Младший близнец, или Спасённая "Лесным демоном" (СИ)

Губы Росса приоткрылись и начали играть с моими - прихватывать, легонько прикусывать, поглаживать. И от каждого его движения меня словно крохотными молниями простреливало. И я не понимала, почему это происходит, но очень хотела, чтобы и эти прикосновения, и мои непонятные, но такие сладкие ощущения, длились и не прекращались.
Увы, Росс отстранился, и всё закончилось. Лишь сердце продолжало колотиться, да учащённое дыхание вырывалось из груди, смешиваясь с таким же учащённым - оборотня.
  
Он отстранился совсем чуть-чуть, глядя на меня с такой нежностью, что у меня ёкнуло почти успокоившееся сердце.
- Девочка моя, - поглаживая мою щёку костяшками пальцев, едва слышно сказал Росс. - Спасибо тебе.
- За что? - выдохнула я.
- За твой первый поцелуй. За то, что подарила его мне. Подаришь мне завтра второй?
- Да, - кивнула я и тут же спохватилась: - Я могу и сегодня!
- Спасибо, моя хорошая, - оборотень широко улыбнулся и поцеловал меня... в лоб. - Но давай двигаться потихоньку. Так будет лучше. Для нас обоих.
- Хорошо, - согласилась я.
Завтра, так завтра. Росс опытнее, он лучше знает.
Меня довели до самой двери домика и галантно поцеловали на прощание руку. К моему приятному удивлению, близняшки тихо сопели в своих кроватках, дав мне возможность спокойно обдумать всё, что произошло сегодня вечером.
Мой первый настоящий поцелуй! Те, в щёку, конечно, не в счёт.
И как же замечательно, что этот первый раз был именно с Россом, что Риссу не удалось отобрать его, присвоить против моей воли. Это показалось мне очень важным, и я снова мысленно поблагодарила близняшек, кинувшихся на мою защиту. Особенно удивила меня Суози, и обрадовала тоже. Значит, за это время я стала для неё достаточно важной и близкой, а это просто замечательно.
Я коснулась губ, вспоминая, что почувствовала, когда Росс ласкал их своими. Никогда не думала, что это может быть так приятно!
Я знала, как рождаются дети и каким образом заводятся в животе у женщины - бабушка всё мне рассказала, потому что опасалась, что кто-нибудь соблазнит меня, а я, выросшая в лесу, даже не пойму, что со мной делают, и к чему это может привести. Она меня и сбор от нежелательного зачатия научила делать, потому что, в жизни может всякое случиться, от всего не убережёшься, и лучше знать, как «минимизировать потери» - бабушкины слова.
Поэтому, наивной я не была. И прекрасно понимала, к чему могут привести поцелуи с Россом. Но так же и понимала, что могут и не привести - всё зависит от меня самой, мой оборотень никогда и ни к чему не станет меня принуждать. Общаясь с ним больше месяца, я была точно в этом уверена.
Я пока не знала, решусь ли я на что-то большее, но если и да - это не казалось мне чем-то страшным. Не с Россом. К чему бы всё это ни привело, мне всё понравится, в этом я была совершенно уверена, поскольку, чего себя обманывать, меня саму тянуло к этому шикарному мужчине - и внешне прекрасному, и в душе.
Но пока между нами был лишь один-единственный поцелуй. И, наверное, не стоило вот прямо сейчас раздумывать, к чему мы можем прийти, и на что мне нужно решиться. Пока можно просто наслаждаться поцелуями и тем, что Росс перестал играть в дядюшку и показал мне - он видит во мне вовсе не родственницу, а женщину.
Потому что, я-то давно увидела в нём мужчину, но думала, что сама я для него недалеко ушла от той же Джуни, к которой Росс относится по-отечески, понимая, что моей сестрёнке очень этого не хватает. Как оказалось - нет, но он почему-то долго не решался это открыть, даже просто намекнуть. И, наверное, я должна сказать спасибо Риссу за то, что он подтолкнул своего брата сделать этот шаг.
Сказать «спасибо» Риссу не удалось, я лишь наблюдала из окна детской, в которую мы поднялись с девочками для занятий, как Росс провожает своего брата до кареты, они о чём-то негромко и вполне доброжелательно разговаривают, Рисе даже с улыбкой похлопал брата по плечу, а потом они и вовсе обнялись. И меня это порадовало - не хотелось, чтобы братья поссорились из-за меня.
Потом широко улыбающаяся Митта передала Риссу огромную корзину со снедью, а невозмутимый Прунтос - диванную подушечку, украшенную бахромой. Расхохотавшись, Рисе сгрёб подушку подмышку и легко запрыгнул в карету - было ясно, что раны от укусов близняшек давно зажили, но шутка его повеселила.
Дальше день проходил как обычно. До обеда - занятия и игры с близняшками, после обеда к нам присоединился Росс и Джуни - мы гуляли по поместью, он помог девочкам собрать яйца у наших кур и покормить козочек. Потом, перекинувшись в волков, отец и дочери выследили и пригнали домой в очередной раз удравшую от матери Балбеску - Росс позволил девочкам самим взять след, лишь присматривал за ними, находясь чуть позади. Я наблюдала за ними, забравшись по лестнице на крышу сарайчика, а Джуни ушла поиграть с внучкой экономки.
Весь день Росс вёл себя так, словно ничего нового прошлым вечером не произошло, впрочем, мы с ним всё время были на глазах у близняшек, наедине не оставались. Но уходя после ужина в кабинет, Росс шепнул мне:
- Жду тебя после того, как девочки заснут.
А когда я пришла, снова был вопрос:
- Уилли, ты подаришь мне свой второй поцелуй?
Конечно, я согласилась. Кому же ещё мне дарить поцелуи, как не Россу? Тем более что он в ответ дарил мне свои.
И снова я испытала то же самое удовольствие, значит, вчера не было случайностью, реакцией на что-то новое и необычное. Сегодня я вроде бы знала, чего ждать - но от этого удовольствие не стало меньше. Скорее даже больше, когда, к моему удивлению, мои губы стали ласкать и поглаживать не только губы Росса, но и его язык.
Это было для меня ново - я и не подозревала, что язык тоже может участвовать в поцелуе. И хотя поначалу меня это удивило, но вовсе не напугало, а потом я и вовсе поняла, как же это приятно.
И на следующий день всё повторилось, и на следующий, и всю остальную неделю, и ту, что за ней... Разница была лишь в том, что каждый раз губы и руки Росса становились чуточку смелей, ласкали меня чуть жарче, продвигались чуть дальше.
А я? Я тоже смелела. И уже сама отвечала на поцелуи, а не просто позволяла себя целовать, ничего не умея. Научилась потихоньку. Росс сказал:
- Ты можешь делать то же, что и я - мне будет очень приятно.
И я делала. Тоже ласкала его губы, запускала пальцы в его волосы, оглаживала широченные плечи и сильные руки... Дальше у нас пока не заходило, и хотя с каждым разом было всё труднее отстраниться, тело льнуло к мужчине, неосознанно требуя продолжения, Росс дальше пока не шёл.
- Рано, Уилли. Ты ещё не готова, - едва ли не стонал он, с неохотой отодвигаясь от меня.
Наверное, он был прав. Моё тело тянулось к нему, а мозг - когда я уже была одна и начинала хоть что-то соображать, - понимал: да, рано. Росс поступал очень мудро, он понимал, что опыта у меня нет вообще. Абсолютно. Никакого. И восполнял то, чего я недополучила, живя в уединении в лесу.
Любая сельская девочка-подросток, ещё до того, как заневеститься, всё равно проходила какие-то стадии общения с противоположным полом - переглядки, кокетливые улыбки, шёпотки с подружками, кто из бывших приятелей по играм стал красавчиком и сколько раз на кого посмотрел с интересом. Потом, подрастая, они начинали принимать от парней знаки внимания в виде комплиментов, букетиков цветов, прогулок рядышком вдоль улицы, первых робких прикосновений к руке...
И всё это - до самых первых, ещё совсем робких и неумелых поцелуев.
У меня ничего этого не было. И сейчас Росс восполнял всё это мне.
  
Мы пока не показывали своих отношений окружающим, хотя, думаю, кто-то мог что-то всё равно заметить. Потому что, хотя мы старались днём вести себя как обычно, только я всё равно ловила на себе нежные взгляды Росса, а если малышки не видели, он не упускал возможности прикоснуться ко мне, порой дарил чудом выживший стойкий цветочек, найденный им где-нибудь в полях.