Прекрасная маленькая принцесса (ЛП)

— Последняя поставка была доставлена вовремя? — Спрашивает Нико.
— Все в порядке. Привезли сегодня рано утром, — подтверждает Петр.
Нико качает головой.
— Ну и дерьмовая же это была координация.
Петр тихонько хихикает.
По большей части я не лезу в эти дела, поэтому лишь смутно представляю, о каком грузе они говорят и что пошло не так. Но что мне нравится видеть, так это то, как легко брат и муж работают вместе. С тех пор как Петр принял клан Велеса от Матроны, а Нико теперь полностью управляет бизнесом Маркетти, они, похоже, достигли не просто союза, а деловых отношений, которые за последние несколько лет принесли обеим сторонам значительную прибыль.
— Нет, дел за столом. — Возражает Кассио, с силой шлепая по дереву и заставляя подпрыгивать столовое серебро.
— Спасибо, — соглашается Аня, ее тон говорит о том, что они с Нико уже говорили об этом, но она улыбается, чтобы показать, что говорит искренне.
Я смеюсь. Меня не удивляет, что трудоголик — один из новых титулов, которые Нико добавил к своему имени. Он всегда был целеустремленным — может, в школе не так сильно, как я, но, когда дело касается семьи и бизнеса, никто так не готов идти напролом.
На мгновение в комнате воцаряется тишина, когда приносят еду, наполняя помещение насыщенным ароматом жареных овощей и говядины, приготовленной в насыщенном красном вине. Блюдо из говядины бургиньон, которое наш личный шеф-повар каждый раз готовит мастерски.
— Это именно то, что нужно холодным, снежным нью-йоркским вечером. — Говорит Бьянка, широко улыбаясь.
Лука издает стон благодарности, который вызывает смех за столом.
— Серьезно, как зовут вашего шеф-повара? Возможно, мне придется попытаться убедить его переехать в Чикаго, — поддразнивает он.
— У тебя уже есть профессиональный шеф-повар в качестве тестя, — поддразнивает Кассио. — Тебе этого мало?
Лука хихикает.
— Что я могу сказать? Некоторые люди следуют за своим сердцем. Я следую за своим желудком.
Его жена, Элли, игриво хлопает его по плечу.
— Ну, Сил, как тебе студия? — Спрашивает Нико, обращая свое внимание на меня.
— Очень хорошо, на самом деле, — говорю я, одаривая его улыбкой, пока помогаю нарезать мясо Исле. — Я включила некоторые из последних работ Дани Ришелье в витрину на прошлых выходных, и они произвели большой фурор на нью-йоркской арт-сцене.
— Разве она еще не учится в колледже? — Удивленно спрашивает Аня.
Я киваю, моя грудь вздымается от гордости. Мы с Дани быстро подружились, когда я впервые ее встретила, но с тех пор как я переехала в Нью-Йорк, мы стали невероятно близки. И я не могу не чувствовать себя немного наставником по отношению к ней, когда речь заходит о ее творчестве. Хотя она предпочитает кисть, а я — уголь, мы проводим много времени, работая над своими работами вместе. И хотя она на несколько лет младше меня, я не знаю, что бы я делала без ее дружбы.
— Ну, это здорово. — Говорит Кассио, одаривая меня улыбкой. — Ты продала еще какие-нибудь свои рисунки?
— Вообще-то, да. На негласном аукционе. Губернатор Ришелье купил мою работу, не подозревая, что она моя. — Я хихикаю, вспоминая разговор, который у нас с ним состоялся по поводу этой работы. — Он долго рассказывал мне о мастерстве работы, пока Дани не прервала его, сказав, что это нарисовала я.
— А ты, Исла? — Спрашивает Нико у моей дочери. — Ты нарисовала своему дяде Нико какие-нибудь шедевры в последнее время?
Исла сморщила свой очаровательный носик, ее серые глаза смотрят через стол на моего старшего брата.
— Я не рисую шедевры. Мама говорит, что важно заканчивать то, что я начинаю.
На лицах всех трех моих братьев написано, каких усилий им стоит не разразиться смехом. Кассио и Лука становятся на несколько тонов темнее, когда задерживают смех во рту. Нико удается сохранить самообладание, и хотя его губы кривятся в забавной улыбке, он торжественно кивает.
— Твоя мама права. Всегда полезно заканчивать начатое. Ты закончила какие-нибудь рисунки за последнее время?
— Угу! — Говорит Исла, оживляясь.
  
— Вообще-то она сделала что-то особенное для всех присутствующих сегодня, — добавляет Петр, одаривая Ислу знающей улыбкой.
— Пора? — Спрашивает она, ее глаза становятся все шире от волнения.
— Пора что? — Подозрительно спрашивает Аня, глядя на меня.
— Просто подожди. — Говорю я, едва заметно кивая Петру.
Отодвинув стул, он встает и направляется к комоду, стоящему под окном столовой. Вернувшись к столу, он достает листок бумаги и прижимает его к груди чистой стороной наружу.
Исла подпрыгивает от волнения и тянется к нему своими грязными ручонками.
— Подожди, подожди! — Настаиваю я, стаскивая с колен салфетку, чтобы вытереть ей руки, прежде чем она возьмет свой рисунок.
Она очаровательно повторяет за отцом, прижимая бумагу к груди, как только Петр протягивает ей ее, и она слегка мнется в ее крошечных руках.
— У нас для вас сюрприз, — ярко говорит Исла, ее ямочка на подбородке увеличивается.
Она смотрит на меня в поисках разрешения, и я ободряюще киваю.
Затем она сосредоточенно смотрит на бумагу в своих руках, стараясь держать ее правильной стороной вверх, когда разворачивает ее в сторону комнаты. Преподнося рисунок как приз, Исла держит его перед своим лицом, чтобы все видели. Самый милый рисунок из палочек, который я, кажется, когда-либо видела.
На бумаге она изобразила высокого мужчину с темными волосами и бородой, который изображает Петра. Рядом с ним — крошечная темноволосая Исла, одна рука которой соединена с рукой отца. Другая рука палочной фигурки держит руку одетой в платье женщины, которая ниже Петра и выше маленькой Ислы. А в локте моей палочной фигуры лежит маленький голубой сверток.
Элли, Бьянка и Аня одновременно задыхаются.
— Ух ты! — Говорит Нико, и улыбка расплывается по его губам. — Возможно, это лучший рисунок, который я когда-либо видел.
— Но что это за маленький голубой шарик с… лицом? — Спрашивает Кассио, его слова замедляются, когда он наконец-то соображает.
— Сюрприз! Я снова беременна — Говорю я.
— Я буду старшей сестрой, — уверенно добавляет Исла своим девчачьим голоском.
Стулья скребут по полу, когда моя семья поднимается, чтобы еще раз обнять меня. И среди сплетения рук и искренних поздравлений я поворачиваюсь, чтобы встретить расплавленный взгляд Петра. Его серые глаза так полны гордости и любви, что у меня на глаза наворачиваются слезы.
Это, должно быть, один из лучших моментов в моей жизни.
В окружении любящей меня семьи, с дочерью, которая каждый день дарит мне радость, еще один малыш на подходе, и с мужчиной, благодаря которому я чувствую себя его солнцем и небом, я не могу придумать более прекрасного места, чем оказаться в их объятиях.
Слезы радости текут из моих глаз. И когда все уже достаточно меня обняли, я оказываюсь рядом с Петром. Одной мускулистой рукой он держит Ислу на бедре, а другой притягивает меня к себе, собирая нас всех вместе.
— Я люблю тебя. — Говорит он, прижимаясь поцелуем к моему лбу и к виску Ислы.
— Я тоже тебя люблю, — вздыхаю я.
Я обхватываю его за талию и прижимаюсь головой к его груди. Свободной рукой я глажу щеку моей маленькой девочки.
— Молодец, малышка, — тепло говорю я. — Ты преподнесла им самый лучший сюрприз.
Исла ярко хихикает, и меня захлестывает искренние, глубокое счастье. Меня поражает осознание того, что моя счастливая жизнь может быть такой простой.
И все, что мне нужно, — это моя семья и их любовь.