Три подруги и таинственный жених (СИ)

- Ну, да, - подтвердила я. – И?
- Она составила, а потом поняла, что их слишком много и расстроилась. Настолько, что в одно лицо уговорила 0,7 вискаря.
- Но у меня не было дома виски, - удивилась я.
- Не было, - согласилась Руся. - Поэтому наша подружка сгоняла в магазин. В общем, приезжай, - потребовала подруга и отключилась.
Я тяжело вздохнула и убрала телефон в сумку.
- Что-то случилось? – заботливо поинтересовался парень.
- Да, - кивнула я. – Случилось. Но не сейчас, а много лет назад.
- Я могу как-то помочь? – продолжая сверкать всеми гранями своей благовоспитанности спросил парень. Вообще, он с каждой минутой становился всё меньше и меньше похожим на обычного отечественного следователя, и всё больше и больше своим поведением наводил на мысли о наличии как минимум очень непростой семьи. А я не любила таких людей. Непростых. Потому что и с ними всегда очень непросто, а у меня этого «непросто» - за год лопатой не разгребешь.
- Нет, если только у вас не припрятана где-нибудь машина времени, на которой я смогу отправиться в прошлое и сделать так, чтобы десятилетняя я никогда не повстречалась со своей будущей лучшей подругой.
- Может быть и есть, - игриво улыбнулся парень.
- Дайте угадаю, - предложила я, доставая кошелек. - Машина стоит у вас в спальне, и чтобы до неё добраться, мне придется перебраться через вашу постель.
- Слишком очевидно, вам не кажется? – легко расхохотался парень, чем привлек к себе заинтересованные взгляды всех женщин от шести до шестидесяти, сидящих в том же кафе. – Нет, нет, уберите деньги. Обед за мой счет.
- Не люблю оставаться в долгу, - отрезала я и сунула пару купюр под тарелку с недоеденным салатом. – Спасибо, что уделили мне время.
- Было приятно пообщаться, - кивнул парень, вставая следом за мной. – Если понадобится еще что-то, я всегда готов помочь.
Я ответила на это улыбкой, кивнула на прощание и поспешила на выход, спиной ощущая на себе его взгляд.
Глава XI
- Быстро ты, - в еще более раздраженном, чем ранее состоянии поприветствовала меня Руся, отходя в сторону и пропуская меня в собственную квартиру. – На метле, что ли, летела?
- Ага, с реактивной тягой, - бросая сумку на крючок вешалки и сбрасывая обувь, огрызнулась я. И только уже собралась спросить у подруги, где третий член нашей команды, как вдруг из моей ванной послышалось:
- Напилааааааася я пьяяяяяаааанааааа! Не дойдууууу я до доооооому!
- Ясно, - со вздохом кивнула я.
- Рада, что ты появилась, - складывая руки на груди заявила Руся. – Потому что я уже не справляюсь. Сделай с ней что-нибудь, иначе вскоре нам придется разбираться с полицией.
Я вопросительно выгнула бровь.
- Приходили твои соседи с верхних этажей с вопросом, зачем мы мучаем кошку, - пояснила Руся.
- И что ты им ответила? – спросила я, направляясь к ванной, дверь которой была плотно притворена.
 - Что у тебя нет кошки.
Я дернула за ручку и распахнула створку. Умолкнувшая Ниса, которая, скорее всего, затихла только потому, что просто забыла строчки песни, сидела на унитазе, скрючившись как уставший вопросительный знак. В одной руке она держала незажженную сигарету, в другой – пустую бутылку из-под виски. Из одежды на подружке имелись лишь белые трусы и такая же белая майка.
- Куда делась её одежда? – обернулась я на Фирусу, которая застыла за моей спиной.
- Мне пришлось её снять, - пожала плечами муза. – Чтобы запихнуть подружку под холодный душ.
- Ааа, - с пониманием протянула я. – Так вот, почему она мокрая.
- И не только она, - гневно фыркнула Руся. – Ничего не замечаешь?
 Мне пришлось вновь обернуться к подруге.
- Куда надо смотреть?
- На мне твоя одежда, - указала муза на черно-белую рубашку, заправленную в такую же юбку. Я тут же узнала комплект, который привезла из прошлогоднего отпуска на юге Франции. – А знаешь почему? Потому что моя мокрая и сохнет сейчас на балконе.
- Ммм, - промычала я. – То есть, душ вы принимали вместе?
- Это не планировалось, - надулась Руся. – Но она сильнее меня даже в пьяном состоянии.
 
И мы посмотрели на Нису, которая что-то невнятно бормотала себе под нос, уткнувшись лицом в собственные колени и раскачиваясь из стороны в сторону.
- Нельзя ей пить, - устало облокотилась я о косяк.
- Как, собственно, и многим, - вяло отмахнулась Руся.
- Многим людям, - уточнила я, не произнося вслух то, что и так было очевидно. Алкоголь действовал на нас не так, как людей, он значительно понижал наши способности, блокируя врожденную магию.
Я перевела взгляд на сваленные на пол мои косметические флакончики и баночки, часть из которых разбилась из-за стеклянной упаковки, а другая часть разлилась. Там же на полу валялась оборванная шторка из душевой. Сверху лежали полотенца. Венчал «натюрморт» разбитый фен.
- Вы что, дрались? – поморщилась я, представляя, сколько времени придется потратить, чтобы все это убрать.
- Нет, мы с ней в разных весовых категориях, - закатила глаза Фируса. – Просто Ниса не пришла в восторг от водных процедур. И попыталась использовать силу, а так как вектор направления из-за алкогольного опьянения у неё сильно сместился, вся твоя косметика пала невинной жертвой в неравном противостоянии.
- И кто кому противостоял? – не поняла я.
- Мозг банши против рук банши, - пояснила муза, вздыхая. – Как видишь, проиграли все.
- Ну, это я вижу, - горестно подтвердила я. – Но нельзя было как-то гуманнее отнестись? К нашей подруге и… к моему имуществу.
- Она пыталась съесть бумагу, - перебила меня Руся и мы разом уставились на пьяную подружку, всё еще восседающую на белом «троне».
- Зачем? – опешила я.
- Сказала, что ей стыдно, и она не хочет, чтобы кто-нибудь увидел список, - рассказала Руся, а после моего непонимающего взгляда, дополнила: - Ну, тот список, который она составила по твоей просьбе.
- И из-за стыда она решила этот самый список съесть? – я растерянно заморгала.
- Ага, - кивнула Руся, недовольно пожимая губы. – Но не переживай, мне удалось его отнять и не дать ей закусить виски целлюлозой. Правда теперь этот список не на одном листе, а на восьми помятых обрывках, изрядно измазанных слюной, но думаю ты разберешься.
Я выдала в ответ совсем безрадостную улыбку, а после шагнула к Нисе.
- Вставай, - твердо приказала я, отбирая у подруги стеклянную тару, еще совсем недавно наполненную алкоголем, и выдирая из влажных пальцев уже чуток размокшую, но, к счастью, незажженную сигарету.
Ниса что-то невнятно пробормотала, попыталась поднять голову, но та очевидно была тяжелее, чем подружка могла удержать в данный момент, а потому её голова, не успев подняться, тут же рухнула обратно на грудь.
- Не уверена, что из этого что-то выйдет, - поморщившись, произнесла Руся, опираясь плечом об косяк. – Я пыталась, раза три, наверное, но она категорически не желает покидать твой санузел.
Я резко выдохнула, постояла несколько минут между раковиной и стиральной машинкой в глубоких раздумьях, а после направилась в комнату. Стянула плед с дивана и вернулась обратно, к вновь вернувшейся к исполнению нетленного отечественного хита про дальнюю тропку и вишневый сад Нисе и хмуро наблюдающей за всем происходящим Русе. Ниса слова песни знала очень выборочно и из этого «выборочно» была в состоянии внятно пропеть процентов двадцать, а потому все её пьяные рулады превратились в маловразумительное завывание с пугающим поскуливанием, которое выдавала подружка вместо высоких нот.
- Слушай, - я встряхнула плед, разворачивая его. – А кто поёт эту песню?
- Сейчас? – выгнула бровь муза. – Подружка наша неугомонная.
- Да нет, - отмахнулась я. – В принципе, по жизни.
- В принципе по жизни я слушаю немного другую музыку, а не русские народные песни, - с приличной такой долей снобизма, привычного для неё, скривилась Руся.
Я мысленно согласилась с ней, потому что в день, когда наша утонченная, изысканная и талантливая муза начнет слушать что-то кроме классической музыки, планета начнет вращаться в обратную сторону.