Прекрасная маленькая принцесса (ЛП)

  
Айви Торн
 
Прекрасная маленькая принцесса
   
ПРОЛОГ
 
СИЛЬВИЯ 
 
Быть проданным, как скот, это не то, чего я хотела для своей жизни. Но я всегда знала, что это произойдет. Тем не менее, когда мой отец пообещал меня сыну Матроны русской Братвы, я знала, что мое будущее изменится к худшему.
Матрона — не только враг номер один в глазах моих братьев, но и Братва Велес считается самой коварной организованной преступной семьей в Нью-Йорке. Они кровожадные, мстительные и жестокие. Так что, по сути, я влипла по уши.
Выглядывая из-за верхнего угла лестницы, я едва осмеливаюсь дышать. С открытыми перилами, выходящими на большое фойе моей семьи, мне приходится быть осторожной, если я хочу остаться скрытой, но я хочу мельком увидеть своего суженого, прежде чем мне придется с ним встретиться.
Ниже мои отец и мать стоят в открытом фойе моего семейного дома, выглядя как идеальная пара, которой они никогда не были. Элегантная рука моей матери покоится на сгибе локтя моего отца, ее платиновые светлые волосы идеально уложены, выражение вежливой незаинтересованности наклеено на ее безупречном лице. Мой отец стоит прямо, создавая внушительную фигуру в своем сшитом на заказ итальянском костюме, черной рубашке и малиновом галстуке.
Как королевские особы, ожидающие встречи со своими подданными, они заполняют элегантное пространство, украшенное белым каррарским мрамором и контрастными акцентами красного дерева. Моя мать украсила каждый дюйм нашего семейного поместья с шиком и экстравагантностью. Покупая самые дорогие картины и скульптуры, импортированные из Италии, она сама художник по демонстрации каждого предмета в наших сводчатых комнатах и длинных коридорах. Каким-то образом ей удалось заполнить огромное пространство нашего дома.
Альфи, наш дворецкий, широко распахивает тяжелую входную дверь для наших гостей, официально заложив одну руку за спину.
— Матрона Велес, добро пожаловать в Чикаго. Надеюсь, ваш полет был комфортным, — говорит мой отец, слегка наклонив голову.
Резкая женщина перед ним выглядит как само определение строгости. Ее узкая юбка-карандаш и соответствующий блейзер придают ей профессиональный вид, как и темная французская гулька, удерживающая ее поседевшие волосы от лица. Но ее острые серые глаза и подтянутые губы выдают ее личность.
— Спасибо, дон Лоренцо, — любезно говорит она с сильным русским акцентом. Уголки ее губ слегка приподнимаются. — С частным самолетом и одним из самых высокооплачиваемых пилотов в континентальной части США летать в наши дни почти предпочтительнее, чем водить.
Мой отец напевает что-то веселое, чего, я уверена, он не чувствует. Затем он поворачивается к человеку, стоящему в дверях прямо за Матроной.
— А вы, должно быть, Петр. Я так много о вас слышал. Пожалуйста, входите. — Мой отец приветственно машет рукой, приглашая Матрону и ее сына в наш дом.
Они входят внутрь, за ними следуют пять массивных мужчин, которые могут быть только их телохранителями. Каждый из них выше шести футов ростом, с крепкими плечами, внимательными глазами и холодными выражениями лиц. Без сомнения, они готовы отдать жизнь за своих работодателей, если это окажется ловушкой.
Но мой взгляд задерживается на них всего на мгновение, прежде чем он останавливается на моем женихе. Петре Велесе, единственном сыне Матроны и наследнике Братвы Велес. Назвать его красивым было бы преуменьшением. Одетый в отглаженный черный костюм с белой рубашкой и узким черным галстуком, он почти мог бы отправиться на свадьбу или фотосессию.
Он носит официальную одежду, как будто родился для этого, его широкие мускулистые плечи расслаблены, его осанка близка к совершенству. Его темные волосы имеют низкий выцветший вид с более длинными прядями на макушке, уложенными с блестящей небрежной точностью.
  
Его сильная челюсть и подбородок с едва заметным намеком на ямочку оттенены начинающейся растительностью на лице, а не полной русской бородой. Но я подозреваю, что однажды он сможет вырастить довольно впечатляющую. Полные губы изгибаются в едва заметной улыбке, как будто он находит что-то забавным, но не готов позволить миру узнать о своей шутке.
— Шпионишь за своим женихом? — Раздается шелковистый голос прямо позади меня.
Вскрикнув от шока, я захлопываю рот рукой, чтобы шум не доносился вниз по лестнице. Я разворачиваюсь лицом к коридору, ведущему обратно в мою комнату. Николо, мой старший брат и один из моих самых любимых людей в мире, возможно, только второй после его маленькой дочери, прислоняется к стене, скрестив руки, самодовольная ухмылка растягивает его губы.
— Ты чертов придурок, ты напугал меня до чертиков, — шиплю я, шлепая его по плечу. Затем я начинаю смущаться, когда понимаю, что меня застукали за подглядыванием. Закусив губу, я нервно сжимаю пальцы. — Я просто хотела подготовиться, понимаешь? Прежде чем я встречусь с семьей, которой меня продадут.
Карие глаза Нико смягчаются, и он отталкивается от стены, чтобы схватить меня за плечи.
— Ты же знаешь, что я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось, верно? Даже если дело дойдет до войны, я не позволю Велесу забрать тебя, не после того, что они сделали с Кассом и Бьянкой. Я все исправлю. Мне просто нужно больше времени. Отец оказывается… трудным.
Я пожимаю плечами, пытаясь не обращать на это внимания. И все же мое сердце тяжело в груди.
— Если это не Петр Велес, то это будет какой-нибудь другой придурок, которого отец сочтет способным помочь семейному бизнесу. По крайней мере, теперь я знаю, что наши шансы на красивых детей довольно высоки, — шучу я.
— Это не смешно, Сильвия, — рычит Нико. Его руки сжимают мои плечи, когда он слегка меня встряхивает.
Борясь с внезапным желанием заплакать, я заставляю себя улыбнуться.
— Нико, я пройду через это. Если брак с Петром, это то, что нужно, чтобы обеспечить безопасность тебе, Кассио и Луке, то я хочу это сделать.
— О, Сил. — Нико грубо прижимает меня к своей груди, крепко обнимая и прижимая меня к подбородку.
Слезы яростно горят в глубине моих глаз.
— Ты слишком хороша для этой семьи, — бормочет он мне в волосы.
Я крепко сжимаю Нико за талию, зарываясь лицом в его грудь. Мне нравится свежий сосновый запах моего брата. Он заставляет меня чувствовать себя в безопасности, утешенной и смелой.
— Проводишь меня на ужин? — Предлагаю я, когда уверена, что контролирую свои эмоции.
— Конечно.
Нико предлагает мне свой локоть, и с его поддержкой и силой мне удается завернуть за угол, ведущий к лестнице. Широкие перила из красного дерева и лестница, которые идут по всей длине фойе, прежде чем изгибаются к мраморному входу, создают ощущение грандиозного входа, когда мы спускаемся.
— Николо, Сильвия, как раз вовремя, — мягко говорит мой отец, его голос такой же мягкий и глубокий, как у моего брата. — Позвольте мне представить вас Матроне Велес и твоему жениху, Петру.
Петр впервые поворачивается ко мне лицом, когда я спускаюсь в фойе.
Мое сердце замирает.
Его серые глаза пленительны, такие светлые, что они почти серебряные, и они сияют на мне, как луна. Его взгляд любопытный, скромный, и эта тонкая улыбка расплывается в ослепительную ухмылку, когда он окидывает меня взглядом.
— Приятно наконец-то познакомиться с принцессой Маркетти, — шутит он легкомысленно, его тонкий русский акцент заставляет меня дрожать. — И честь получить твою руку в браке. — Шагнув вперед, он берет мою свободную руку в свою теплую, большую и наклоняется, чтобы поцеловать меня в костяшки пальцев.
Прямо как какой-то принц из любимых книг.
У меня перехватывает дыхание. Я с трудом сглатываю, когда жар поднимается по шее и заливает щеки.
— Приятно познакомиться — задыхаюсь я, мой живот трепещет от странной новой нервозности, которая обжигает мою кожу.