Кровь Василиска. Книга IV (СИ)

Стражник задумался.
— Там! — он указал в сторону, откуда пришли он и его люди. — Через десяток домов, — добавил он и я кивнул.
— У вас есть раненые, полагаю? — спросил я, смотря как его люди берут под руки своих боевых товарищей.
— Да, двое. Один в очень тяжелом положении, — мой собеседник тяжело вздохнул. — Иллерийские собаки, — процедил он сквозь зубы. — Всех бы…
— Тогда поступим так, — уверенным голосом произнес я. — Берите своих раненых, и нашего пленника. Я помогу своему товарищу и мы все вместе отправимся в лазарет.
— Господин, там очень дорого, нам нужно в городской госпиталь и мои люди…
— Расходы беру на себя, — перебил я стражника. — Все, не будем терять времени! — добавил я. — Забирайте пленника и идем, — сказав это, я направился к Де’Аламику, а спустя какое-то время, к нам подошли и городские стражники.
И всей этой ватагой мы отправились в лазарет.
* * *
— Вы спасли мне жизнь, Люк, — произнес Анри и сразу же закашлял. — Если бы я знал, что их будет так много, то я бы… — его снова поразил приступ жесткого кашля.
— Вам надо отдыхать, Анри, — произнес я, передавая ему платок, чтобы он смог вытереть кровь со рта. — Все благодарности потом.
Мой собеседник тяжело вздохнул.
— А знаете, что самое прескверное в этой ситуации? — спросил он.
— Что мы не убили Отиса Де’Монсари? — спросил я.
— Верно, — лекарь кивнул головой.
К слову, большую часть из первой медицинской помощи, которую ему должны были оказать в лазарете, святоша оказал себе сам.
Плюс ко всему, с помощью своей магии он по дороге в лазарет, сам будучи раненым, подлатал одного из стражников Тузулы и только благодаря этой самой помощи, он дотянул до места, где всем нам уже оказали помощь.
Ну, как нам. В основном это был Де’Аламик и раненые люди Леопольда — а именно так звали лейтенанта городской стражи с которым, после, у нас состоялся разговор, по итогам которого я заверил его, что пленного иллерийца мы передадим им живым, но возможно не полностью.
Оставшись удовлетворенным этим ответом, он вместе со своими людьми ушел.
— Я думаю, нам надо больше верить в Жуля, — ответил я Анри. — Если он так уверен в своей победе, то видимо, у него есть на то причины.
— Да, дурак он! — лекарь даже вскочил с кровати, за что сразу же и поплатился.
Белая рубаха на его боку покраснела.
— Швы разошлись, — он недовольно цокнул языком, а затем поднялся с кровати, подошел к своим вещам и достал из сумки прямоугольный кожаный футляр.
Открыв его, Анри извлек медицинскую иглу и нити, после чего коснулся иголки указательным пальцем и воспользовался своим даром для того, чтобы ее обеззаразить.
— Может, позовем врача? — предложил я святоше.
— Сам быстрее сделаю, — ответил он и сняв окровавленную рубаху, начал спокойно штопать самого себя. — Вы меня, конечно, удивили, Люк, — он поднял глаза на меня. — Никогда не видел, чтобы человек так двигался, — добавил он. — Это ваша магия?
— Да, — честно ответил я.
Это, конечно, не те заклинания к которым привыкли маги этого мира, но магия, действительно, была моя.
— А пули? — спросил Де’Аламик, продолжая не глядя зашивать себя.
— Тоже, — ответил я. — Вы же знаете о том, что случилось со мной и моей семьей? — спросил я и мой собеседник кивнул. — После того, как я очнулся после действия яда и потерял память, у меня пробудились странные магические способности и да, я прошу вас, Анри, не говорить никому об услышанном от меня.
— Люк, я вам жизнью обязан, — ответил мой лекарь, смотря мне в глаза. — Все о чем мы говорим, останется только между нами, и все услышанное я унесу с собой в могилу, — добавил он без единой нотки сомнения в голосе.
— Благодарю, — ответил я. — Что будем делать с ним? — я кивнул на связанного иллерийца, который лежал в комнате вместе с нами.
— Допрашивать, разумеется, — Де’Аламик развернул кожаный футляр в котором помимо различных медицинских инструментов обнаружились еще занятные устройства в назначении которых, я мог не сомневаться.
 
Залатав себя, лекарь поднялся с кровати и подошел к иллерийцу, который все еще лежал без сознания.
— Поможете, Люк? — спросил Анри и я кивнул. — Усадите его на стул, — попросил меня собеседник, и вскоре гончая был усажен на стул и плотно зафиксирован на нем.
Лекарь вернулся к кровати и взяв футляр подошел к пленнику, а затем открыл какую-то капсулу с очень сильным и резким запахом. Он поднес ее к носу иллерийца и тот вздрогнув, сразу же открыл глаза.
Ему понадобилось несколько секунд, чтобы осознать где он находится, кто перед ним, и скорее всего он уже понял, что его ждет дальше.
— Галларийские мрази! — процедил он и резко вскинул голову вверх.
— Не дайте ему…
Договорить Анри не успел.
Что-то хрустнуло во рту пленного, а буквально в следующий миг его глаза закатились и из его рта пошла пена.
— Яд… — Де’Аламик покачал головой. — А я, как раз всю ману израсходовал на себя, — он смачно выругался и покачал головой.
Нет, дружок, так просто ты от Василиска не уйдешь!
Достав кинжал, я быстро вспорол его одежду, а затем использовал магический взор.
Частички яда ярко-красного цвета быстро распространялись по всему телу, вызывая у пленного сокращение всех нервных волокон, которые должны были привести к тому, что легкие просто не смогли бы исполнять свою функцию и иллериец должен был задохнуться.
«Не-а», — я улыбнулся и коснувшись указательным и средним пальцем в областигруди, начал медленно и скрупулезно собирать яд там, а затем поглощать его.
— Аах-х, — легкие раскрылись и в них поступил воздух.
— Он ваш, — произнес я, смотря на Анри в глазах которого застыло очень много вопросов.
  
Глава 8
 
— Думаю, это все, что он знал, — произнес Де’Аламик, и поморщившись, сел на кровать. — Я только одного не могу понять, Люк, как вам удалось извлечь из него яд? — спросил лекарь с интересом смотря на меня.
— Я не могу этого сказать, Анри, — ответил я, смотря на пленного, который вырубился.
— Понятно, — мой собеседник улыбнулся. — Ладно, настаивать не буду, — добавил он и начал одеваться.
— Куда вы, Анри? — спросил я, наблюдая за его действиями.
— В гостиницу, куда же еще, — усмехнулся лекарь. — Вон, уже светает, — он кивнул на окно за которым, солнце и правда уже начало подниматься на горизонте. — Эх-х, жаль нам не удалось помочь Жулю, — произнес святошла, накидывая прямо на больничную белую рубаху окровавленный камзол. — Хотя, возможно вы правы Люк и наш дорогой друг справится и без нас. Как-то, я видел, как он в одиночку одолел целый отряд иллерийских собак, причем солдаты там были из специального батальона, — вслед за камзолом, он натянул портки.
— Специального батальона? — удивился я.
— Ага. Из Егерей, — произнес Де’Аламик название, которое мне, вообще, ни о чем не говорило.
Мой собеседник быстро это понял и пояснил.
— В общем, в Иллерии есть особый полк, которые называются Егери. Их специализация, это устранение магов, причем с очень большого расстояния. У них есть особые мушкеты, которые…
— Такие? — не дослушав Анри я выудил из магической сумки оружие, которое я взял у убийцы, устроившей на меня покушение в поместье Де’Бордо.
Взяв оружие Де’Алмик несколько минут его тщательно рассматривал, а затем нажал на специальную кнопку, открывая тем самым, в прикладе скрытую ячейку.
— Откуда это у вас? — удивлению на лице лекаря не было предела.
— Взял с трупа убийцы, которого подослали ко мне, — честно ответил я.
— Это оружие Егерей, — не веря своим глазам, произнес Анри.
Хм-м, странно. Буквально пару минут назад он говорил, что Жуль победил отряд таких, а сейчас удивляется тому, что мне удалось взять этот мушкет с трупа.
Я озвучил эти мысли.
— Вы не понимаете, Жуль! У вас в руках настоящее сокровище! — воскликнул мой собеседник. — Дело в том, что на мушкетах Егерей всегда есть руна, которая активируется, как только обладатель оружия умирает. После смерти Егеря, происходит мощный взрыв и от мушкета ничего не остается, — пояснил Де’Аламик и все сразу же встало на свои места.