это пугает.
Я, рулю одной рукой, провожу большим пальцем по нижней губе, стирая её поцелуй и дорогую помаду.
 
— Революционером?
— Ты узнаешь после свадьбы. И поможешь осуществить амбициозный план.
Итак, Россия. Именно туда мы едем вместе с Миланой. Там живёт ее брат, Мстислав проводит именно в этой стране много времени. Мне придется оставить здесь все. Моих друзей, врагов, дом. Бразды правления я передал Бэйзилу. Временно, конечно. Пока не устроимся там. После свадьбы, я уговорю Милану вернуться сюда. Сан-Франциско мой родной город. И Мстислав говорит, что я нужен ему здесь.
У меня двоякое мнение о нем. Он отец Миланы, моей невесты, я должен наладить с ним мирное сосуществование. Но во мне все противится этому. Не знаю почему. Что-то не так с моей головой. Нужно спросить у Тонни. Это я и озвучиваю Милане. Она смотрит на меня поджав губы.
— Не сегодня.
Вот же любовь злодейка. Как я влюбился в нее? Она же совсем не тот тип женщин, что мне нравится.
Мне нравятся девушки с аппетитными формами, голубоглазые, с рыжиими кудрявыми волосами. Откуда именно такая картинка? Хрен знает. Может в журнале для взрослых видел. Вот и запомнилось.
Мы едем к Милане, домой. Обедаем. После чего она уговаривает меня остаться на ночь. В соседней комнате. Между нами нет близости. Мы с Миланой договорились, что это будет после свадьбы.
Ночью мне сниться странный сон. Секс с девушкой с яркими голубыми глазами. Они вспыхивают сильнее, когда я вхожу в нее, горят как два сапфира. А ее запах… Корица с ванилью. Мне безумно нравится. Да что там! Я сожрать её готов, вылизать нежную плоть, что я и делаю.
— Сэмми, — стонет незнакомка, выгибаясь навстречу моему языку. Так сладко. Невозможно. Я не могу терпеть. Снова вхожу в нее. Стараюсь рассмотреть черты ее лица. Тщетно.
Просыпаюсь от того что кончаю на постель. Я в шоке. Не помню когда такое случалось. Я под впечатлением от тех эмоций, что пережил. Они настолько реальные, что я до сих пор помню вкус её удовольствия, её запах. От воспоминания её стона у меня опять встаёт.
Да что за черт? Я абсолютно точно ее не знаю. Среди случайных подружек её не было. Это просто фантазия. Я бы её запомнил. Такую не забудешь.
Бьюла
Мне безумно стыдно, что Лулу возиться со мной целый день. У нее есть своя жизнь, семья, дети. Но я ей благодарна. Не знаю как бы перенесла полученный удар в одиночестве.
Она как якорь, не даёт мне потонуть в море боли и непонимания. Все кажется сюрреалистическим сном, параллельной реальностью. Я не верю своим глазам, отказываюсь им доверять. Сердце, обливаясь кровью, упрямо шепчет. Он не мог.
Не мог Сэм вот так вот бросить меня, не поговорив.
Я знаю как он относился к Милане. Видела его отчуждённость. И тут такие разительные перемены. Это при том, что он знает кто такой Мстислав. Убийца его родителей.
А может это его план? Втереться в доверие к Мстиславу, чтобы было легче с ним поквитаться?
Эта мысль кажется не лишенной смысла, и могла бы многое объяснить. Того, что он избегает разговора со мной. Я бы такое не приняла. Но Сэм не мог разработать такой план так быстро. Да и не актер он вовсе. А чувства по отношению к Милане были настоящими.
От воспоминания становится плохо. Внутри все жжёт, мысли исчезают от невыносимой душевной боли. Хочется просто закрыться и прекратить агонию. Спасти свой разум, потому что в данную минуту, он под угрозой.
— Он должен появиться в доме. Я отвезу тебя. Подожди его там. Как только он придет, позвони мне. Я тоже хочу узнать, что с ним твориться.
Лулу подъезжает к нашему дому, в котором мы были счастливы ещё вчера утром.
 
— Я провожу тебя, — киваю. Мы идем к дому. Я боюсь, что нет другого объяснения. Что все так, как есть. Он с Мильной, потому что захотел. Боюсь, что он привел её в дом.
Я засовываю ключ в замочную скважину. Дверь не открывается.
— Что за ерунда?
Через минуту безуспешных попыток, слышу чужие шаги. На пороге стоит огромный верзила. Оборотень, как после мне сказала Лулу.