Младший близнец, или Спасённая "Лесным демоном" (СИ)

Но вот тело... Я и раньше знала, что оборотень высок и широкоплеч, но что его мышцы такие выпуклые, что на животе ни жиринки, что даже лежащий в постели, раненный, бледный, весь в бинтах, синяках и ссадинах, он всё равно излучает настоящую мощь, как-то не ожидала.
А я это тело щупала, обмывала, смазывала. Но в тот момент было немножко не до того, чтобы обращать внимание на его красоту, я всё своё внимание тратила на то, чтобы какую-нибудь щепку не упустить, а вот сейчас разглядела. И неожиданно смутилась. Вот от смущения и начала обращаться с Россом, словно с Крофом, который два года назад сильно простыл и капризничал, отказываясь пить горькие настойки.
  
Росс не капризничал, покорно глотал, что дала, но то, как он морщился при этом, очень мне помогло. Верно бабушка говорила, что больные мужчины превращаются в мальчишек, вот как с мальчишками с ними и нужно обращаться.
Наконец кувшинчик опустел, и я помогла оборотню выпить воды, чтобы приглушить не самый приятный вкус. Для этого пришлось подсунуть руку ему под голову, стараясь не задеть повязку, и немного её приподнять. Была мысль налить и воду в кувшинчик, но тогда у неё будет вкус настойки, тогда какой смысл запивать?
Ничего, справилась.
Вновь опустившись на подушку, Росс задумчиво посмотрел на кувшин.
- Спасибо. Но всё же жаль, что это был не бульон.
- Вы же голодный! - сообразила я. - Ужин-то пропустили. Почему сразу не сказали? Послали бы Вакиса на кухню, его ведь и для этого тоже оставили.
- Да как-то не хотелось, - смущённо улыбнулся Росс. - А сейчас желудок словно проснулся.
- Я сбегаю на кухню, поищу, что там есть, - предложила я. - Бульон не обещаю, но что-то точно должно остаться. А если нет - могу быстро что-нибудь состряпать, омлет, например, его готовить - пара минут!
- Я сейчас на всё согласен, - оборотень кивнул и скривился, наверное, голова всё ещё болела, и не только от раны. А в подтверждение его слов раздалось бурчание голодного желудка.
- Я мигом! - пообещала, хватая кувшинчик и убегая на кухню.
Пока я шэрилась по шкафам и заглядывала в кастрюли, на кухне появилась заспанная Митта, разбуженная производимым мною шумом. И вскоре я уже несла на подносе в спальню нашего хозяина наскоро собранный ужин из тарелки овсянки, трёх котлеток, двух булочек и молока, налитого в мой кувшинчик, который я отмыла, пока Митта собирала на поднос, что нашла.
- Вот! - я продемонстрировала оборотню свою добычу. - Быстро, правда? Мы даже греть ничего не стали, вы же сами гораздо быстрее сможете это сделать?
- Смогу, - Росс заёрзал, пытаясь приподняться, опираясь на здоровую руку.
- Нет-нет-нет! - опустив поднос на столик, я придержала его за плечо. - Лежите! Сейчас! Погодите.
Подхватив лежащую рядом подушку, я вновь приподняла оборотню голову и подсунула её ему под плечи, потом - ещё пару думочек, взятых с кушетки, в итоге Росс полулежал в подушках и уже вполне мог есть, не опасаясь захлебнуться или подавиться.
Кормила я его с ложки. Сначала мужчина пытался доказать, что сам справится, рука-то цела, но я убедила его, что так быстрее, а самому есть полулёжа неудобно. Видимо, оборотень и правда был очень голодным, потому что быстро смирился и только рот послушно раскрывал.
Накормив бедолагу, я собрала посуду на поднос и хотела уйти, но была остановлена неуверенным:
- Ты сильно хочешь спать?
Спать хотелось сильно, было уже заполночь, но что-то в его голосе заставило меня
солгать:
- Да нет, не особо.
- Посиди со мной немного, - попросил Росс.
- Может, вам ещё обезболивающего? - предложила я.
- Возможно, чуть позже. - Росс похлопал по краю кровати с той стороны, где у него был здоровый бок, и я, без раздумий, уселась, куда предложили.
Не было мыслей, что не совсем правильно незамужней девушке сидеть ночью на постели почти раздетого мужчины. Передо мной был раненный, страдающий человек, то есть, оборотень, и мне было его жалко.
- Никогда не думал, что ранение, это не только больно, но и тоскливо, - вздохнул Росс, когда я устроилась рядом.
- Вам прежде не доводилось получать такие тяжёлые ранения? - догадалась я.
- Чтобы пришлось в постели отлёживаться? Можно сказать, что нет.
- Можно сказать?
- Был один случай, не знаю, считать ли. Мы с братом играли в домике на дереве, боролись, и я как-то умудрился проломить перила и свалиться оттуда. Сломал ногу.
- О, это серьёзно, - посочувствовала я.
- Отец сам помчался за целителем, а мама сидела рядом с моей кроватью и гладила меня по голове. Она у меня была не очень ласковая, - оборотень смущённо повёл плечом, -по крайней мере, с нами, сыновьями, и в тот раз я запомнил не столько боль от перелома, сколько её ласку. А потом примчался отец с целителем - и меня вылечили.
- Но она целовала вас при встрече, - вспомнила я.
- Теперь не страшно, - усмехнулся Росс. - Я уже слишком взрослый, чтобы меня можно было испортить нежностями.
- А в детстве было можно? - искренне удивилась я.
- Мама так считала. И мы с братом воспринимали это как должное, ведь мы должны были вырасти настоящими мужчинами. И мы хотели ими стать. Но тот раз мне всё равно запомнился.
- Бабушка обнимала и ласкала Крофа ничуть не меньше, чем нас, девочек. Но он всё равно не вырос неженкой. Бабушка всегда говорила, что много любви и ласки не бывает. И только любимые дети вырастают нормальными взрослыми.
- Мама любит и всегда любила нас, в этом мы с братом тоже никогда не сомневались. Просто... она выражала свою любовь не лаской, а чем-то другим. Например, именно по её распоряжению под нашим домиком на дереве натянули сетку, чтобы, если подобное повторится, травм больше не было. Она не запретила нам там играть, не приказала снести домик - просто обезопасила. Было так здорово спрыгивать с дерева на эту сетку, - Росс мечтательно улыбнулся.
- Даже жаль, что ваша мама уже уехала, - улыбнулась я в ответ. - Могла бы сидеть сейчас рядом и гладить вас по голове.
- Если бы родители не уехали, я не проломил бы тот мост, - хмыкнул Росс, и я почувствовала себя дурочкой.
- А почему они уехали так быстро? - решила и тему сменить, и своё любопытство удовлетворить. - Если приехали познакомиться с внучками, то не логичнее было бы подольше с ними пообщаться?
 Глава 23. Байстрючата 
День тридцать восьмой
- Они заехали к нам просто по пути - гостили у моей младшей сестры, а сейчас возвращались домой и задержаться не могли, у отца мужа другой сестры юбилей, и они приглашены. А моё поместье почти по дороге, вот и решили заглянуть. Я писал, что нашёл своих дочерей, но без подробностей, просто - что мать девочек уже умерла, и я забрал их к себе. И что пока девочки не готовы к встрече с родственниками. Но мама всё же решила убедиться, что я справляюсь.
- А если бы нет? Она осталась бы помочь?
- Нет, мама собиралась забрать внучек к себе и нанять им дипломированную гувернантку. Но я сумел убедить её, что ты отлично справляешься.
- Её пришлось убеждать? - не то, чтобы я была удивлена, но услышать такое было не особо приятно.
- Да, но я справился. Рассказал подробно, как малышки жили раньше, что пережили, и почему Поузи нельзя разлучать с тобой. Отец меня поддержал, кстати. Ему очень понравились бойкость и бесстрашие Поузи, а учитывая, что растила её именно ты, он посчитал, что лучшей няни для девочек не найти. А дипломированная гувернантка понадобится моим дочерям ещё не скоро. Если вообще понадобится.
- Почему? - не поняла я. Он что, не собирается давать своим дочерям нормальное образование?
  
- Мои родители с тобой не общались, в отличие от меня. У тебя очень правильная речь, ни за что не скажешь, что ты выросла в лесу, в самой глубинке. Заметно, что ты хорошо образована, как и Кроф с Джуни, кстати. Та женщина, что спасла и растила вас, очень хорошо с вами занималась.
- Бабушка была не из простых, - согласилась я. - И дома мы всегда разговаривали не так, как с селянами. И да, она очень много с нами занималась - а что ещё делать в лесу по вечерам или зимой?