Физрук 9: Назад в СССР

– Нет-нет, никаких возражений! – поспешил заверить меня Егоров. – Верно, Корней?
– Верно, – кивнул тот.
– Ну вот и договорились. И последняя просьба. Зря вертушку гонять не хочется, подбросьте меня до шоссе.
– Возьми любую тачку в гараже, – сказал Коленкин. – Там и ключи. А машину бросишь в лесу, я пошлю Динамо, пусть пригонит.
– Кстати о Динамо, – спохватился я. – Он теперь мой личный пилот. Пусть живет здесь. Позаботьтесь, чтобы у него были продукты, питье, чистая девочка и другие развлечения, но все в рамках закона… И постарайтесь больше не совершать глупостей. Спасибо за чай!
Поднявшись, я прихватил излучатель ДМРД и пошел к выходу. У меня не было сомнений в том, что я слишком сильно придавил этих старых дураков. Так им и надо. Не сомневался я и в том, что спустя какое-то время они снова попытаются вывернуться из-под придавившей их лапы. Ну что ж. В следующий раз условия станут жестче. Я спустился во двор. Охранники и деревенские девки сидели рядышком и наперебой каялись в совершенных прегрешениях.
Я прошел к гаражу, двери его были не заперты. Нащупал выключатель, повернул. Под невысокой крышей стояли два автомобиля, как и говорил «химик», «УАЗ–450» он же «буханка» и «ГАЗ–69», он же «козел». Я выбрал «козлика». Ключ действительно торчал в замке зажигания. Завел движок и выехал из гаража. Внешние ворота были только приотворены. С трудом удержавшись от соблазна на ходу выбить створки, я все же медленно раздвинул их бампером и выехал на проселочную дорогу.
Доярка права. На улице уже действительно светало. Так что можно было гнать, не особенно разбирая дороги. «Козлик» подпрыгивал на древесных корнях и ухабах. И это было весело. Нужно было только крепко держаться за баранку и умудряться не терять педали. Надо иногда приезжать сюда и гонять по лесным проселкам. К сожалению, сейчас придется вернуться в город и попытаться урвать хотя бы несколько часов сна. Впереди показалось шоссе. Я завел «ГАЗ–69» между деревьями. Вылез из салона и потопал пешком. Через десять минут увидел на обочине свою «Волгу». Навстречу бежала Лиля.
– Саша, наконец-то! – крикнула она. – Я хотела вызвать тебя по рации, но побоялась помешать…
– Все в порядке, – сказал я. – Можно возвращаться.
Мы подошли к машине. На заднем сиденье спал Тимка. А хулиган, по кличке Сарай, сидел на корточках неподалеку и сосал цигарку. Руки у него были скованы наручниками. В сторонке валялась «Ява». Видать, неплохо заколачивал под началом циркового уродца, если смог купить такой мотоцикл. Ну теперь уже не будет заколачивать. Мне такой придурок не нужен. Я подошел к нему. Сарай поднял голову и медленно выпрямился. Глазенки его заметались.
– Узнал, Сортир? – спросил я.
– Сарай, – попытался он поправить меня.
– Ты дырка в привокзальном толчке… – продолжил я воспитательную работу. – Очко, в которое тебя будет иметь на зоне всякий желающий…
Хулиган выронил окурок, губы его затряслись.
– П-прости, уч-читель…
– Леша, дай ключи от наручников, – попросил я младлея.
Тот перебросил мне ключики. Я отпер «браслеты». Сарай ошарашенно уставился на меня, но в глазах его не было благодарности. Только – злоба. Этот гаденыш уже хлебнул сладкой жизни шестерки у авторитета и теперь его никакая зона не исправит. Я повернулся к нему спиной, чтобы сесть в машину, как вдруг услышал тихий вскрик Красавиной, за которым последовала знакомая мне музыкальная нота, звучащая всякий раз, когда кто-то «играл» на черной флейте. Я успел обернуться, чтобы увидеть, как крутится волчком хулиган.
Шип вонзился ему в запястье правой руки, из которой выпала финка. Старшина на профессиональном рефлексе подобрал нож, а старший лейтенант растерянно смотрела то на воющего от боли Сарая, то на сарбакан в своей руке. Шип дрогнул и осыпался черным прахом. Теперь, если этого гаденыша не доставить в больничку, он подохнет. Я схватил его за шиворот, сунул на переднее сиденье, а сам бросился к водительскому месту. Остальные поняли, что надо срочно ехать. Растолкав спящего пацаненка, они втроем сели на заднее сиденье.
  
Ближайшая больничка находилась в Затонье. У тамошнего медперсонала уже должен появиться опыт спасения придурков, которые познакомились с шипом «черной флейты». Я, правда, не знаю, удалось ли им спасти предыдущего бандита? Ну может этого мелкого поганца, чья жизнь на самом деле ничего не стоит, получится вытащить. Я доставил его быстро и даже лично объяснил дежурному врачу, что скорее всего пациенту потребуется срочное переливание крови. И тут эскулап меня огорошил.
– А где я ему возьму кровь? – спросил он меня. – Запаса у нас нет. Хотите спасти, сами ложитесь на кушетку. Вы вон какой здоровый!
Из всех событий минувшей ночи это было самое ошеломляющее. Чтобы я дал свою кровь этому недоумку, который кинулся на меня с ножом? Да и раньше доставлял разные неприятности. А с другой стороны, нахрена мне вешать на свою совесть эту жалкую жизнёнку? Короче, я дал согласие. Только попросил Лилю позвонить матери Тимки, которая сходит с ума. И только после этого отправился в палату, где меня уложили на кушетку напротив пострадавшего.
Когда процедура была завершена, доктор выписал мне справку, которую можно будет представить на работе, чтобы получить отгул. Бумажка оказалась очень кстати. Держа ее наперевес, я вышел к поджидавшим меня друзьям. Увидев улыбающегося Фирсова, я сразу почувствовал себя бодрее. За руль меня не пустили, отправив на заднее сиденье. Вести машину взялся Сидоров. Морозов сел рядом с ним, а между мною и Тимкой расположилась Красавина.
– Ну что? – спросил я. – Позвонили матери?
– Позвонили, – сказала Лиля. – Тимка сам с ней поговорил.
– Молодцы оба.
Старшина вел машину безупречно. Мы быстро выбрались с поселковой дороги на шоссе и погнали к Литейску. Солнце уже стояло высоко. На синем небе не было ни облачка, да и от ночного тумана не осталось ни следа. Я решил, что на работу сегодня уже точно не пойду. Надо выспаться. Да и Фирсов имеет полное право прогулять уроки. Во всем сегодняшнем приключении оставалась одна неясность. Впадая в дрему, я никак не мог сообразить – какая именно. И вдруг, в минуту очередного просветления, меня осенило:
– Слушай, Тимка, – заговорил я, перегнувшись через колени старшего лейтенанта. – А почему ты не применил свою считалочку?
 
Глава 6
 
– А они мне рот заклеили, – пробормотал пацан. – Один из бандитов был там, в Крапивином Долу, когда они хотели Миния Евграфовича схватить…
– Александр Сергеевич, вам так удобно? – спросила меня Красавина, над коленками которой я все еще нависал.
– Не очень, – ответил я. – Шея затекла.
– Так я и думала.
Я выпрямился и откинулся на спинку сиденья. Спросил уже громко:
– А вообще, Тимка, как они тебя-то сцапали?
– Это все Динамо, – вздохнул он. – Обещал на вертолете покатать. Садись, говорит, в «буханку» и поедем в одно место. Там вертолет есть… Ну приехали мы в этот охотничий домик, выходит здоровенный бандит, говорит: «Рот ему заклей!» и какой-то рулончик Динамо кидает. Я и охнуть не успел, как они мне рот запечатали и связали. Кинули в чулан. А потом приходит этот, Сарай, вывел меня из дому, на моцик впереди себя посадил, чтобы я не свалился и повез. Ну а там Лилия Игнатьевна, Кирилл Арсентьевич и Алексей Иванович меня развязали, а этого Сарая – наоборот… А вертолет я даже не увидел, только слышал, как он взлетает…
– Ничего, еще полетаешь, – пообещал я.
Мы въехали в Литейск. Первым делом завезли домой Фирсова. Нас встретила заплаканная женщина – его мать. Хотела угостить чаем, но мы отказались. Потом доставили домой старшего лейтенанта. И нас осталось трое. Ну, блин, мы как три мушкетера – Атос, Партос и Арамис и Д'Артаньян в юбке. Партос и Арамис закинули меня домой, а сами ушли пешком. В прихожей я споткнулся об ящик. Черт, я совсем про него забыл! Правда, сейчас мне меньше всего хотелось возиться с древними артефактами.