Нахаловка (СИ)

[2]Жорик — 1. ранее судимый; 2. мелкий вор.
 Глава 11 
Из кабинета начальства майор Поликарпов вернулся не в самом лучшем настроении, что сразу заметила Светлана Дроздова. Да и как не заметить, если ушел «на ковер» человек в хорошем расположении духа, можно сказать даже счастливым, а вернулся смурнее грозовой тучи.
— Степан Николаевич, что-то случилось? — кинулась к нему «практикантка».
— Да вот, Светлана Батьковна, — не стал скрывать старший следователь, — доблестное начальство решило подкинуть нам очередную неразрешимую задачку. Причем, нашего провала, если он все-таки последует, они, однозначно, не примут…
— А что за «неразрешимая задачка»? — заинтересовано произнесла Светлана, не представлявшая «будущих масштабов бедствия» в силу своей неопытности.
— А нам, товарищ следователь, приказано в кратчайшие сроки обнаружить остатки той самой пропавшей профессорской коллекции, к которой принадлежал тот самый злополучный перстень.
— Это, который Игорешка у своего дворника купил? — уточнила девушка.
— Тот самый, Светлана… тот самый… — хмуро подтвердил Степан Николаевич, мучительно раздумывая, как бы с этого дела половчее соскочить. Но в то же время он прекрасно понимал — соскочить не удастся. А дельце-то, скорее всего, на сто процентов окажется «гиблым». Грабители-убийцы абсолютно ничего о своих жертвах не знали, и это факт. Ну, а мертвые — не курят, мертвые — не пьют, и ничего о том тайнике, в которой разжились такими ценными и, как оказалось, очень редкими драгоценностями, поведать уже не смогут. Значит, по умолчанию, начинать поиск придется на пустом месте. Кроме одной ниточки, ведущей в тот самый захолустный поселок, откуда прибыли в город «счастливые» обладатели потерянных в 1985-ом году исторических ценностей. Но начинать с чего-то было нужно, хотя бы просто для доклада вышестоящему руководству.
— Светлана Батьковна, а напомни, откуда наши жмурики в городе нарисовались? — Название поселка крутилось в голове майора, но «на язык» не шло — Поликарпов никак не мог его вспомнить.
«А ведь такое простое название, мать его! — мысленно выругался старший следователь. — Старость — не радость!»
— Из Нахаловки оба, — тут же сообщила Светлана, обладающая весьма неплохой памятью. — Это где-то в четырех часах езды на машине… — сообщила она, загрузив электронные карты на мобильнике и проложив маршрут. — Глухомань какая-то, — фыркнула она, прочитав кратенькую информацию в Википедии.
— И именно в эту глухомань, товарищ следователь, вам придется прокатиться, — сообщил Поликарпов. — И выяснить все, что только можно, о наших потерпевших. Никаких других вариантов, за что можно зацепиться, у меня пока нет, — честно сообщил подчиненной Степан Николаевич. — Дело это не хитрое — оформляй командировку на двое суток, и вперед! — распорядился он.
— Я? — впервые за все время «опешила» Светлана. — Сама? Одна?
— Знаешь же — свободных сотрудников у меня нет, — поспешно произнес Поликарпов. — Сама. Одна, — подтвердил он догадки Светланы. — Но ты справишься — я в тебя верю! — «Подсластил» он напоследок горькую пилюлю.
— Ой, Степан Николаевич, спасибо огромное! — Неожиданно для Поликарпова обрадовалась девушка. — Я вас не подведу — соберу о наших жмуриках всю инфу, какую только можно! — радостно заверила он своего начальника. — И какую нельзя, тоже соберу!
Вот чего-чего, а такой активности Поликарпов не ожидал от молодой и красивой девушки. Ждал всего, чего угодно: нытья, непредвиденных обстоятельств, левых отмазок, вплоть до справок из больнички. Но вот, чтобы так — с такой инициативной радостью… Такие кадры действительно нужно холить и лелеять! Из таких вот мальчишек и девчонок и вырастают, со временем, если не очерствеют к тому времени душой, настоящие сыщики и защитники закона. Он и сам когда-то, давным-давно, был таким вот зеленым практикантом, с непомерной жаждой справедливости и «горячим сердцем»… А потом, в лихие девяностые, сердечко-то слегка поостыло… Припомнив некоторые свои поступки, Поликарпову вновь стало нестерпимо стыдно, за временами проявленные в те давние годы малодушие, бесчувствие к чужому горю и чрезмерный цинизм… Но белым, отзывчивым и пушистыми ментам в девяностые было не выжить, в самом прямом смысле этого слова. Зато его характер закалился, утешал он сам себя, когда становилось совсем ух тоскливо.
  
— Степан Николаевич, — оторвала старшего следователя от нахлынувшего вдруг самоедства Светлана, — так мне завтра выезжать?
— Чем раньше — тем лучше, — согласно кивнул Поликарпов, задвигая непрошенные воспоминания в самый дальний и пыльный «чулан» своего сознания.
«Старею, старею!» — Вновь подумал он напоследок, запирая этот «чулан» на огромный амбарный замок, ключ от которого, для поддержания своего состояния в нормальном психологическом «тонусе», необходимо было «потерять», и желательно навсегда.
— Дуй, красавица, в кадры — оформляй командировку, — произнес Степан Николаевич, — приказ будет…
А вечером Светлану ожидал дома не очень-то и приятный разговор с любимым муженьком.
— Куда поедешь? В Нахаловку? Одна? — Вполне ожидаемо возмутился Игорек, едва благоверная сообщила ему о грядущей командировке. — Светка, ты совсем сбрендила в своей ментовке? — Продолжал горячиться муженек. — Это же настоящая дыра! Да там нормальных людей, кроме аликов запойных, и нет совсем! А ты… одна… — потеряно произнес он. — И заступиться, случись чего, некому… И меня с работы не отпустят — я же недавно в отпуске был… И за свой счет не отпустят… Твою мать, вот так и знал…
— Игорешка, я давно уже большая девочка! — томным голосом произнесла Светлана, зная, как воздействовать на мужа. — И к тому же — представитель закона! Не переживай — я справлюсь! — Она прижалась к нему своим ладным телом и заглянула в глаза. — Подумаешь, сгонять в какую-то деревню на два дня…
— На два дня? — Вновь переполошился Игорек. — А где ты там ночевать будешь?
— Номер в гостинице сниму, делов-то! — Пожала плечами девушка. — Зато, когда вернусь… — Она игриво укусила муженька за мочку уха. — Мы с тобой устроим тако-о-е-е…
— А сегодня? — Неожиданно поддался на провокацию жены Игорек. — Сегодня устроим?
— Ну-у-у… — Светлана ласково провела ладошкой по щеке мужа, медленно опустила руку на его шею, пробежалась изящными пальчиками по груди и остановила движение чуть ниже пупка. — А машину на два дня заберу?
— Черт с тобой — все равно сделаешь по-своему! — рыкнул, сгорая от возбуждения Игорь. Заключив жену в объятия, он, бережно повалил её на диван. Сейчас он готов был отдать ей весь мир, а не только какую-то там машину…
Скорость. Бесконечная асфальтированная лента бросается под колеса автомобиля и исчезает где-то позади, и нет ей конца. Упругий и теплый поток воздуха, наполненный терпким ароматом растительности, уже завядающей в преддверии скорой зимы, врывается сквозь открытое окно и приятно освежает тело. Лето, словно вернувшееся по мановению волшебной палочки. Такое короткое бабье лето. Светлана прибавила скорость, и автомобиль послушно полетел вперед, глотая километры на практически пустынной трассе. И это было так здорово и непривычно, ведь ей еще никогда не доводилось путешествовать в одиночестве. В последнее время с ней всегда был Игорек, а до этого — подружки, или отец с матерью. А вот так, абсолютно свободной и не подотчетной никому — впервые! И это обстоятельство тоже будоражило кровь, заставляя делать несвойственные ей прежде вещи — например, немного полихачить. Пока Игорешка не видит. Ведь стоило только ей усесть за руль, как любимый муженек превращался в несносного старого брюзгу, словно разом разменивал, по меньшей мере, пятый десяток лет.
Мимо пролетали деревья, уже успевшие перекрасить листву во всевозможные яркие оттенки красного и желтого, но еще не успевшие облететь. Это случиться уже скоро, но сейчас прилегающие к дороге леса и перелески словно сошли с картин великих живописцев прошлого, из которых Светлана смогла вспомнить разве что Левитана. Да и то, только благодаря старому советскому мультфильму «Лягушка-путешественница», который смотрела еще в детстве. «О, это край, напоминающий рай!» — говорила в мультфильме лягушка. И еще что-то про лесистые холмы, словно сошедшие с картины Левитана. Так и запало. И сейчас Светлана просто не могла налюбоваться на это, поистине божественное буйство осенних красок. Да, согласилась она «с лягушкой», это край, напоминающий рай! Жаль, только, что за повседневной суетой мы этого часто не замечаем и не осознаем. А ведь жизнь так коротка и быстротечна…