Младший близнец, или Спасённая "Лесным демоном" (СИ)

Но если в её поле зрения появлялся Росс - я должна была быть рядом.
Поэтому, решили пока так. Хотя это было совершенно не по этикету - я это узнала от одной из горничных, приехавших из городского дома оборотня, где проработала лет двадцать. Она же и про гибель семьи Росса мне рассказала, и всё остальное.
Может быть потом, когда девочки подрастут и привыкнут к отцу и новой жизни, всё изменится. Но не сейчас.
  
С Суози проблем пока не было. По крайней мере, для меня, как для няни. Она очень старалась быть хорошей, очень. Не шалила, не шумела, не возражала, не капризничала. Делала, что велели: сказали «ешь» - ест, причём, всё, что дадут, сказали «идём гулять» или «пора домой» - встала и пошла, прервав любую игру.
Сказали «пора спать» - послушно ложилась, в отличие от Поузи, которой то сказку, то попить, то на горшок, то светло, то темно, в общем, абсолютно нормальное поведение ребёнка, не желающего спать. А Суози - словно тряпичная куколка на верёвочках, которой управляет кукловод, видела я как-то такую на ярмарке. Словно своих желаний вообще нет.
А это неправильно, человек не должен таким быть, особенно ребёнок. А уж рядом с Поузи это выглядело даже немного жутковато. И вдобавок - этот настороженный взгляд, словно постоянное ожидание тычка или затрещины. Я знала, что пережила малышка, какая у неё была жизнь в прежней семье, и понимала, что такое её поведение раньше помогало ей выжить. Но очень надеялась, что со временем получится её отогреть. И она станет нормальным ребёнком, пусть даже упрямым и шаловливым, как Поузи.
А пока... пока мы просто жили. Я присматривала за девочками, что не было чем-то сложным, поскольку мало чем отличалось от того, что я делала в прошлой жизни. Да, добавилась Суози, зато можно было не тратить время на готовку. Я, как и прежде, возилась в своём огородике, запасала травы и делала настойки - а девочки крутились рядом, помогали, чем могли, или же играли друг с другом, с Кляксой или Балбеской.
Были у нас и уроки - недолго, минут по двадцать несколько раз в день. И тоже ничего нового, я и раньше занималась с Поузи чтением и счётом. Теперь и Суози начала учить буквы и счёт до пяти, в то время как её сестра уже читала короткие слова и складывала и вычитала до десяти, правда, пока на пальцах.
Узнав, что её близняшка вообще ни одной буквы не знает, и даже до двух считать не умеет, Поузи заявила, что та совсем глупая. Тогда я предложила ей умножить восемь на пять.
- Ты что?! - возмутилась малышка. - Я же ещё не умею умножать!
- Почему? - делано удивилась я.
- Ты же меня не учила! - Поузи посмотрела на меня, как на идиотку.
- Но ведь Джуни-то умеет, - развела я руками. - Может, ты просто глупая?
- Нет! - Поузи аж ногой топнула. - Я не глупая! Если меня научить, я тоже сумею. Ты просто меня не учила, это ты виновата, не я!
- Суози тоже не учили, - напомнила я, придержав за плечи разбушевавшуюся малышку и глядя ей в глаза. - Ничему не учили - ни буквам, ни счёту. Совсем ничему. Как думаешь, это её вина?
- Нет, - попыхтев немного, выдавила Поузи. Всё же, девочка она у меня была справедливая.
- Если человека ничему не учить - он ничему не научится, - решила я дожать малышку. - Это вовсе не значит, что он глупый, просто не наученный. А вот если учить, а он учиться не хочет - вот только тогда он какой?
- Глупый! - выпалила Поузи. - Но я же учусь, я не глупая, да?
- Конечно, - согласилась я.
- И я буду учиться, - подала голос Суози, лепившая в сторонке куличики из песка, но, как оказалось, внимательно нас слушавшая.
В общем, после этого разговора обе малышки очень старались на уроках.
Джуни меня радовала. Моя тихая, робкая сестрёнка потихоньку осваивалась среди непривычного множества людей, уже нашла себе закадычную подружку - внучку экономки, - и открыла для себя библиотеку с кучей детских книг.
Кроф же на удивление быстро сдружился с братьями Малик и целыми днями пропадал если не в конюшне, то с новыми друзьями либо на рыбалке, либо исследуя окрестные леса на предмет ягодников или грибных мест. Вечерами же засиживался за какой-нибудь очередной толстой книгой - Росс разрешил нам всем свободно пользоваться библиотекой поместья.
Жизнь текла тихо, мирно и спокойно.
И вот сейчас, когда я собирала последние травки со своих грядок, а близняшки в облике двух белых волчат играли во что-то среднее между прятками и догонялками в бурьяне на дальнем конце огорода, Джуни вдруг сообщила, что в поместье приехали какие-то господа.
Надеюсь, этот приезд не изменит слишком сильно уже сложившийся порядок в нашей жизни?
 Глава 19. Гости 
 День тридцать шестой 
- Какие господа? - решила я всё же уточнить. Я, конечно, всё равно никого из господ, кроме самого Росса, не видела никогда, но всё же...
- Я не знаю, - растерялась Джуни. - Они приехали в карете и верхом. Госпожа - в карете, господин - верхом, - уточнила сестрёнка. - Лакей выскочил, дверцу открыл, дворецкий сам вышел, госпоже руку подал. А господин с лошади спрыгнул и спрашивает его: «Прунтос, Росс дома?»
- Так по имени и назвал? - удивилась я.
- Ага, - закивала Джуни. - Я в холле была, как раз напротив двери, сама слышала. И скорей к тебе побежала.
- Молодец, - похвалила я сестрёнку. - Наверное, это или его друзья близкие, или родственники. И попадаться им на глаза пока не стоит. Так что, сидим здесь или у себя. В господский дом не суёмся.
Джуни помогла мне с растениями, потом близняшки, превратившись снова в девочек и одевшись, «помогали» мне раскладывать и развешивать собранное на просушку. Больше, конечно, мешали, ну да мне не привыкать. Когда-то и я такой была, но бабушка всегда была терпелива со мной, помогала, подсказывала, переделывала за мной и отвечала на многочисленные «почему».
Джуни собрала яйца у наших курочек и отнесла на хозяйскую кухню. Поскольку мы теперь ели вместе со всеми остальными обитателями поместья абсолютно бесплатно, я решила, что так будет правильно. Поначалу несколько яиц оставляла на корм младшим цыплятам, но постепенно перевела их на пшено.
Молоко Белки и Ночки честно делилось поровну между близняшками и Балбеской, последняя, кстати, тоже потихоньку переводилась на молочную болтушку и даже позднюю травку уже начала пощипывать. Коровьего молока в поместье было теперь - облейся, но Поузи привыкла к козьему, а Суози не желала от неё отставать.
И, похоже, все наши куры и кролики эту зиму переживут. Обычно мы вполовину уменьшали их поголовье, когда охотиться становилось сложнее, но теперь это было уже не нужно. Я даже начала подумывать, не отнести ли на кухню наши запасы овощей, но решила не спешить. Запас карман не тянет, а как может измениться вся привычная жизнь буквально за час, я уже знала.
А в погребе, в стазисе, они и пять лет пролежать могут.
Спустя пару часов, когда я, сидя в гостиной нашего домика, читала близняшкам сказку, а Джуни, пристроившись рядом, шила очередное платьице для своей куклы, в главную дверь постучали:
- Девочки здесь? - спросила Ниса, одна из новых горничных, у открывшей ей Джуни.
- Здесь.
- Господа хотят их увидеть. Велели в жёлтую гостиную привести.
Я посмотрела на близняшек, одетых в простенькие платьица - их было легко снимать и надевать при частом обращении в волчат, да и порвать не жалко при случайном обороте, - и скомандовала:
- Одеваемся красиво. И быстро!
- Уууу! - дружно взвыли близняшки, ведь сказку пришлось оборвать на самом интересном месте. Но послушно стали стаскивать с себя платья, пока я доставала новые и красивые из шкафа.
  
Поскольку девочки много времени проводили в нашем домике, и на улицу выходили чаще тоже через него, то я перенесла часть их нового гардероба, включая нарядные платья, из детской сюда, так, на всякий случай. Вот этот самый случай и настал.
Вместе с Джуни мы в четыре руки нарядили малышек, за минуту переплели аккуратнее их косички, вплетя новые ленты, я оглядела своё платье - простое, но чистое, после работы в огороде я тоже переоделась, - и решила, что сойдёт.