Отец подруги (СИ)
— Андрей Денисович. Но ты не обращай внимание. Он тут всего на две недели. А потом опять укатит в свою Америку. Видишь вчера был месяц, сейчас уже две недели. Так что есть вероятность, что вообще скоро свалит. Ладно, переодевайся и пойдем вниз. Все же приготовим ужин, посидим по-человечески.
— Иди. Я сейчас, — Карина выходит из комнаты, и без стеснения входит в комнату ее отец.
— Дверь там. А я…
— Стоять, — командует он и я замираю.
Божечки. Он раздетый и злой. Что сейчас будет?
Глава 6
— А если бы тут была Карина? Или если она сюда войдет? — я пытаюсь возмутиться, но не могу сконцентрироваться.
У меня перед глазами он.
Красивый.
Накаченный.
И злой мужчина.
Он идет на меня и буквально как пушинку поднимает вверх и впечатывает меня к себе.
— Черт, — глухо выдаю, потому что дыхание сбивается и ребра начинают ныть.
Андрей прижимает меня к стене, а я бьюсь затылком об дверь. Пытаюсь дышать, а он опускает голову к моей шее и сам делает вдох.
— Больно? — голос вибрирует и чувствую, как по моему телу прокатываются импульсы словно гром.
— Д-да, — глухо отвечаю и медленно втягиваю воздух с примесью его геля для душа. — Ай, — поправляю руку и не понимаю, как я напрочь могла забыть о гипсе.
— Тебе нужно уехать, — говорит он. А я киваю и непроизвольно трусь о его тело. Андрей сам прижимается ко мне пахом и трется о джинсы. Ведет себя нежнее, но от этого легче не становится.
— Я не могу, Карина меня тогда наручниками прикует и будет кормить с ложечки.
— Тогда мне будет проще тебя трахнуть. — отвечает он и чуть отстраняется.
— Амель, — дергает ручку Карина и Андрей кладет руку на мои губы. Подруга хочет открыть дверь, но ее отец мной закрывает обратно и защелкивает замок. Только после этого убирает ладонь и я делаю вдох.
— Я только после душа, голая. Чего ты там?
— Я… Курицу в горячую воду нужно отпускать или в холодную? А то я ее пересолила, — смотрю на Андрей и на его губах появляется улыбка. Только вот он никак не хочет отпускать из своих объятий.
— Ничего не делай. Сейчас я спущусь, ты просто разбери пакеты и все, — сбивчиво отвечаю и чувствую, как Андрей все же отпускает меня, но вот шаловливые руки пробираются под кофту.
— Окей, давай. А то я дом спалю и тогда нам точно придется искать новое место жительства.
— Прекрати-те, — говорю Андрею и поднимаю на него свой взгляд.
— А что ты думала? Подержишь дружка и он так просто успокоится?
— А зачем вы вообще трогаете меня?
— Хочу… — ведет пальцами по руке, обхватывает и тянет к своему паху. — Ты сама согласна. Просишь познакомиться поближе, — сжимает мою ладонь вокруг своего органа и у меня дыхание спирает.
— Это домогательства, — сбивчиво отвечаю.
Но это больше похоже на прелюдии между двумя страстно влюбленными…
— А мне так не кажется… Ты этого же добивалась. Тогда давай проведем это время с пользой…
Он двигает ладонью и я чувствую как нежная кожа скользит внутри, а его зрачки расширяются.
— Нет. У меня вообще парень есть, — отвечаю и ручка двери опять дергается.
— Амель, а молоко для пюре нужно кипятить? Или просто холодное с картошкой холодной мешать?
— Что? — удивленно перевожу взгляд на дверь и понимаю, что захват моей руки ослаб и я уже сама держу достоинство Андрея. Быстро одергиваю руку, прижимаю ее к себе, прикрываю другой с гипсом. — Так стой, я уже выхожу, — нагло поворачиваюсь к отцу своей подруги спиной и чувствую, как по макушке проходится его горячий выдох. Тело тут же покрывается мурашками. Но я щелкаю замком и открываю дверь, осторожно проскакиваю в щелку, чтобы подруга не увидела своего папу во всех красе.
— Ну наконец-то, а то я правда сейчас все испорчу. Без тебя никак… А папа любит из ресторана изыски, постараемся ему угодить? — спрашивает Карина и мне смешно становится. — Чего?
— Ему угодишь если я отсюда съеду.
— Нет. Перебьется. Ты тут будешь жить. Наручниками прикую, — хватает за руку и обнимает за плечи, а у меня перед глазами совсем иная картина.
Как Андрей обнимает меня на кровати, когда руки прикованы наручниками…
Боже. Мне правда найти себе парня, чтобы не думать об отце своей подруги…
Глава 7
— Я не знаю, что делать, — говорит Карина и заводит меня в кухню.
И у меня глаза на лоб лезут.
— Это меня не было? Пять минут? И ты это?
Тут просто ураган прошелся. Мука рассыпана. Соль стоит с сахаром открытые на столе. Курица в непонятно каком цвете — то ли желтая, то ли красная… Картошка раскиданная по всей столешницы.
— Я просто хотела сделать сразу все и запуталась, — тараторит Карина.
Я закрываю глаза и глубоко вздыхаю, а затем медленно выпускаю пар…
— Малыш. Больше никогда не готовь. Лучше жди меня.
— Угу, — расстроенно сопит Карина и я поворачиваюсь к ней.
— Мне даже страшно представить, что тут было когда ты мне пельмени делала, — усмехаюсь, а Карина закатывает глаза и отводит их.
— Я их заказала. Просто пересыпала в контейнер наш. Но я правда пробовала из сделать. Но спалила, сигнализация сработала и приехала охрана.
— Оо-о-о-о, значит готовка — точно не твое. Не делай так больше. Или сходи на курсы, они тебя чему-то да научат.
Карина звонко смеется и прыгает на чистый островок на столешнице.
— Мне точно так же и охрана сказала. Прям слово в слова.
Я потираю ручки и начинаю все прибирать. Не люблю когда беспорядок. Поэтому складываю все на полочки и вываливаю картошку в раковину. Все протираю и поворачиваюсь к Карине.
— Будешь на мойке тогда. Или вымой картошку и курицу. А я пока тут протру, — подруга кивает и идет к раковине.
Вот что мне в ней нравится. Она не брезгует. Для нее нет такого, что может быть противным в работе. Она берет и делает. Даже если не умеет. Ничего. Научу.
Беру муку и вижу, как на кухню входит Андрей. Она выскальзывает у меня из рук и падает прямо на пол. А я замираю как статуя. Карина выключает воду и смотрит на пол.
— Амель. Больно? — она садится и поднимает то, что осталось и подходит ко мне, а затем замечает свою папу. — О, а ты куда?
— Меня не ждать, пойду развлекусь, — говорит ее отец и внутри что-то неприятно колет. Только что ко мне приставал, а сейчас уже собирается развлекаться… Противно…
— Развлекайся. Но к ужину приезжай. Мы с Амелией приготовим и посидим, познакомимся, — на последнее слово мурашки бегут по коже.
Это слово теперь будет триггерить меня до конца моих дней.
— Не стоит заморачиваться. Лучше закажите готовую еду. Кулинария — это не ваше, — отвечает и достает ключи из кармана брюк.
Я наблюдаю за ним и взгляд сам попадает на его ширинку, которая до сих пор топорщится. Грудь и шею опаляет жаром, меня словно в баню запихнули и заставили дышать густым паром. Сложно даже сделать маленький глоток воздуха.
— Пап, — просит Карина и я перевожу взгляд на его лицо и ловлю убийственный взгляд.
— Нет. У меня дела, — строго отвечает и уходит.
— Ну, сто? Может правда закажем пиццу? Суши? Пасту из рестика? Настроение теперь говно! — расстроенно говорит Карина и я киваю.
— Да. На сегодня я согласно, — киваю и наклоняюсь, чтобы убрать муку с пола.
Карина берет веник и совок, быстро помогает подмести беспорядок и тянет меня в зал. Садится на диван и я за ней.
— Тогда закажем все. А с тебя кино, выбирай через приложение, там много новинок есть…
Я начинаю листать и нахожу неплохой боевик.
Карина встает и исчезает, а затем приходит с бутылкой игристого и двумя бокалами.
— Нам нужно расслабиться. А тебе поделиться со мной, что там произошло. А то я не могу быть в неведении. Рассказывай.
— Я сок. Не хочу пить, у меня таблетки, — отговариваю, но Карина все же достает и для меня напиток. Она наливает алкоголь, а для меня сок. а я все не решаюсь.