Полночная одержимость (ЛП)

— Возможно, — согласилась Гонзалез. — Рана на шее глубокая, пересекает яремную вену и сонную артерию и тянется до задней стенки трахеи, — она указала на желтую отметку в двадцати футах, где снег был красным. — Ее убили, скорее всего, там.
Янелли осмотрел землю. Четких следов не было. Снег слишком сильно замерз. Янелли ощущал холод подошвой.
— У жертв были документы?
— Никаких, — она покачала головой. — Но у парня есть татуировка банды на плече.
— Тогда его отпечатки должны быть в базе, — Янелли посмотрел на синие чернила, три шестерки. — Похоже на Шестерок. Они недавно пытались расширить свои земли. Если женщина наркоманка, то и ее отпечатки могут оказаться в базе. Есть идеи, как давно они мертвы?
Гонзалез подняла руки перед собой, склонила голову и плечом почесала подбородок.
— Внутренние органы еще не достигли температуры окружающей среды. В нормальных условиях труп теряет полтора градуса температуры тела за час, — доктор Гонзалез замолчала, задумчиво поджав губы. — Эти тела остыли гораздо быстрее, — она сверилась с блокнотом на чемоданчике. — Учитывая факторы, думаю, их бросили тут между десятью часами ночи и четырьмя часами этого утра.
Янелли кивнул, хоть его не устроило слово «бросили». Эти тела уложили осторожно.
Доктор Гонзалез сняла виниловые перчатки и сунула в пакет с уликами.
— Вскрытие проведут, когда они оттают, придется подождать день или два. Но мы постараемся получить отпечатки пальцев этой ночью.
Янелли взглянул на Джексона, стоящего в стороне, глядящего на все, ловящего детали. Он мало говорил, но замечал все.
Доктор Гонзалез собрала свои вещи и повернулась к машине. Она смерила Джексона убийственным взглядом, проходя мимо. Она ненавидела его, но за что?
Джексон смотрел на свои потертые ботинки, пока она не ушла. А потом сунул жвачку в рот.
Янелли потер ладони.
— Притащить два тела сюда и организовать все это, — он махнул на сцену. — На это ушло время. И это явно было в темноте, но зачем такие сложности? Почему не бросить их и уйти?
— Потому что для него это важно. Каждая деталь, — морщины собрались у глаз Джексона, пока он смотрел туда. — Огонь привлек бы внимание, и он поджег их и ушел. Он не смотрел, как они горят. А снег растаял и потушил огонь. Если бы наш убийца любил огонь, он остался бы и поджег их снова, — Джексон дождался, пока судмедэксперт уйдет, а потом вытащил перчатки из кармана, подошел к телам и присел. — Огонь не был для него ключевым элементом.
Янелли прошел за ним, оглядываясь через плечо.
— Парень выглядит подтянуто. Убийца был сильным, раз так сильно его избил.
— Может. А, может, и нет. Ему нужно было оружие, — Джексон махнул на пиво и еду. — Что думаешь об этом?
— Сердце болит от этой жути, — Янелли озирался. Он слышал шум машин, но дороги не было видно. Учитывая холод, это место было пустым и темным прошлой ночью. Любые бездомные, которые избегали мест, где их могли прогнать, искали укрытия в заброшенных зданиях. Поддон не уместился бы в багажник. Нужен был грузовик, чтобы привезти это сюда.
Джексон развернулся.
— Зданий не видно. И камер, следящих за машинами тоже.
В этой пустой части города не было офисов, домов или камер наблюдения, никто не увидел убийцу. Янелли и Джексон обошли место преступления по периметру, а потом по спирали вернулись к пятну крови.
Джексон указал на землю.
— Давай посмотрим следы шин.
Янелли присел на корточки.
— Земля замерзла сильно, следов ног нет, но… — он указал на выбоины в снегу, ведущие от следов шин к телам. — Он дотащил поддон от машины туда. Чтобы оставить следы на этом льду, нужен вес.
— Девушку убили тут, — Джексон посмотрел на длину следов. — Может, мужчина был уже мертв.
— Проще бороться с одной жертвой за раз, — Янелли встал со скрипом колен. Ему нужно было немного похудеть.
Джексон указал на почерневший край поддона.
— Что это?
Янелли склонился ближе.
— Царапины?
— Нет, что — то вырезано на дереве, — Джексон вытащил фонарик из кармана и направил на дерево.
 
— Теперь вижу, — сказал Янелли, появилась картинка. — Но не пойму, что. Дерево обгорело.
— Может, ребята для нас его почистят, — Джексон подозвал техника, чтобы дать поручение.
Тела забрали в черных мешках. Они поговорили с бездомным парнем, который не знал ничего, включая свое имя и который был год. Патрульный потащил его за собой, хоть он кричал, что нарушают его свободу. Вскоре после этого уехали и репортеры. Янелли и Джексон посмотрели еще раз на сцену без жертв.
— Мы можем проверить у отдела, занимающегося бандами. Может, кто знает убитого, — Джексон повернулся к их машине.
— Будет сложно его опознать, лицо избито, — Янелли пошел следом, желая оказаться скорее в машине, где было тепло. Его ладони так замерзли, что пылали от этого. Ледяные кристаллы хрустели под ногами. — Женщина слишком стара, чтобы быть его девушкой.
— Шлюха?
— Зачем такому юноше шлюха? Он может выбрать кого моложе.
— Может, она была на пути. Оказалась не там и не в то время.
Зазвонил телефон Янелли. Взглянув на экран, он узнал номер нового конфиденциального информанта и проигнорировал звонок.
— Не важный? — спросил Джексон.
— Информант, на которого сейчас нет сил, — Янелли сунул руку в карман. Он встречался с ним всего раз, уже жалел, что ввязался в это. Но он не проводил на работе время среди лучших представителей общества. Нет, коп имел дело с отбросами. Он оглянулся на сцену. Это…
Это было ненормальным, и эта жуткая жестокость выходила за рамки того, с чем он сталкивался каждый день. Это было страшно, и волоски на его шее вставали дыбом, и ему хотелось убежать в ближайшую церковь.
Зазвонил телефон Джексона. Он сел в машину, вытащил телефон из кармана и ответил. Разговор был коротким.
— Мы в пути.
— Что? — спросил Янелли.
— Патруль ответил на звонок с площади Риттенхаус. Офицер подозревает, что это связано с этим, — весть о странных трупах быстро разошлась. Джексон кивнул на место преступления. — Угадаешь, чей дом?
— Не знаю, — Янелли повернул ключ. Машина ожила. Он отъехал от обочины и направился на север.
— Уорда Хэнкока.
— Ого, — Янелли вспомнил странную резьбу на поддоне. Луиза Хэнкок уже помогала им опознать символы в прошлом. Если им почистят те символы… — Уорд Хэнкок или его дочь могли бы заинтересоваться странными аспектами этого дела.
Джексон потрясенно посмотрел на него.
— Думаешь, доктор Хэнкок поможет нам после всего горя, что она пережила из — за нас? Мы пытались обвинить в убийстве ее парня.
— Мы считали его виновным. Не угадали, — Янелли отогнал вину, как насекомое с плеча. Он чуть не посадил невинного человека в тюрьму, но он хотел остановить убийцу, ему было некогда нянчиться с подозреваемым. Он постучал большим пальцем по рулю. — Если мы уговорим ее, что она поможет этим остальным, она это сделает. Она такая.
— Какая? Богатая и красивая?
— Ты говоришь о женщине из моих снов, — Янелли прижал ладонь к груди. — Но мы с Луизой Хэнкок из разных миров. И она не умеет готовить, так что нам не быть вместе. Моя жена будет едой поддерживать мою верность. У меня точные приоритеты. Внешний вид портится, но рецепт хорошей лазаньи вечен.
— У тебя уже растет ребенок от еды.
Янелли улыбнулся.
— Прошлой ночью были ньокки. Мм — мм — мм.
Джексон нахмурился.
— Салливан разозлится, если мы вовлечем его леди.
— Все еще не любишь Салливана? Он был невиновен.
— Не важно, нравится ли он мне. Он оказался нормальным, — Джексон фыркнул. — Но я все еще думаю, что Конор Салливан слишком уж хорош. У него должна быть темная сторона.
— Что за предрассудки?
— Просто опыт.
— Ты любишь подозревать, — Янелли думал, что, чем больше совести было у человека, тем подозрительнее он действовал. Джексон считал, что все что — то затевали, и от этого Янелли задумывался, что скрывал его напарник.