Три подруги и таинственный жених (СИ)

Но неприятности на то и неприятности, что отличаются крайним упрямством и склонностью кучковаться всем скопом. А потому делиться на составные части они упорно не желали, нагло демонстрируя мне кукиш. Кажется, в какой-то момент я задремала, потому что вдруг увидела отца. Сидя на своём высоком золотом троне, он громко читал мне нотации, основная суть которых сводилась к тезису “принцессы так себя не ведут”. Чуть поодаль выстроились в рядок все мои сестры и с угрюмыми лицами кивали в такт словам отца. Потом вдруг появился Григорий и начал рассказывать мне, как надо правильно забрасывать удочку.
Из сна меня вырвал стук в дверь.
- Эй, ты там еще шевелишься? - послышался голос Нисы, уже не такой хриплый. Я вынула руку из воды, с которой тут же начала падать на пол хлопьями пена и развернула к себе старенькие заводные часы, практически раритет, стоявшие на полке. Откуда они у меня взялись я и сама не знала, но выбросить было жалко. Судя по расположению стрелок, в воде я пролежала полтора часа.
- Подай какой-нибудь сигнал, что ты жива! - продолжала надрываться за створкой Ниса.
- Какой тебе сигнал подать? Ракету из задницы запустить? - раздражённо заорала я в сторону двери. А после уже более спокойно добавила: - Выхожу я уже, выхожу.
Наскоро вытершись полотенцем, я накинула на плечи халат, завязала пояс потуже и, протерев ладонью запотевшее зеркало, оценила свой внешний вид. Лицо было уже не таким землисто-серым, губы перестали отливать синевой, а на белках глаз уже не видно было пугающих своей краснотой полопавшихся капилляров.
Удовлетворительно кивнув своему отражению, я вышла из ванной. Подруги сидели на кухне, тут же умолкнув при моем появлении. На столе стояли три кружки с горячим чаем, аромат которого же успел разлететься по всей квартире.
- Рада, что ты жива, - заметила Ниса, едва я только схватилась за ближайшую ко мне кружку.
- Рада, что ты протрезвела, - в тон ей ответила я и сделала первый глоток обжигающего напитка.
- Я рассказала ей всё, что с нами случилось, пока она пребывала в состоянии проспиртованного безразличия, - сообщила мне Руся.
- Она и до того была в таком состоянии, - проронила я. – Только я бы это назвала искренней индифферентностью.
- Иногда у меня создается ощущение, что мне нужен словарь, чтобы с тобой разговаривать, - отреагировала Ниса, насупившись.
- Только иногда? - холодно поинтересовалась я. - Черт, теряю навыки.
Мы все трое замолчали. Руся переводила взгляд с меня на Нису и обратно. Ниса прожигала взглядом мой лоб. Я равнодушно пила чай.
- Что ты хочешь от меня услышать? - первой не выдержала банши. - Что мне жаль? Мне жаль! Я не хотела, чтобы так все получилось!
- А еще ты, очевидно, не хотела напиваться, - спокойно продолжила я её мысль. - Но почему-то все равно налимонилась до зеленых соплей.
- Мне нужно было снять стресс, - бросила Ниса, демонстративно отворачиваясь.
И тут моё спокойствие дало трещину.
- Ты хоть понимаешь, что мы сегодня ночью могли погибнуть? - спросила я, отставляя кружку с чаем. - Я не знаю, кто нас спас, но если бы не он... Ниса, если бы меня не принесли к воде, я бы уже через несколько недель погибла мучительной смертью.
И тут раздался всхлип.
- Я знаю, - пробубнила подруга, сквозь слезы, спрятав лицо в ладонях. - Я всё понимаю! И мне, правда, очень жаль! Я должна была быть с вами, а вместо этого валялась пьяной на полу!
- Ну, допустим, на полу ты не валялась, - попыталась разрядить напряженную обстановку Руся. - Ты валялась на унитазе.
- На унитазе? - переспросила Ниса, поднимая голову. Её лицо уже выглядело лучше, всё-таки метаболизм у банши очень сильный, но следы вчерашней попойки все еще присутствовали, потому что и пила она лошадиными дозами.
- Жить на нем останешься, если у тебя такая глубокая эмоциональная привязанность к моей сантехнике, - проворчала я.
- А что на нем делала?
- А что нормальные люди делают на унитазе? - едко поинтересовалась я.
- Ну, то, что там делают нормальные люди, она не делала, - попыталась восстановить справедливость Руся.
 
- Ага, потому что она ненормальная! - категорично высказалась я, допивая чай.
- Или потому, что большую часть времени пила в гордом одиночестве, - заявила Руся, протягивая подруге белый носовой платок.
- Хочешь сказать, что ей стало одиноко и поэтому она пошла искать себе друзей? В унитазе? Или ты тонко намекаешь, что нам с тобой надо было поучаствовать в организованном подружкой мероприятии и устроить в моей квартире коллективный запой? Мой унитаз не способен вместить сразу троих!
- Да хватить уже про унитазы! - взмолилась Ниса, но Руся тут же её перебила, стремясь защитить:
- Я хочу сказать, что пока мы искали себе приключения на задницу, Ниса тихо спокойно бухала.
- Ну, про тихо спокойно я бы поспорила. Я - и мои банки с кремами, которые вы разбили. И потом, что значит, мы искали приключения на задницу? По-твоему, лучше было искать приключения на передницу? - огрызнулась я, настроение было паршивее некуда.
- Лучше вообще не искать, - отрезала муза. - А сидеть дома, чай с баранками пить.
- От баранок попа растет, - вяло отмахнулась я.
- А от приключений, можно подумать, худеет, - закатила глаза наша муза.
- Приключения помогают поддерживать попу в тонусе, - выдала я не очень искреннюю улыбку.
Фируса только открыла рот, чтобы парировать, но тут Ниса решила поучаствовать в диалоге:
- Вы долго собачиться будете?
- Она первая начала, - угрюмо ответила Руся, но тут же передумала, ткнув пальцем в Нису: - Нет, первая начала ты, когда приволокла сюда труп своего полюбовничка!
- Кстати, об этом, - нарушила я повисшее молчание. - Надо бы скататься, проверить, а действительно ли мы труп похоронили.
- И как ты это узнаешь? - скривилась муза. - Вновь яму будешь раскапывать?
- Мы же его не глубоко закопали, - тихо произнесла Ниса, поглядывая на нас исподлобья. - Если он был жив на тот момент, то выбраться из-под земли для оборотня не составило труда.
- Если он жив, то это значит, что очень скоро живыми можем перестать быть мы, - Руся нервно заправила волосы за ухо. - А если он мертв, то мы ему уже ничем не поможем. Поэтому я предлагаю не соваться туда, чтобы не привлекать лишнего внимания.
- Мы его и так уже привлекли, - заметила я, вертя в руках пустую кружку с чайными листьями на дне. - Думаешь, на нас просто так напали? Это был оборотень, Руся. На нас напал оборотень.
— Это может быть не связано с её трупом, - муза кивнула головой в сторону банши. Последняя возмутилась.
- Эй, это не мой труп! Он свой собственный!
- А из-за чего на нас тогда мог напасть мохнатый? Ну, явно не из-за того, что ты ему в автобусе на белый кроссовок наступила!
- Я не езжу в автобусах, - фыркнула подруга.
- Тогда этот вариант тоже отпадает, - съехидничала я. И тут кое-что вспомнила: - Ниса, ты когда-нибудь бывала в баре “Белый кролик”?
Ниса задумчиво почесала затылок.
- Да я много, где бывала. А что?
- Напряги память, это важно, - попросила я.
- Это место ты точно должна была запомнить, - поддержала меня Руся. - Там антураж такой, словно ты оказалась внутри головы сумасшедшего профессора, увлекающегося химическими опытами, который по совместительству является поклонником “Заводного апельсина”.
- Не знаю, - через пару минут напряженных размышлений заявила подруга. - Может быть, если я схожу туда, то что-то вспомню, но пока ничего в голову не приходит.
- А в каких барах вы развлекались с этим Эмилем?
- Сначала в “Сову” зашли, - начала рассказывать Ниса. – Потом в «Карамель», а потом... потом не помню, но помню, что мы куда-то ехали на такси. И потом опять пили. Вроде за барной стойкой сидели, потому что я помню, как бармен нам коктейли смешивал.
- Бармен? - в один голос воскликнули мы с Русей и переглянулись. - А у бармена случайно не было татуировки на шее?