Когда мы вернемся (СИ)

— Может быть. — согласился Андрей. — Я, извини, не читал, мне и в обычной жизни хватает фантастики. Собственно, из-за этого я тебя и вызвал. Принято решение отправить разбираться в этими находками. — и он снова показал на экран, где медленно поворачивалась компьютерная модель Хрустальной Пирамиды. — И сделать это нужно как можно скорее: система TOI 1452 вместе со всем, что там находится, сейчас на карантине, и даже сообщения оттуда проходят жёсткую цензуру, прежде, чем стать всеобщим достоянием. И пока мы не дождёмся твоего доклада о том, что там творится — так оно и останется.
  
— Я, кажется, догадываюсь, кто на этом настоял… — медленно произнёс я. — Запахло серой, так?
— Именно так. — Поляков набычился, видно было, что такое положение дел ему не по душе. И он же потребовал, чтобы послали именно тебя.
— А почему — не объяснил? — осведомился я, хотя и догадывался, каким будет ответ.
Нет. Но требование было категорическим, ни о каких заменах он не желал даже слышать, как и о том, чтобы дать тебе кого-нибудь в помощь. Ты же его знаешь, спорить в таких случаях бесполезно…
Я хотел поинтересоваться, с чего это пенсионер, пусть и заслуженный, забрал такую власть над руководством Проекта, что никто даже не пытается ему возразить, но тут над головами у нас запульсировала красная лампочка, и приятный женский голос сообщил: ' Отбывающим на станцию «Циолковский» пройти к пятому порталу. Интервал между отбытиями — полторы минуты, просим входить в коридор строго по одному и только после сигнала…'
— Пора. — Поляков сунул мне в руки толстый конверт. — Всё, что тебе нужно знать здесь, остальное уточним по нуль-связи, она, к счастью, действует стабильно. И имей в виду… — он помедлил. — Я ещё никогда не видел Евгения Петровича таким встревоженным. Так что мы здесь все на тебя надеемся… командир!
Я пожал протянутую мне ладонь, твёрдую, как деревянная дощечка, и, свистнув Бэльке — та радостно завиляла хвостом, заключённую в оранжевую кишку гермокостюма, — и направился по коридору. Собака потрусила следом, а я шагал, лопатками ощущая тоскливый и тревожный взгляд директора Департамента Космофлота, для которого я, несмотря на все эти десятилетия и несчётные миллиарды оставшихся за нашими спинами километров и остался командиром «юниорской» группы…
Москва, Июль-октябрь 2025 г.
[1] Отсылка к повести А. и Б. Стругацких «Волны гасят ветер».