Нахаловка (СИ)
Глава 12
В конце банкета, устроенного с невиданной доселе роскошью, к Хорьку вновь подошел хозяин особняка и отозвал в сторону.
— Георгий Валерьевич, пойдем, перетрем за дела наши, скорбные… — многозначительно шепнул Бульдозер на ухо смотрящему. — С глазу на глаз…
— Пойдем, перетрем, Виктор Палыч, — так же тихо и в тон хозяину поместья ответил Хорек, послушно засеменив за ним следом.
После разговора «по душам» оба криминальных авторитета наконец-то расставили все точки на «и» в их дальнейших отношениях, и Хорек понял, что у них с Витей куда больше общего, чем со всеми этими фраерами, ни разу не топтавшими зону. А распухшие от зеленого лавандоса лопатники, многомилионные банковские счета и ценные связи — для Бульдозера лишь способ подняться еще выше. Хотя, по мнению Хорька, с недосягаемой высоты куда как больнее падать. И еще он понял сегодня одну очень важную вещь — изменились лишь способы наживы и отъема денег у неприлично богатеньких лохов, а Бульдозер, несмотря на весь внешний лоск и приобретенные «интеллигентско-аристократические» замашки, остался, собственно, тем же, кем и был — беспринципным, зубастым и очень опасным ублюдком. Настоящим криминальным авторитетом, матерым волчарой, только рядящимся в мягкую и пушистую овечью шкурку. И если ему будет нужно, а тем более — выгодно, он, не раздумывая, пойдет до самого конца, как в те далекие и уже позабытые девяностые. Былой хватки Витя Бульдозер, отнюдь, не растерял.
«С ним можно иметь общие дела», — решил для себя Хорек.
Бывшие урки (хотя, бывших урок, наверное, не существует, как и бывших ментов) вновь уединились в пафосном кабинете хозяина, с отделкой и мебелью из особо ценных пород древесины.
— Че за проблемы, Витя? — Оставшись наедине, матерые рецидивисты сбросили маски законопослушных граждан.
— Я после наших терок задание дал своему человечку, чтобы он справки в мусарне навел по этому делу… — многозначительно произнес депутат.
— И? — Хорек слегка напрягся, не зная, чего ожидать от Бульдозера на этот раз. Как-то нервно реагирует Витюша на это, в общем-то, старое дело. Либо у него «пунктик» на этот счет, либо, действительно, очень жирный кусок может обломиться в случае удачи.
— Пока мы тут бухали, человек вложенные в него средства отрабатывал — информацию собирал, — ответил Виктор Павлович. — И вот не нравится мне тот расклад, который он нарисовал: очень уж красноперых изъятые цацки заинтересовали… А конкуренты мне, как ты догоняешь, ни к чему. Пусть твой Колыван затихарится пока, — распорядился он. — Заляжет в тину, да поглубже! Нечего лишний раз моргалы мусорам мозолить. К тому же, его во всероссийский розыск объявили… А если этого Жорика в моей компании кто заметит. Я и так после утреннего кипиша едва «товарищей по фракции» успокоил.
— Ясен пень! — Понятливо кивнул смотрящий. — Нехрен компромат лишний раз плодить! Сам от этого постоянно страдаю…
— Вот, правильно понимаешь в моменте! — По-отечески улыбнулся депутат. — К тому же, мне тут по государственным вопросам отъехать за бугор на время будет надо…
— Понимать, понимаю. Только мне с этого понимания какой интерес, если все самому разруливать придется? — По-деловому подошел к решению насущного вопроса Хорек.
— Это же общак, Гоша! — Попытался «пристыдить» коллегу Виктор Павлович. — Вернем в «казну» — авторитет твой скакнет «в небеса». Корону воровскую примеришь! Я за тебя слово скажу…
— Ой, только не надо пустого гонева, Витя! — Криво усмехнулся смотрящий. — Авторитета у меня хватает, и без таких пожертвований сам до короны дорасту. И кому за меня слово на сходняке двинуть, тоже найдутся. Только, знаешь, голимый авторитет на кусок хлеба толстым слоем не намажешь…
— Похоже, что покойный Метла был действительно последним идейным законником-динозавром… — Неожиданно для Хорька, вспомнил старого вора Бульдозер. — И куда скатился воровской мир, а Гошан? — Виктор Павлович, сам не зная того, практически слово в слово повторил фразу Семена Метлы, сказанную им в день убийства. — И куда только подевались благородные воры-Робингуды? Десять процентов.
— Десять? — Удивленно приподнял брови смотрящий. — Это несерьезно, Виктор Павлович! — Покачал он головой. — Я пацанов своих подключу, накладные расходы, да тюды-сюды… — Принялся торговаться Хорек, поскольку прекрасно знал, что из старых проверенных временем «подручных», у Витюши остался только один ценный кадр — Бурят. Остальная, так называемая охрана — полный фуфел. Нет, как охрана, она стоящая, но вот для своих криминальных схем и делишек Бульдозер предпочитал использовать пацанов Хорька — другого контингента у него не было.
— Ты не понимаешь… — Начал, было, спорить Бульдозер, но потом махнул рукой. — Ладно, пятнадцать! Поверь на слово, Гошан — это более чем! Не только на пацанов и накладные расходы — до конца жизни хватит! Только не упусти! И не дай мусорам себя опередить! А я, как только из-за бугра вернусь — тоже подключусь! И еще, Георгий Валерьевич, помни — лавандос не главное, есть еще связи и власть… — Напомнил депутат. — И, если вдруг кинуть меня решишь — подумай, как следует! — Злобно ощерился Бульдозер нереально белыми для его возраста зубами.
«Да, этот глотку тебе перегрызет собственными зубами, — подумал Хорек, — и не смотри, что депутат!»
— Вить, да с чего ты решил, что я тебя кину? — Постарался заверить Бульдозера в собственной преданности Хорек. — Мы с тобой не первый год корешимся, был за мной хоть один подобный косяк? А?
— Подозрения были… — взглянув на Хорька исподлобья, произнес Тихорецкий. — Но все оказалось на мази! К тебе претензий нет!
— Вот! — победно воскликнул смотрящий. — Все будет ништяк, пахан! Можешь спокойно катиться за свои бугры, я разрулю.
— Вот еще что, Гоша, — сказал Виктор Павлович, — я Бурята уже «на след» поставил. Он сейчас в дыру одну поехал — в Нахаловку. Слыхал за такую?
— Да, доводилось бывать, — кивнул Хорек. — Чего он там забыл?
— Те два утырка, убитые твоим Колываном, оттуда прикатили…
— Информация откуда? Из мусарни? — уточнил смотрящий. — С каких времен легаши так быстро работать стали?
— Видимо, припекает, — ответил депутат. — Те цацки, что им в руки попали, оказались из одной особо ценной коллекции древних раритетов, — сообщил он Хорьку. — Музейные экспонаты, историческое наследие и все такое. А мне совсем не нравятся эти «мышиные бега»…
— Согласен, — с пониманием произнес Георгий Валерьевич. — Не зря Бурята послал? Он, хоть и знатно копает, но все больше чернозем…
— Ну, да, — согласился депутат, — методы у него немного… э… жестковаты…
— Жестковаты? — рассмеялся Гоша. — Да он же напрочь у тебя отмороженный!
— Зато эффективный! — Рассмеялся депутат. — Как хорошая дубина!
— То-то и оно! — Фыркнул смотрящий, поддерживая веселье пахана. — Но не все вопросы можно дубьем решать!
— Не спорю, Гоша! Для достижения поставленной цели все средства хороши! Но ты связь с ним держи, — распорядился Виктор Павлович. — Мало ли, может помощь ему понадобится.
— Сомневаюсь, что Буряту может помощь понадобиться, — произнес Хорек. — Он по жизни в одинокого играет.
— Есть такое, — согласился Бульдозер. — В общем, не поведи меня, Георгий Валерьевич! — напоследок произнес депутат. — Выгорит дело — оба в шоколаде будем! Ладно, пойдем уже, а то гости «заскучают», — ухмыльнулся Тихорецкий.
— Пойдем, Виктор Палыч, — Хорек поднялся из удобного кресла следом за хозяином. — Слушай, Вить, а говорят, у тебя сегодня салют будет, чуть ли не как в столице на День Победы? Брешут, собаки? Или как?
* * *
Светлана с удовольствием расположилась на открытой веранде. Отсюда открывался великолепный вид на буйство ярких красок осеннего леса, поскольку располагалась кафешка «Мечта лесоруба» на самой вершине пригорка. Так что девушка просто наслаждалась природой и чистым, отнюдь не городским, воздухом. Катерину ждать долго не пришлось, она появилась на веранде минут через десять с большим одноразовым стаканчиком в руках, закрытым пластиковой крышкой.