Книжный магазин «Булочка с корицей»

Когда доверяешь этому мужчине.
— Да, хорошо. Попробую.
Лицо Ноа озарила улыбка. Он поцеловал Хейзел в нос и продолжил экскурсию по маленькой лодке.
— Итак, сперва основные лодочные термины. Передняя часть лодки — это нос, а задняя — корма.
Хейзел кивнула.
— Справа — правый борт, а слева — левый.
— Хорошо.
— А это штурвал.
— Руль?
— На лодке это называется штурвалом.
  
— Как вычурно.
Он рассмеялся:
— О да.
— Зачет будет? — спросила Хейзел, проводя ладонью по штурвалу.
— Возможно.
— Планирую сдать его на отлично.
— Меньшего я и не жду.
— Погоди, ты говорил, что жил на этой лодке, когда только приехал. Как такое возможно? — Хейзел окинула скамейки скептическим взглядом. Навряд ли мужчина такого роста мог спать на них с комфортом, не говоря уже о том, что он бы полностью был беззащитен перед стихией.
— Самое интересное я оставил напоследок, — Ноа ответил ей дерзкой ухмылкой и поднял шторку возле рулевого колеса. Перед ними оказалась маленькая дверь, ведущая в жилую зону.
— Потайная дверь! — Хейзел заглянула в каюту. Внутри находились кровать, небольшая плита на одну конфорку и еще две скамьи. — Ух ты! Прямо как в доме на колесах.
— Да, тут скромно, но временно перебиться можно. Я купил абонемент в спортзал и принимал душ там. Но потом теснота надоела.
— Не сомневаюсь.
Хейзел выглянула из дверного проема и увидела, как Ноа возится с какими-то важными на вид рычагами и рукоятками. Она с наслаждением наблюдала за ним в естественной для него среде обитания. Ноа выглядел серьезным, подготавливая лодку, а она редко видела его таким. И сейчас могла понять, почему люди доверяли ему свою безопасность во время рыболовных туров.
— Готова? — спросил он, поймав ее взгляд.
— Как никогда.
Ноа игриво подмигнул ей, и на его лице вновь промелькнуло радостное волнение. Он закрыл дверь каюты под палубой. Отвязал лодку от причала, и они отправились в великую неизвестность.
Или к побережью Дрим-Харбора.
В любом случае это было немного страшно и очень волнительно.
А еще стало идеальным приключением для завершения их веселого лета.
Какое-то время путешествие шло гладко. Пока Ноа управлял лодкой, Хейзел не сводила с него глаз, и пришлось признать, что ему это очень нравилось. Похолодало, и Хейзел накинула капюшон, напомнив ему о том дне на пляже, о том, чем они занимались и о чем говорили.
Ноа шутил, сказав, будто почувствовал, что заявил права на Хейзел, когда она надела его толстовку. Ну, вроде как шутил. Ему нравилось видеть Хейзел в ней. Это служило маленьким заявлением всему миру о том, что между ними в самом деле что-то происходит. Будто они очутились в старшей школе, и Хейзел давала всем понять, что несвободна.
Нелепо, конечно, но факт.
Хейзел выглядела совершенно очаровательно, ее щеки зарумянились от свежего воздуха, глаза сияли. Он хотел, чтобы она всегда была рядом. С ним.
Ноа покачал головой.
— У тебя в сумке еще есть чем перекусить? — спросил он, стараясь отвлечься от мыслей. На прошлой неделе он даже не был уверен, хотела ли Хейзел проводить с ним время, а теперь снова думал о вечности. Пора это прекращать. Особенно если он и правда собирается воплотить свой план и помочь сестре. Может, через неделю его здесь вообще уже не будет.
— Есть булочки от Энни и…
Ноа улыбнулся, пока она копалась в огромной сумке:
— Булочки? У нас чаепитие?
Хейзел сердито посмотрела на него, но он видел веселье в ее глазах.
— Можно увезти девушку из книжного магазина, Ноа, но нельзя отобрать у нее булочки.
Он рассмеялся, и Хейзел ответила ему улыбкой.
— Еще у меня есть чипсы, злаковые батончики, смесь сухофруктов, крендельки…
— Чипсы! — перебил он, не дав ей перечислять дальше.
Хейзел бросила ему пакет.
Ноа отпустил штурвал и оставил лодку дрейфовать, пока они ели и наслаждались лучами полуденного солнца. Хейзел устроилась на скамье напротив него, отправляя в рот кусочки булочки и потягивая чай из термокружки.
— А если бы я была клиентом, — сказала она некоторое время спустя, глядя на воду. — Как бы все проходило?
— Что ж, — Ноа сложил руки за головой и откинулся на спинку, — мы бы обговорили время при бронировании тура.
— Конечно, само собой.
Хейзел наблюдала за ним, как всегда, будто изучая. Так, будто он был не так уж и плох в ее глазах. Хейзел была единственным человеком в его жизни, под чьим взглядом у него не возникало ощущения, словно в нем ищут то, чего нет.
Боже, разве можно оторваться от этого? От соблазнительного чувства, что ты достоин.
— Так вот. — Он прокашлялся. — Потом я отвез бы тебя в свои лучшие места для рыбалки в зависимости от времени года и твоих рыболовных предпочтений, конечно же.
— А люди злятся, если им не удается ничего поймать? — спросила она.
— Иногда, но я стараюсь, чтобы день прошел весело, даже если мы ничего не поймаем.
Хейзел кивнула, снова глядя на воду. Облака затягивали небо, отбрасывая тени на волны.
— Хочешь порулить? — спросил он, и Хейзел вновь с удивлением посмотрела ему в глаза.
— Это тоже входит в тур? — уточнила она, вскинув брови.
Ноа посмеялся:
— Только для тебя.
Она расплылась в улыбке и встала, смахивая крошки с колен.
— А если я во что-нибудь врежусь?
— Хейз, — рассмеялся он. — Во что тут можно врезаться?
— Ты удивишься.
Он притянул ее ближе:
— Мне кажется, у тебя все получится.
Ноа, обняв за талию, усадил ее к себе на колени. Она была теплой, мягкой и пахла глазурью с булочек Энни — пряной и сладкой, как сама Хейзел.
— Руки на штурвал, — велел он.
— Похоже на надуманный предлог, чтобы усадить меня к себе на колени, — проворчала Хейзел, но в ее голосе была слышна улыбка.
— Получилось же, — прошептал Ноа ей на ухо, и она задрожала.
— Есть, капитан. — Хейзел взялась за штурвал и устроилась поудобнее у него на коленях. Ноа застонал, и она рассмеялась, прекрасно зная, что делала с ним. Ничто не отвлекало так, как ее круглая попка, устроившаяся между его бедер.
— Хейз, — простонал он, когда она слегка поерзала на нем. И почему он целую неделю сторонился этой женщины? Если ему выпало провести с ней только это время, то пора перестать тратить его впустую.
Ноа поцеловал ее за ухом, продолжая обнимать за талию, пока она вела лодку в открытое море, и наслаждаясь близостью ее тела.
И если бы день выдался не таким прекрасным, а Хейзел в его объятиях не была бы так восхитительна, тогда Ноа, возможно, уделял бы больше внимания погоде.
Он планировал вернуться на берег до вечера. А ураганный ветер с северо-востока не должен был их задеть. По прогнозам, он проходил к югу от Дрим-Харбора. Ноа проверил. Все утро наблюдал по спутникам. Но в итоге они оказались от дома дальше, чем он задумывал, а небо стремительно застилали тучи. И некогда легкий ветерок стал резким и холодным.
Спутник больше не показывал, что ураган проносится мимо. Теперь его край пролегал прямо над их нынешним курсом к дому.
— Черт, — пробормотал Ноа.
— Что такое?
Хейзел оставила управление лодкой и свернулась калачиком под одеялом, которое он бросил ей, едва поднялся ветер. Она не сводила с Ноа больших карих глаз, взволнованно нахмурив брови.
Черт возьми.
Ноа просил довериться ему, но по-крупному облажался. Не подвел, называется.
— Тут с погодой по курсу возникли некоторые… трудности.
  
— Полагаю, солнечно не будет.
— Э-э-э… ну да, есть такое, — он провел ладонью по волосам, перебирая варианты, что же делать. Вода уже была неспокойной, белые гребни волн били о борта лодки.
И откуда взялся этот проклятый шторм? Ноа был уверен, что он их не заденет. А потом позволил себе отвлечься. Он напортачил. Снова.