Неподдающийся (СИ)
— Я пойду прилягу, что-то устала, — печально отозвалась она и тоже поднялась из-за стола.
Игорь проводил её недоуменным взглядом.
Светка одолевала ступеньку за ступенькой, на спину словно свалился огромный камень. Даже, пожалуй, кусок скалы, так трудно стало дышать полной грудью.
Всё-таки она ему не нравится. А уже напридумывала…
Неудачница она, неудачница в любви… Да и в жизни тоже. Сессию и ту сдать не сумела с первого раза. Может, теперь вообще к экзаменам не допустят. Стипендии-то наверняка лишат, а то и на платное перевестись придётся…
Светка зашла в ванную, закрыла за собой дверь и включила тёплую воду. В больнице душ она так и не сумела принять. Зато теперь повернула смеситель на максимальный напор и стояла под мощными струями, отпуская свои желания и надежды. Всё равно им сбыться не суждено.
Затем в своей комнате долго и тщательно расчёсывала ещё влажные волосы, переоделась в пижаму и забралась на постель. Доктор сказал, что ей нужно отдыхать, вот она и будет.
Светка потянулась за так и пролежавшим на тумбочке телефоном и полезла проверить сообщения. Ничего себе! Двадцать четыре пропущенных звонка от мамы. Ну и попадёт теперь ей. Девушка уже собралась было набрать мамин номер, как вдруг в дверь тихонько постучали.
— Можно войти? — спросил Игорь.
— Заходи, — Светка отложила телефон обратно на тумбочку. Маме можно и позже позвонить. Всё равно ведь влетит.
Игорь вошёл в комнату и закрыл за собой дверь. Затем подошёл к кровати. Двигался он медленно и как будто неуверенно. Словно не до конца решился на что-то.
Мужчина сел на краешек кровати и посмотрел на Свету. Он ничего не говорил. Только смотрел. Но от его взгляда девушке стало не по себе. Во рту у неё вдруг пересохло. Дыхание сбилось. А Игорь всё продолжал смотреть тёмным, напряжённым взглядом.
Наконец, словно решившись, он двинулся к ней. Светка замерла и только, не двигаясь и даже не моргая, смотрела, как он приближается.
Игорь осторожно провёл большим пальцем по её щеке, затем губам, которые от этого прикосновения чуть раскрылись.
Светка судорожно вдохнула и задержала дыхание.
Её веки опустились сами собой, когда лицо Игоря начало приближаться.
Его губы были мягкими и нежными, они касались её так бережно и осторожно, словно она была величайшим сокровищем в мире. Светка затрепетала в его руках. Она даже и сама не поняла, в какой момент начала страстно отвечать ему.
Игорь оторвался от губ и начал покрывать невесомыми поцелуями её щеки, затем шею и наконец добрался до мешающей следовать дальше границы — её пижамной майки.
Он поднял голову и заглянул Светке в лицо, словно отыскивая на нём подтверждение своим действиям. Его голубые глаза сейчас были тёмно-синими.
Девушка не знала, какого ответа он от неё ждёт, поэтому приподнялась и сама припала к его губам.
Она поняла, что угадала, когда он впился в неё ответным поцелуем. Уже не нежным, напротив, страстным, настойчивым, требовательным. Его правая рука ловко стянула с неё майку и накрыла полушарие упругой девичьей груди. Несколько мгновений спустя ладонь сменили его губы…
— Кхе-кхе, — раздалось от двери.
Игорь медленно поднял голову, уже понимая, что это конец. Ничего хорошего он там не увидит.
В проёме двери стояли Вера и Тамара и ошарашенно смотрели на разворачивающееся на кровати действо.
45
— Игорь! О чём ты вообще думал?
Тамара ходила из угла в угол, периодически останавливаясь, чтобы гневно взглянуть на сына. Игорь сидел на краю кровати в свой комнате, покаянно опустив голову. Вид у него был подавленный.
— Как тебе такое в голову могло прийти?! — Тамара дошла до окна и уткнулась лбом в стекло. — Она же ещё ребёнок…
— Ей восемнадцать, — парировал Игорь.
— И что?! — мать чуть не отпрыгнула от окна. — Теперь нужно тащить её в свою постель? А что потом с ней будет ты подумал?
Тамара впилась в него вопросительным взглядом, и Игорь опустил глаза.
— Не подумал, — констатировала она. И добавила. — Вы, мужчины, вообще редко думаете головой. Вам лишь бы потешить своё…
— Мам, хватит, — перебил её мужчина. — Ничего не было.
— Значит, то, что мы видели, ты называешь «ничего»?! А если б мы приехали на час позже?!
Игорь промолчал, но подумал: «Лучше бы на два».
И он мог только предполагать, что сейчас творилось в соседней комнате, где Вера уединилась для беседы со своей дочерью…
Сам он не мог дождаться, когда же мать выплеснет пар, выскажет все свои мысли о его легкомысленном и безответственном поведении. Потом она успокоится и сможет мыслить здраво, но сейчас эмоции хлестали через край, и Игорь молчал, ожидая, когда поток иссякнет.
Действительно, неловко вышло.
Мало того, что вернулись из Испании раньше, так подруги, вместо того чтобы провести остаток отпуска в Москве, решили поскорее вернуться к своим детям. И, подъехав к коттеджу, Тамара сразу пошла в комнату, в которой иногда останавливалась, если ночевала у Игоря. Ну и Вера поднялась вслед за ней…
Материнский запал всё никак не иссякал.
— Она мне нравится, — попытался оправдаться Игорь.
— Послушай, сынок, — Тамара села рядом с ним на кровать. — Вера — моя лучшая подруга, и если ты переспишь с её единственной дочерью, а потом бросишь… Как думаешь, останется у меня подруга?
О таком Игорь и правда не подумал. Здесь крыть ему было нечем.
— Мужчины, — тяжело вздохнула Тамара, прежде чем выйти из комнаты.
Постепенно всё более-менее успокоилось. Вновь прибывшие расселились по комнатам. Причём Вера настояла на том, чтобы жить вместе с дочерью. Наверное, рассчитывала своим материнским телом оградить Светку от коварного соблазнителя.
Обед проходил в напряжённой обстановке. Беседа за столом никак не клеилась. И даже знаменитая Степановнина окрошка, а за ней котлеты с зажаренной до золотистой корочки картошкой не сумели исправить положения.
Вера то и дело хмуро поглядывала на Игоря. Можно было только догадываться, что она о нём думала. Но если бы Светина мама писала на Игоря характеристику, вряд ли та оказалась положительной.
Ему так и не удалось поймать Светкин взгляд, чтобы оценить, насколько всё плохо. Весь обед она просидела молча, опустив глаза.
— Спасибо, всё было очень вкусно, — Вера поднялась из-за стола и поглядела на Светку. Девушка безропотно встала и следом за матерью поплелась наверх.
— Ты видишь? — укоризненно произнесла Тамара, глядя им вслед.
— Что я могу сделать? — устало спросил Игорь.
— То, что мог, ты уже сделал, — язвительно отозвалась она и начала собирать со стола посуду.
— Мне жаль, что так неловко получилось, — произнёс Игорь, — но о чём думала ты, посылая юную девушку ко взрослому мужчине?
— Думала, что ты серьёзный и ответственный, и я могу тебе доверять, — парировала она.
И всё началось сначала. И почему с женщинами всегда так сложно? Причём со всеми без исключения.
Закончив с посудой, Игорь сбежал на конюшню. Там он, по крайней мере, знал, что делать.
А праздник пришлось отменить, потому что Вера, подумав, заявила, что завтра они со Светой возвращаются в Москву…
Этого Игорь никак не ожидал. Он думал, что у них ещё будет время объясниться. Позже, когда уедут их мамы, и они снова останутся одни. Он наконец скажет Светке, что она ему нравится. А потом, кто знает, возможно, что-то и получится. Ведь два летних месяца — это так много. Столько всего может случиться и измениться…
Но оказалось, что у него нет даже дня. Ведь Вера теперь ни на минуту не выпускала дочь из виду.
И ужин был таким же тоскливым, как и обед…
Ночью Игорь долго не мог уснуть. Ворочался с боку на бок, сбивая простыню. Наконец он выбрался из постели и, надев шорты с футболкой, направился к двери. Чак, ночевавший сегодня с ним, вопросительно приподнял голову от подушки.
— Спи, дружище, — прошептал ему Игорь, — я только водички попью.