Мой бывший - зверь (СИ)

«Понятно. Но я спрашивала про твое самочувствие. Токсикоз есть?»
Токсикоз измотал меня. Плохо становилось неожиданно, поэтому я всегда была готова к тому, что приступ тошноты застанет врасплох. В сумке всегда лежали несколько пакетов, яблоко и бутылка воды.
«Есть», — ответила лаконично.
«Можно походить на капельницы для облегчения интоксикации. Не терпи, если плохо. Свяжись с врачом».
Значит, контролирует и в курсе, что к врачу я так и не обратилась.
«Поняла. Хорошо, спасибо. — Подумав, добавила: — Я скажу Игорю в ближайшее время, не переживай».
— Что ты там так пыхтишь? Плохо? — заглянула в комнату Маша.
— Нормально, — отмахнулась я.
— Я завтрак приготовила.
— Моя же очередь.
— У тебя отпуск по беременности, — усмехнулась подруга. — На время токсикоза. Ты уж прости, но мне худеть нельзя, а от того, как ты блюешь в туалете во время завтрака через день, аппетита не прибавляется.
Когда я вышла из ванной, Маша уже приготовила мне чай.
— Что там у нас из одобренного твоим организмом на данный момент? — деловито глядела она в мобильный. — Я записала яйца вкрутую, творог без сметаны, сосиски из индейки, гречка…
— Еще макароны, — опасливо слушала я список.
— Это на ужин.
— Я попросила заведующего столовой клиники высылать мне меню… Надеюсь, он подумает, что я просто охренела от собственной важности, а не забеременела.
Маша прыснула.
— Хороший ход, — бросила на меня восхищенный взгляд. — Добавь вздернутый нос и надменный взгляд.
— Я не смогу долго скрывать, — вздохнула я.
— Рано или поздно тебя стошнит на Розмуха — на него не может не стошнить. И с этим надо просто смириться…
Тут уж прыснула смехом я. Вытащила из кармана брюк мобильник и тут же побледнела.
Мне звонил Игорь.
— …Что такое? — обеспокоилась Маша. — Тошнит?
— Кажется, да, — выдавила я дрожавшим голосом и бросилась в уборную.
Когда вернулась, подруга мрачно следила за струей кофе из кофеварки.
— Перезвонишь ему?
— Позже.
И я потянулась за чаем. Руки заметно дрожали.
— Эй, ну ты чего? — обняла меня Маша за плечи. — Все хорошо. Что бы он там ни собирался тебе сказать. Помни о том, что ты не одна.
А если он все узнал? А я ничего еще не выяснила о своих правах. Снова затошнило. Ну с чего бы Игорю звонить, если неделю назад он ясно дал все понять?
А может, что-то случилось?
Мне стало резко не хватать воздуха. Я собралась за пять минут и вылетела на улицу, намереваясь подождать Машу и перезвонить Игорю. Только пальцы дрожали все сильнее, пока я смотрела на экран. Мог бы и написать, раз я не взяла. Черт, да что же меня так трясет?
Я боюсь…
Мир только-только перестал крутиться калейдоскопом перед глазами, и снова Князев врывается в мою жизнь неожиданным звонком. Я хочу покоя и стабильности.
— Ян? — окликнула Маша подруга так внезапно, что я вздрогнула и едва не выронила мобильник. — Прости.
— Нормально все. — Машина пиликнула, и я потянула на себя двери, усаживаясь на пассажирское.
— Позвонила?
— Нет.
— Значит, подождет, — философски заключила Маша и завела двигатель.
«Что ты хотел? — написала я быстро, стараясь не думать. — Занята».
Когда ответ ушел, сердце набрало обороты так, что я слышала его гулкие удары в тишине машины.
«Начать все сначала».
Я тяжело сглотнула, уставившись на экран. И с губ сорвался смешок. Насколько Князев удивится, когда выяснит, что ему придется не начать, а продолжить?..
***
Прошла неделя после встречи с отцом. За это время я официально закончил свою терапию в отделении и получил заключение о том, что вполне вменяем и пока ни для кого не опасен. Я встретился с Давидом и извинился за то, что стал такой занозой в заднице. И поблагодарил его за помощь и терпение.
Но главное — я каждую ночь уезжал на прогулки за город. Час до места, час побегать в звере и еще час до дома, чтобы отоспаться. Уверенность в себе крепла с каждым днем, и к концу недели я уже больше не мог терпеть.
— Ты чего? — устало буркнула Ива, глянув на меня, застывшего в коридоре с мобильным.
  
За окном уже стемнело. Операции на сегодня кончились, экстренных пока не было. Я закончил обход, но отвлекало это все теперь плохо. Все мысли были о Яне. На мое предложение начать все сначала она затаилась. Логично, конечно. Но начало на то и начало, что просто никому не будет.
— Яна не отвечает весь день, — нахмурился я.
— Решился попробовать? — удивилась Ива и остановилась рядом.
— Надеюсь, не опоздал.
— Наоборот, — усмехнулась она, но тут же закусила досадливо губу.
Только было поздно.
— Что такое? — вцепился я в нее пока что только взглядом.
Ива прикрыла глаза, устало вздыхая:
— Яна беременна, Князев.
Сначала показалось, что ничего не произошло. Как далекое землетрясение, от которого едва ли качнулась лампа под потолком. Только где-то далеко над морем уже поднялась волна, и ее неотвратимо понесло к берегу… Грудную клетку привычно сдавило от нехватки воздуха, и я сжал зубы, медленно заполняя легкие…
— Игорь? — осторожно позвала Ива. — Ты как?
— И давно ты знаешь? — тихо потребовал я.
— Я достаточно уже влезла между вами с Яной, — закатила она глаза. — Она собиралась сказать тебе сама.
— А если что-то с беременностью? — Волна медленно начала накрывать, разгоняя сердце. — А если она на аборт соберется?
— Я все проконтролировала, — подняла руки Ива, говоря со мной как с психом. — Яна прошла обследование, а я проконсультировалась с ее психотерапевтом по препаратам, которые она принимает. Если бы собиралась на аборт, не говорила бы мне сегодня про токсикоз.
— Сегодня? — тяжело дышал я.
— Да, утром переписывались.
— У нее ограничения по сердцу, — туго соображал я.
— Это уже ты сам. Твой же ребенок.
— Как мы заговорили, — тяжело выдохнул я…
…уже понимая, что эта волна, которая вот-вот меня размажет — банальная радость. Человеческая, звериная — все вместе и разом. И, кажется, это шанс окончательно примириться со зверем. Если Яна и правда оставляет ребенка. Я качнулся к стенке и оперся на нее спиной.
— Князев? — испугалась Ива и подхватила меня под руку. Но когда увидела, что я улыбаюсь, закатила глаза, и вместе мы сползли до самого пола. — Поздравляю, Игорь, — улыбнулась Ива, вытягивая ноги вдоль моих и блаженно вздыхая.
— Спасибо, — повернул я к ней голову. — Спасибо, что взяла все под контроль, пока я… тупил…
— Ты не тупил, — похлопала она меня по плечу. — Зачем еще нужны друзья, да?
— А Яна точно собирается оставить ребенка? — В груди заворочалась колючая тревога. Она же совсем одна с этим всем. Ива не в счет. И ведь знает, что от меня будут необычные дети. А вдруг она поэтому и говорить со мной не хочет? — Она говорила что-то?
— Сказала, что… — Ива осеклась. — Ну, вроде да. Неделя прошла. Сегодня она писала мне, что токсикоз есть и что тебе скажет в ближайшее время.
— Понял, спасибо. — Я поднялся и подал ей руку. — Присмотришь за моими пациентами?
— Беги-беги, — усмехнулась мне Ива вслед.
Ну Янка!.. Ну а что я хотел? Она изначально-то не особо в лапы шла, а теперь, когда я ушел, и подавно будет обходить стороной. Гордячка. Но если она действительно собралась родить моего ребенка в одиночестве… тогда я точно не ошибся с выбором женщины.
Осталось только вернуть ее себе.
***
Я прокралась в кабинет рано утром и с блаженным вздохом вытащила из пакета баночку помидоров в собственном соку. Рот наполнился слюной, желудок вымученно заурчал. Завтрак за пределы квартиры вынести не удалось, вся надежда была на то, что волчонок сменит гнев на милость, и мы все же поедим его любимую больничную овсянку в столовой. Открыв банку с громким «чпоком», я на всякий случай закинула в рот маленький помидор и принялась катать его на языке. В коридоре было тихо, и только уборщица монотонно возила в дальнем конце шваброй. Я прошла к лифту и нажала кнопку вызова, предвкушая вожделенную кашу. Уж не знаю, чем волчонку она так полюбилась, но мне приходилось брать ее с собой и на ужин в качестве подстраховки.