Три подруги и таинственный жених (СИ)
- А теперь объясни еще раз, теперь уже мне, - приказала я, обрывая несвязное бормотание.
- Ладно, ладно, - быстро согласился мужик. - Мне их один друг дал, так сказать, по бартеру. Сказал, хорошая штука, мозги расслабляет, но привыкания не вызывает. Я отложил их до лучших времен, а потом Ниса пришла. Мы с ней разговорились, она сказала, что много работает, тренируется и сильно устает, вот я ей их и предложил.
- Предложил? - переспросила я. - Просто так? Исключительно из человеколюбия и стремясь помочь ближнему своему?
- Да, да, все так! Вот вам крест! - воскликнул Клим и для верности перекрестился.
Мы с Нисой переглянулись.
- Тащи веревку, будем вешать, - скомандовала я.
Но не успела Ниса пошевелиться, как Клим тут же вцепился в неё с диким воплем:
- Нет! Не надо! Я же все рассказал!
- Не все, - зашипела я, склоняясь к его лицу. - Далеко не все. Ты не рассказал, кто приказал тебе подсунуть именно Нисе эти таблетки?
- Никто, никто не приказывал, - замотал головой Клим с такой силой, что я еще чуть-чуть, и она бы отвалилась.
- Веревку! - потребовала я.
- Хорошо, хорошо! - закричал Клим и едва не забился в судорогах. - Я скажу! Я все скажу!
- Быстрее, пока у меня не кончилось терпение, - зло прищурилась я.
- Захар! Меня попросил об этом Захар! - заорал мужик, сжимаясь в комок. - Я ему денег должен, а он пообещал, если выполню задание - простит долг!
- Тааак, уже интересно, - протянула я, отходя назад. - Захар... почему это имя кажется мне знакомым?
- Мне, кстати, тоже, - заявила Ниса. - Такое ощущение, словно я недавно где-то его уже слышала.
- Кто такой Захар и где его найти? - повернулась я к хозяину квартиры.
- Фамилию и домашний адрес я не знаю, - тут же заявил Клим, глядя на нас исподлобья. - Но знаю, где он часто бывает.
- И где же?
- В “Арт-Бульваре”, это выставочная галерея в центре. Захар художник, в последнее время он хорошо поднялся, его картины покупают даже иностранные коллекционеры.
Едва услышав название галереи, мы с Нисой изумленно уставились друг на друга.
- Я поняла, откуда мне известно это имя, - проговорила я.
- Я тоже, - кивнула Ниса.
И не сговариваясь, мы рванули на выход.
- Когда ты последний раз разговаривала с Фирусой? - спросила я, сбегая вниз по лестнице.
- С тех пор, как мы оставили её в твоей квартире - ни разу, - торопилась за мной Ниса. - Я ей звонила, но она не взяла трубку.
- Черт, черт, черт! - ругалась я, вылетая из подъезда.
- Ты же не думаешь, что Руся в этом замешана? - закусывая губу, нерешительно взглянула на меня Ниса, когда мы уже сидели в машине.
- Нет. Я не верю, что она была в курсе происходящего, - ответила я, хотя и понимая, что всеми силами стараюсь игнорировать очевидное.
- Да, - решительно кивнула Ниса. - Да, она ведь наша подруга. Зачем ей идти против нас?
И мы замолчали, думая каждая о своем. К моему дому подъехали также молча, и молча поднялись на этаж. Я провернула ручку, но она не поддалась, чему я не удивилась. И Руся, и Ниса знали, где у меня хранились запасные ключи. И вполне естественно, что, уходя, подруга ими воспользовалась.
В квартире царила тишина, а задернутые на окнах шторы создавали полумрак.
- Что-то не так, тебе не кажется? - почему-то зашептала Ниса.
- Не нагнетай, - отрезала я. - Что здесь может быть не так?
- Не знаю, но я вот позвоночником чую что-то плохое, - продолжала шептать подруга, чуть приседая в коленях и пытаясь заглянуть за углы.
- Тогда угомони свой позвоночник и попроси его не психовать по каждому поводу, - проговорила я и тут же замерла, успев дойти до кухни.
Видимо, что-то отобразилось на моём лице, потому что ко мне тут же подскочила Ниса с вопросом:
- Что? Ты что-то поняла?
- Запах, - с трудом выговорила я, чувствуя, как темнеет перед глазами. - Газ. Кто-то включил газ.
И я начала падать. Последнее, что успел зафиксировать мозг – то, как Ниса рванула к окну и попыталась открыть створку, но она почему-то не поддавалась...
Не знаю, сколько я пробыла без сознания. По ощущениям, не дольше пяти минут, но пробуждение было таким болезненным, словно моё тело выходило из продолжительной комы. И первое, что я услышала, были ругательства.
Ругалась Ниса. Изощренно и с творческим подходом к делу.
- Семь верст тебе на верблюде через тайгу! Да чтоб тебя макаки цейлонские сожрали! Глиста ты глазастая!
Я попыталась пошевелиться, но не получилось. Дернулась - и подо мной что-то заскрипело. Подняла голову, но перед глазами все плыло.
- Эта тоже очнулась, - проговорил незнакомый мужской голос.
- Принеси ей воды, - попросил другой и вот этот...
Этот голос я бы не спутала ни с чьи другим.
Глава XXXII
Спустя немного времени я проморгалась и поняла, что сижу на стуле, будучи привязанной к нему веревками. Напротив, в аналогичном положении, сидела Ниса, с её щеки свисал кусок скотча, на руках и ногах красовались наручники.
На моих запястьях болтались такие же и кожу под ними неприятно покалывало. Последнее означало, что «браслеты» были произведены из заговоренного ведьмой серебра, блокируя магию.
- Зря вы ей рот открыли, - проговорила я, обращаясь к себе за спину. Судя по родной обстановке, мы все еще находились в моей квартире. Я сидела лицом к зашторенному окну, а владелец узнанного мной мужского голоса расположился на моей кровати. И судя по тому, что сквозь полотна штор уже не пробивался дневной свет, в компании гостей мы пребывали уже не первый час.
- Да уж сами сообразили, - проговорил голос. - Но пусть уж лучше болтает, чем мычит, словно корова не доенная. Так хоть меньше раздражает. К тому же она даже забавная.
- Согласна, - помотала я головой, пытаясь вытряхнуть остатки дурмана из головы. - По поводу забавности. Только не сводите с неё глаз. Знаете, она очень беспокойная, может выйти в магазин за хлебом, а в итоге оказаться в составе алкотура по дороге в Пуэрто-Рико.
- Я учту, - рассмеялся голос. Послышался шорох, глухой звук шагов и из тьмы в круг света, создаваемый настенным светильником, вступил мужчина. - Здравствуй, Ди.
- Здравствуй, Гриша, - ответила я, рассматривая молодого мужчину. Небрежно зачесанные назад волосы, простая белая футболка, исключительным образом подчеркивающая хорошее телосложение и светлые джинсы. Он был похож на студента-выпускника на летних каникулах.
- Вода закончилась, поэтому я принес молока, - заговорили сбоку.
Я повернула голову и увидела молодого парня, направляющегося ко мне с чашкой в руках.
- Я не люблю молоко, - подняла я неприкрыто злой взгляд на Гришу.
- А зачем тогда покупаешь? - весело поинтересовался он.
- Блины хотела испечь, - пояснила я и это было правдой.
- Надо же, - восхитился Гриша, присаживаясь напротив меня на корточки так, чтобы наши лица оказались на одном уровне. - Неужели ты умеешь готовить?
- Умею, - заверила его я. - Развяжешь - даже продемонстрирую на практике.
- Я не для того все это затевал, чтобы в итоге любоваться, как ты по кухне порхаешь, - с самодовольной улыбкой отверг Гриша мое щедрое предложение.
- Я не порхаю, не бабочка ведь, - фыркнула я.
- А что ты делаешь? - насмешливо изогнул губы парень.
- Гремлю сковородками и ору на плиту, обещая, что больше никогда не возьмусь за готовку.
- Все так плохо? - изогнул Гриша бровь, заинтересованно рассматривая мое лицо.
- Даже больше, чем ты можешь себе представить, - вдруг заговорила Ниса, которая перестала вопить, как только увидела, что я пришла в себя. - Представь себе Халка в фартуке. Представил? Вот у неё все еще хуже.
- Интересные вы подруги, - отметил Гриша, выпрямляясь и глядя на меня снизу-вверх с выражением неподражаемой гордости. Гордости за себя, любимого. Она и раньше изредка мелькала на его лице, но никогда настолько явно не проявлялась. - Я наблюдал за вами. Вы постоянно орете и ругаетесь друг на друга, но как только что-то случается с одной, две другие тут же мчат ей на помощь. Продолжая орать и ругаться.