Мой бывший - зверь (СИ)

— Игорь Андреевич, при всем уважении!..
— Вот давайте при нем и останемся, — резко затормозил я, оборачиваясь. Главный раскраснелся, вспотел и выкатил глаза, сглатывая возмущение. — Мне плевать, что вы думаете — я не в песочнице приехал играть. Показатели пациента ухудшаются на глазах, а он мне рассказывает, что его проинформировали о рисках. Плохо информировали! Если с ним что-то случится, вас его адвокаты на кирпичи разберут. Первый раз, что ли?
Я не стал дожидаться, пока он придет в себя. Появился шанс, что его послушная помощница разовьет достаточную скорость, спеша за мной по коридору, и мы останемся в лифте одни.
И я этого шанса не упустил, а Яна не подвела.
Неплохо она бегает на каблуках в третьем часу ночи — подкованная лошадка. Я придержал для нее лифт, пока она не дала заднюю. О чем тут же и пожалела, раскрыв на меня большие испуганные глаза, когда мы остались одни.
Попалась.
Зверь во мне оскалился во всю пасть, в то время как я сложил руки в карманы и приготовился слушать. Девочка — профи, она обязательно что-то скажет.
— Спасибо, что согласились приехать…
Голос у нее окреп — не такая уж и робкая. Я с интересом скосил на нее взгляд, решая, как с ней быть. С одной стороны, мне уже тридцать девять. С другой, только три часа ночи, а впереди еще операция.
— …Павел Петрович сказал, что вы не отвечаете на такие звонки и тем более не приезжаете.
— Он прав, — перебил я раздраженно, делая вид, что теряю интерес. — И благодарность мне ваша тоже не нужна.
— Простите, — стушевалась она. — Хотите чего-нибудь?
Я думал, что снова взял все под контроль, как и полгода назад при первой встрече с ней. Но стоило Яне задать простой ничего не значивший вопрос, и у меня пересохло в горле.
«Хочу. Я очень хочу нажать сейчас на кнопку “стоп”, растрепать твои волосы и поставить на колени…» — мысленно прорычал я.
Чего мне стоило просто промолчать, понял, когда вышел из лифта — ноги знакомо дрожали. Предвкушение будоражило все мое существо. Не будь я зверем по сути, многое бы отдал, чтобы пережить подобные эмоции.
Голод…
Как он тонко дрожал на кончике нервов, как впрыскивался в вены и ставил каждый волосок дыбом — мечта! Наркотик. Личный, созданный только для меня…
Почему я бегал полгода?
Потому что знал, что мало не покажется. Я — не юный щенок, и ценность выбора женщины для меня одна из самых особенных. Только об этом никто не узнает. И это будет самым сложным испытанием.
Яна неблагоразумно следовала за мной, вызывая все больше сомнений, что я вообще смогу от нее отвлечься и сделать свою работу так же блестяще, как и всегда. Пришло время проверить себя на прочность.
— Может, кофе? — послышалось слабое за спиной, когда я достиг стола в кабинете.
— Идите домой, — глухо приказал я, не оборачиваясь. — Вы мне больше не нужны.
Глава 2 
Вот же мудак!
Я в очередной раз остекленела уставшим взглядом в окно такси.
Бывают же такие отвратительные мужики! Правильно тот священник сказал — лучше всех себя считает, не иначе! Интересно, он женат? Вряд ли. Какая женщина выдержит такого нарцисса? Хотя это я старомодная. Я росла в маленьком городке, в скромной семье с привычными теплыми ценностями: взаимоуважение, любовь, поддержка. Хорошо было приехать к родителям на выходные и отдохнуть от этой столичной головокружительной скорости жизни и изменений, в которые она увлекала. Встречаться с такими мужиками, как этот Князев, теперь для большинства девчонок заоблачная цель. Богатый, занятой, требовательный к окружению… Да он же псих настоящий! Но нет. Мечта, чтоб ее.
Я брезгливо поджала губы и опустила уставший взгляд на экран мобильного. Ну что ему еще надо?
— Павел Петрович? — собрала я остатки сил, чтобы голос звучал привычно собрано.
— Ты уже дома?
— Нет. Что, разворачиваться?
Подумалось, что я скорее уволюсь сейчас. Но начальство только спросило, куда делись несколько папок со стола. Пришлось напомнить, что сам же утащил их в кабинет пациента.
— Почему ты уехала? — вдруг спросил он, когда я едва не попрощалась.
  
— Вы же отпустили, — опешила.
— Ну, Князев же хотел, чтобы ты осталась…
— Я вам уже сказала, что он сказал, что я ему не нужна.
Вот всегда приходится повторять боссу одно и то же по несколько раз! Тем более когда это все звучало так неприятно для самолюбия.
— Яна, я так и не понял, как тебе это удалось…
— Вы еще об этом не пожалели? — вспылила. — Он же скотина!
— Яна, он отца Афанасия с того света сейчас вытащил. И нас вместе с ним. Зря я потакал больному старику. А вот Князев смог показать ему, кто главный. Все думали, что конец. А я уже представил, как мне грозит отставка… Но Князев как вцепился в старого идиота! Я такого в жизни не видел! Такие четкие движения… он на самом деле не от мира сего.
Давно никто так не впечатлял моего босса. Прискорбно было то, что поделиться ему этим было не с кем. Я вздохнула.
— Хорошо, что все так сложилось, — попыталась поддержать беседу, тоскливо поглядывая на часы. — Значит, имеет смысл его и потерпеть…
— Имеет… Ладно, Янка, спокойной ночи. Ангел ты наш…
— До свидания…
— Завтра в двенадцать жду.
И я даже не успела взвинтиться, но руководство уже отбило звонок. Вот же старый упырь! Уже пятый час утра, какие в двенадцать?!
Я доползла до квартиры, кое-как привела себя в порядок и завалилась на кровать, засыпая на лету.
Надо ли говорить, что в полдень я только проснулась, забыв поставить будильник? Но никаких истерик по мою душу мобильный не транслировал — пропущенных не было. Сама я лишь пожала плечами — ну что они мне сделают? Уволят за прогул? Это вряд ли — Павел Петрович без меня собственную тень не найдет. А за вчерашний подвиг меня вообще должны на руках носить.
«Яна, мой личный водитель тебя ждет. Как проснешься — приезжай», — нашлось сообщение в мессенджере от босса.
Ну или так…
Но поспешить у меня не получилось. Я то и дело застывала взглядом на кофейной струйке, на мельтешащих на ветру за окном березовых ветвях, а между этим в мыслях мелькали воспоминания о вчерашней ночи. Этот Князев меня чем-то зацепил. Я не обращала внимания на сплетни, на усталость, на отсутствие у меня личной жизни… но слова какого-то зарвавшегося мужика меня вдруг надломили. Я так явственно вдруг почувствовала, что не хочу никуда ехать, что меня парализовало. Я не хочу видеть босса, не хочу держать спину прямо, не хочу надевать каблуки и носиться на них по этажам клиники… Что за слабость? Выгорание? А оно существует вообще? Может, у меня осенняя хандра? Или вирус? Наверняка.
Кое-как собравшись, я уныло посмотрела на каблуки… и вытащила из шкафа кеды. Не знаю, что на меня нашло, но я решила попросить у босса отпуск. Пусть хотя бы неделю даст передохнуть. Одевшись вполне себе по-деловому, хоть и слегка молодежному, я распустила волосы, покрутилась перед зеркалом и, оставшись довольной, спустилась вниз.
Погода сегодня стояла солнечная. Порывы ветра время от времени задували завораживающий листопад под колеса автомобиля, прохладный воздух врывался в приоткрытую форточку, обещая, что вкус кофе сегодня будет особенно хорош, а жизнь наладилась. Все же недосыпы не лучшим образом влияют на настроение. Кофе в кафетерии на первом этаже действительно не подвел. Обхватив большой бумажный стаканчик озябшими пальцами, я вошла в лифт и уже было поднесла стакан к губам, как вдруг передо мной материализовался сам Князев и невозмутимо шагнул в кабинку.
— Вам на восьмой? — холодно осведомился он.
— Да, — кивнула я, и мужчина нажал кнопку.
Я медленно опустила стаканчик и задержала дыхание.
— Мне не нравится, что я постоянно вызываю у вас остановку дыхания, — заметил он в тишине пространства. — Нам еще работать вместе…
— Работать? — глупо переспросила я.
Он повернул голову и устремил на меня до жути внимательный взгляд. Показалось, лифт остановился. Или время застыло. Или сердце. Князев смотрел, не мигая, а я не смела пошевелиться.