Книжный магазин «Булочка с корицей»

— Извини, Хейзел, — сказала Джинни, прижав роман о пиратах к груди. — Мы постараемся ввести цензуру.
— Вот еще, — возразила Каори со смешком. — Но будем говорить потише.
— Спасибо, — ответила Хейзел, кивнув, и собралась вернуться в безопасное место за прилавком, как вдруг остановилась. — А вообще, я хотела вас кое о чем спросить.
— О гамаках? — посмеиваясь, поинтересовался Джейкоб.
  
— Нет, конечно.
Хейзел прокашлялась, готовясь получить ответ на свою маленькую загадку. Все главные подозреваемые в порче романов сидели сейчас перед ней. Несмотря на предположения Ноа, Хейзел все еще считала книжный клуб наиболее вероятным виновником.
Как бы ей ни нравилось следовать подсказкам, Хейзел начала задумываться, не шутка ли это. Или того хуже: какой-то замысел Дрим-Харбора, призванный помочь бедной Хейзел с ее скучной жизнью. Она вспыхнула от смущения совсем иного рода. Того, которое возникает, когда гадаешь, что другие подумали о тебе, и не сомневаешься: ничего хорошего.
Не сказать, что она думала, будто ее недолюбливали друзья и соседи, но вдруг они считали ее такой же жалкой, какой она воспринимала себя сама? Или же, что хуже, вообще о ней не думали, и эти подсказки предназначались кому-то другому, а она просто влезла в историю, в которой ей не место. Вдруг она украла чужое приключение?
Ужасно неловко.
— Вы в последнее время не замечали ничего странного в отделе любовных романов?
Изабелла постучала ручкой по подбородку:
— Более странного, чем люди-мотыльки с вибрирующими языками, огромные синие инопланетяне или минотавры, жертвующие свои…
Хейзел подняла руку, чтобы остановить ее. Да что они такое читали? Хотя про вибрирующий язык прозвучало интересно… Нет. Она покачала головой. Сейчас не время.
— Я о том, что нашла несколько испорченных книг.
Все подняли головы и уставились на нее.
— Кто-то портит любовные романы? — спросила Каори, словно готовилась к битве и планировала защищать романы ценой собственной жизни. Хейзел не могла не восхититься такой преданностью этому жанру.
— Нет, нет. Не совсем. Просто заметила, что несколько книг… помечены.
— Странно, — сказала Джинни. — Зачем кому-то это делать?
— Не знаю. Но я не в курсе, вдруг вы устраиваете что-то вроде… не знаю, тайной романтики…
— Тайной романтики? — спросила Изабелла, протягивая Матео еще один карандаш. Малыш сидел возле ее ног и раскрашивал картинку. — Не уверена, что это значит, Хейзел, но теперь я вроде как хочу эту тайную романтику!
— О-о-о, можем устроить свидание вслепую с книгой! — встрял Джейкоб.
— И как именно это будет проходить? — спросила Каори, подавшись вперед и уже позабыв о преступной порче книг.
— Это что-то вроде Тайного Санты, когда все дарят друг другу неизвестную книгу? — Джинни вовлеклась и начала делать заметки в блокноте, который принесла с собой.
Так, в один миг книжный клуб Дрим-Харбора поплыл по волнам своей новой идеи книги о тайном романе, а у Хейзел так и не прибавилось ответов с прошедшего утра. Хотя Нэнси и Линда подозрительно притихли, когда Хейзел спросила об испорченных книгах, и даже сейчас старательно избегали ее взгляда.
Двое старейших членов книжного клуба трогали ее книги? Они издевались над ней? Нэнси подняла взгляд и одарила ее улыбкой, а потом включилась в разговор.
Может, ей показалось?
Может, оргазм на пляже затуманил ее разум?
Может, она должна просто радоваться, что подсказки ведут ее очень приятными путями?
Не успела Хейзел уйти, как Джинни схватила ее за руку и усадила на подлокотник кресла.
— Мы сообщим, если что-то заметим, — прошептала она, пока остальные продолжали болтать. — Нельзя допускать, чтобы портили твои книги.
Хейзел улыбнулась подруге:
— Спасибо, Джинни.
— Может, это привидение, — заметила она с улыбкой.
Хейзел рассмеялась:
— Сомневаюсь, что Каспер умеет пользоваться маркером.
Джинни прервал звонок телефона, лежавшего на столе.
— Прости, прости! — она потянулась за ним, но Джейкоб успел увидеть, кто звонит.
— Это Беннетт! — воскликнул он, хлопнув в ладоши. — Ответь.
Джинни закатила глаза, но приняла звонок. На экране появилось лицо ее брата. Он был поразительно похож на Джинни: такие же темные волосы и выразительные брови, но, в отличие от темно-карих глаз Джинни, глаза Беннетта были светло-голубыми, почти серыми, а щеки его покрывала темная щетина. Не будь Хейзел по уши влюблена в одного рыжеволосого рыбака, то, наверное, сочла бы брата Джинни очень симпатичным. Но ей и так хватало забот.
— Привет, Бен, я в книжном клубе.
— Привет, Беннетт! — воскликнул Джейкоб, и Джинни со смешком закатила глаза.
— Привет, книжный клуб.
— Здравствуй, Беннетт! — подхватили остальные. Бен расплылся в улыбке.
— Когда приедешь в гости? — продолжил Джейкоб, придвигаясь ближе к Джинни, чтобы его лицо тоже попало на экран. Хейзел не могла не рассмеяться, увидев озадаченное выражение лица Беннетта. Видимо, брат Джинни стал почетным заочным членом книжного клуба, хотя Хейзел понятия не имела, читал ли он книги.
— Вообще-то, — перебила Джинни, пока брат не успел ответить, — я пытаюсь уговорить Беннетта приехать к нам на праздники.
Глаза Джейкоба засияли.
— Приезжай обязательно! В декабре здесь очень красиво, тогда и познакомишься с моим новым другом.
— С другом, значит? Надеюсь, вы хорошо с ним ладите.
Джинни махнула рукой между ними:
— Продолжите свои мужские разговоры потом. Ты обдумал мою идею?
— Обдумал.
— И?
— Джинни, месяц вдали от дома — это долго.
— Но ты можешь работать удаленно!
— У меня собаки…
— Возьми их с собой.
Где-то на линии Беннетта гавкнул пес, будто соглашаясь с ней, и Джинни улыбнулась:
— Видишь. Они тоже хотят в отпуск.
Беннетт закатил глаза, но Хейзел видела, что его решимость дала трещину.
— Мы можем сходить за рождественской елкой, покататься на коньках и предаться остальным зимним развлечениям, на которые у тебя больше нет времени! — Джинни вошла в раж и встала, чтобы закончить разговор в стороне от остальных.
— Скажи ему, что мы выберем милую книгу на праздники, чтобы не ранить его нежные чувства! — крикнула Изабелла ей вслед.
Хейзел надеялась, что Бен согласится. Джинни скучала по нему, да и Хейзел хотела познакомиться с братом подруги. Но в то же время мысли о грядущих праздниках вызывали панику, ощущение, будто она уже тосковала по чему-то. По кому-то.
Кем они с Ноа будут к этому времени? Друзьями? Снова приятелями? Как вернуться к непринужденным разговорам и дружелюбным улыбкам с человеком, который засовывал руку тебе в штаны?
Вот почему Хейзел не заводила интрижек.
Она не умела.
Зато умел Ноа. Он же научит ее, верно? Покажет ей, как положить конец тому, что между ними происходило, в точности как прекращал все прочие курортные романы. Она неспроста выбрала для летнего веселья именно его. Она научится быть беззаботной, а он сможет выбросить ее из головы — после случившегося на пляже Хейзел больше не могла отрицать, что Ноа в самом деле неравнодушен к ней. Но это ненадолго. Они не подходили друг другу. Ноа нужна была девушка, которая отправится лазить с ним по горам или кататься на водных лыжах или… или… заниматься другими опасными авантюрами. Ему, конечно, не подходят выходные, проведенные в постели за чтением или разгадыванием воскресного кроссворда. Верно? Верно. Если между ними все будет кратко и по делу, то это беспроигрышный вариант.
Но почему-то эти размышления никак не успокаивали ее. Хейзел не хотела думать о праздниках или о том, какой будет тогда ее жизнь. Останется ли она такой же, как сейчас, за вычетом Ноа?
  
Она отогнала угнетающую мысль.
Всему виной ее безрассудные годы, сжатые до двух месяцев. Она отказывалась зацикливаться на этом.
Собрание книжного клуба подходило к концу, поэтому Хейзел встала и пошла обратно к прилавку, по пути поправив стопку книг на столе с новинками. Свежие любовные романы с осенней атмосферой распродавались быстро, и скоро предстояло заказать еще. Похоже, книжный клуб не ошибся в читательских предпочтениях. Во всяком случае, ее босс будет довольна.