Марианна. Попаданка в нелюбимую жену

Задумавшись над тем, как буду выбираться с балкона, я не сразу заметила в дверном проеме незнакомую девушку в белом переднике поверх светло-серого платья. Увидев меня на балконе, она вдруг присела в книксене, точно намереваясь что-то сказать.
И пусть мое разоблачение уже состоялось, я не хотела попадаться столь явно, а потому изо всех сил махала ей рукой, намереваясь выбираться исключительно ползком. В этом жесте, как мне казалось, легко угадывалось: «Сгинь немедленно!» – но эта милая девушка вдруг посмотрела на меня как на придурочную и приветственно помахала в ответ.
  
‒ Вам нужна моя помощь, Ваше Сиятельство? У вас снова случился приступ мигрени? ‒ участливо, но с опаской спросила она.
Закатив глаза до самого затылка, я вооружилась всей имеющейся у меня гордостью и решительно поднялась на ноги. Прямую спину сверлил чужой взгляд. Даже между лопатками почесать захотелось, но я стоически сдержалась.
‒ Уже даже дома за мной следишь? ‒ прилетело мне ехидное прямо в спину.
Но за этим ехидством вновь четко угадывалась злость. Раздражение, накопившееся не за сегодня.
‒ Просто свежим воздухом дышала, ‒ громко оповестила я и горделиво удалилась с балкона, крепко схватив служанку за локоток.
Никем иным это чудо в белом переднике быть не могло. У нее даже накрахмаленный чепчик имелся.
Да только мой будущий информатор, кажется, собирался хлопнуться в обморок.
На первый взгляд служанке было не больше восемнадцать. Под светлым чепчиком прятались волосы цвета соломы. Бледно-голубые глаза скрывались за куцыми ресницами.
Пока я ее рассматривала, на ничем не примечательном лице красными пятнами расцвело смущение. Ее мое внимание явно тяготило, и я хотела знать почему.
– Напомни-ка, как тебя зовут? – поинтересовалась я задумчиво.
– Имка, – пропищала девица севшим голосом и неожиданно сглотнула.
Даже так? Кажется, меня изо всех сил боялись. Неужели супруга хозяина среди слуг заработала репутацию вздорной девицы? Я еще не могла отойти от того, что здесь в принципе слуги имелись, а тут такие новости!
Примерять на себя славу Елизаветы Батори не хотелось, но вполне обоснованные опасения на этот счет уже закрадывались. Пусть место, в которое я попала, не походило на средневековье, мне еще не довелось увидеть мир за стенами этого поместья, а значит, я еще не могла в полной мере осознать, насколько сильно влипла.
А я ведь влипла! Боже! Другой мир!
Собрав себя в железный кулак, я медленно выдохнула. Взять, например, моего муженька. Нет, мечами забавы ради и у нас некоторые энтузиасты вертели, но чтобы ими столбы рубить…
Или вот освещение. Что-то мне подсказывало, что электричеством тут не пахло в принципе. Хотя бы потому, что настенные светильники не имели лампочек. Я сейчас как раз на такой смотрела. Но ни выключателя, ни веревочки, за которую нужно дернуть, мне визуально отыскать не удалось.
И это было сложно. Как человек, рожденный в эпоху небывалого прогресса, про свой мобильник я вспоминала уже несколько раз, по привычке пытаясь отыскать его в кармане, которого не было. Да что там карман? На мне и белья под сорочкой не нашлось, но последняя уже хотя бы высохла и утратила статус развратной.
– Имка, а я хорошая хозяйка? – спросила я в лоб, не желая ходить вокруг да около.
– Самая лучшая! – горячо заверила девушка и отчаянно закивала как китайский болванчик.
Только глаза нехорошо так забегали. Боязливо. Словно она уже искала пятый угол, в котором собиралась от меня прятаться. Нет, может, иной раз страх – это и хорошо. Особенно когда ты находишься в незнакомом для себя месте и боишься не ты, а тебя. Но в этом случае правды не дождешься, а мне сейчас нужна была именно правда.
– Понимаешь, Имка, тут такое дело… – протянула я осторожно, тщательно подбирая слова. – Я тут головой ударилась нечаянно, пока муж меня до спальни нес, и напрочь забыла все на свете. Ну… Про себя. Про мужа там своего. Про семью?
С каждым произнесенным мною словом глаза служанки становились все больше. Если она сейчас хлопнется в обморок, ей-богу, водой из графина окачу!
Снова ощутив дикую жажду, я отдала свой первый в жизни барский приказ. Причем воду мне принесли из гостиной, тихо посетовав на то, что графины-то в поместье закончились, а потому и в спальню поставить нечего. Из невнятной речи зашуганной Имки я поняла, что Татьяна из буйных. В том смысле, что посуду любит вдребезги крушить, а графины-то красивые, стеклянные, пузатые. Видимо, и бились легко, и осколков получалось много.
– Так что там? Про меня можешь что-нибудь рассказать? – попросила я, от души налакавшись живительной влаги.
Но ничего по-настоящему важного я из Имки так вытянуть и не смогла. Она все твердила, что хозяйка хорошая, хозяин замечательный и вообще все молодцы, а она ничего не знает, в дела хозяйские не лезет, потому что не положено.
И вот я прям расстроилась. Узнать подноготную Татьяны у служанки казалось мне делом плевым и уже решенным, так что к трудностям по выуживанию информации я готова не была. Хотелось уже понять, чего ждать, но, если честно, я все еще рассчитывала, что это сон.
Какой-то очень малой и очень наивной частью себя.
Разумная же отправила служанку восвояси, чтобы не мешала осматривать комнаты. И вот тут-то ко мне и подкралась неожиданность.
– Ваше Сиятельство, я тут вспомнила… – робко произнесла Имка уже на пороге моей спальни.
– Да-да? – отозвалась я, изучая пространство за второй имеющейся в спальне дверью.
Там нашлась встроенная гардеробная. Я аж присвистнула, оценив количество нарядов. Платья в полумраке висели в два ряда и занимали собой все пространство.
Да если их продать за половину цены…
– У вас же дневник личный есть. Вы туда все всегда записываете, – ответила служанка и сбежала еще до того, как я вынырнула обратно в спальню.
Понимающая улыбка не сходила с моих губ. Девица оказалась с подковыркой. Видимо, решила держаться подальше от новых выходок своей хозяйки.
Ну а я что? У меня вариантов оставалось немного. Осмотрев свои новые хоромы придирчивым взглядом, я таки пошла устраивать бардак.
Причем наводить беспорядок я умела виртуозно. Мне и получаса хватило, чтобы перевернуть всю спальню от пола до потолка. Из особо ценного мною были найдены украшения, которые поражали не только воображение, но и мой математический склад ума.
Если все это и правда было изготовлено из золота и драгоценных камней, то жили мы с муженьком выше всяких похвал. И это не считая мешочков с золотыми, серебряными и медными монетами.
Еще одной находкой и одновременно самым большим разочарованием стала ночная ваза. Глянув на нее с укоризной, я таки решила потерпеть еще немного. В голове сразу появился образ, как я устраиваюсь на этом троне в гардеробной, чтобы, так сказать, подальше от чужих глаз, и именно в этот момент в спальню заходит муж. Без стука, без предупреждения, без объявления войны.
И это даже логично. В конце концов, он же муж, а значит, спать и делить квадратные метры нам по закону полагалось вместе. Наверное.
Эта во всех смыслах ошеломляющая мысль меня отрезвила. А ну как потребует в первую же ночь супружеский долг выполнять. И это без ухаживаний и цветочков.
Придется перед сном баррикадироваться.
Оглядывая бардак, устроенный в лучших традициях обысков, я как-то неудачно оперлась спиной о ближайшую к кровати стену. Ее часть оказалась потайной дверью, которая вдруг решила открыться.
Не ожидая такой подставы, я приземлилась мягким местом прямо на пол, после чего выдала все свои знания в русском матерном, но когда обернулась…
  
Это была лучшая моя находка за проведенные в этом мире часы. Оценив предприимчивым взглядом бассейн, я решила, что дневник Татьяны совершенно точно спрятан в нем. Вот в этой теплой водичке, которая лилась прямо из-под крана, стоило повернуть самые настоящие вентили.
Боже, да тут даже унитаз допотопный имелся! Он походил на деревянный стул с квадратным сиденьем и откидной крышечкой.