Все началось с развода (СИ)

— Родная, привет.
— Что-то случилось с Митей? — Тут же встревоженно спросила Зина, и я вздохнула.
— Не знаю, почему у тебя сложилось мнение, что с твоим сыном в моём присутствии может что-то случиться, но да ладно, пропустим этот момент.
— А, фух, мам, не пугай. Ты же обычно не звонишь так поздно. — Выдохнула дочь, и я прикусила губу.
— Слушай, сегодня в разговоре с Митей всплыл такой факт, что на выходных Альберт, скорее всего, будет со своей новой женщиной, это так?
  
Я не любила ходить вокруг да около и использовать какие-то непонятные намёки.
Но Зина замолчала и тяжело задышала в трубку.
— Мам, вот мы с тобой вроде бы как бы эту тему обсудили.
— Нет, Зин, это было не так. Мы не обсудили с тобой эту тему, я просто тебе проговорила свои страхи, скажем так, ты мне сказала, что ты решишь этот вопрос.
Сегодня я узнаю от Митюши, что вопрос не решён, и, вероятнее всего, к выходным нынешнее положение никак не изменится.
— Мам, давай будем объективными. Отец, как бы он не поступил, он все равно вхож в семью. У него в этой семье остались дети, у него в этой семье остались внуки. Как бы мы не хотели абстрагироваться от этой ситуации, мы от неё не сможем абстрагироваться. Я говорю тебе это не с позиции того, что давайте все жить дружно, а я говорю тебе это из ситуации того, что мы не можем по другому поступить.
— В смысле не можете? — Спросила я немного нервно и, ещё раз глянув на спящего внука, все-таки вышла в коридор. — Ты просто можешь позвонить и сказать, что деда и отца ты рада видеть всегда. Но никак не мужчину, который, скажем так, завёл себе любовницу и решил уйти к ней. Вот и все. То есть в позиции, когда он остаётся твоим отцом и дедом твоего сына, пожалуйста, но не в позиции, когда он приходит и представляет всей семье, которая моя, свою девку.
— Мам, я не хочу об этом спорить. Ресторан заказан, гости приглашены, оформление готово. Ты бы ещё с утра мне позвонила и это уточнила. Давай закроем эту тему и примем нынешние реалии. У него есть другая женщина, он имеет право с ней появляться в людях.
А слова дочери почему-то я ощутила пощёчиной.
12.
Утро пятницы было ранним, суматошным и наполненным детскими визгами, хотя эту ночь я почти не спала, ворочалась, вертелась в кровати и повторяла один и тот же вопрос.
Почему Зина в этой ситуации решила взять какой-то нейтралитет? И вообще, был ли это нейтралитет или просто очень хорошо спланированная ситуация того, что она волей неволей, делала выбор в пользу своего отца. Мне просто казалось, что после развода дочь так переживала за меня, что в любом случае хотела поддержать. Так вот, он классический пример поддержки — ты продолжаешь оставаться моим отцом, дедом моему сыну, но на этом все. То есть не надо в мою семью вводить свою новую женщину, по крайней мере, не через полгода после развода с мамой.
И так я себя загнала этим вопросом, что, когда рано утром Митя забрался на меня и стал расправлять волосы мне по подушке, я мысленно шептала о том, чтобы он снова лёг спать, но нет, Митя не лёг спать, и поэтому я суматошно готовила завтрак провожала, Гордея на учёбу, а потом, обернувшись к Мите, уточнила:
— Чем мы сегодня с тобой займёмся?
Но внук пожал плечами и решил рисовать.
Пока Митя был занят, я успела смонтировать сегодняшний выпуск видео и добавила несколько рилс о том, как сервирую стол. Первый рилс сразу же полетел в рекомендованные, и я мысленно поаплодировала сама себе. А ближе к полудню позвонила дочь.
— Ну как вы там? Митя покушал?
— Митя покушал, Митя поспал, Митя рисует сидит, чуть позже пойдём гулять если эта хмарь на улице развеется.
Зина замолчала, видимо, ощущая какую-то недосказанность в наших с ней отношениях. Она тяжело вздохнула, заметила.
— Мам. Ну не злись.
— С чего ты решила, что я злюсь? Я просто не понимаю. Ну, есть оговорённая ситуация, что вот вся семья встретится. Я не понимаю, что будет там делать эта женщина, которая по факту семьёй не является. Или я запамятовала, и твой отец на ней женился?
Зина вздохнула и постаралась перевести тему.
— Мам, в любом случае это не та тема, которую бы я хотела обсуждать.
А мне показалось, что бессмысленно было бить в одну и ту же точку. Я ничего ‘другого от дочери не дождусь. И согласилась.
— Да, понимаю.
— Ты обиделась? — Тихо спросила дочь, и я вздохнула.
— С чего бы это?
— Не знаю, просто для тебя было важно, чтобы её не было.
— Конечно, для меня это важно, — выдохнула я и посмотрела, как Митя, нарисовав очередной портрет мамы с горшком цветов, пошёл вешать его на холодильник.
— И это теперь значит, что ты не появишься в выходные?
— Почему я не должна появляться? — переспросила я— В конце концов, это моя семья, если уж кто и не должен появляться, так это твой отец со своей любовницей.
И нет я не собираюсь стоять в стороне, как бедная родственница. Не надо меня жалеть.
— Мам, вот я уже по голосу чувствую, что ты злишься.
Но я не могла злиться на собственную дочь. Материнская Любовь она этим и безрассудна, что не разбирает правых и виноватых.
— Я не злюсь на тебя. Я просто тебе объясняю условно на пальцах, как эта ситуация будет складываться дальше. И мне на самом деле непонятно, откуда такие мысли, что я могу пропустить это мероприятие.
Дочь вздохнула и заметила.
— Я после шести заеду за Митей.
— Хорошо, не торопись и осторожнее на дороге, — я положила трубку и вернулась к внуку. По плану у нас был лёгкий полдник, потом дневной сон, а потом я собиралась с Митей раскрашивать глиняные горшки. Параллельно со всем этим я мониторила свою страницу, записывала аналитику и данные, которые необходимы для запуска рекламных кампаний.
Мне нравилась эта немножко созидательная работа. Но когда я в очередной раз подняла мобильник для того, чтобы сделать сводку на чёрном фоне высветился незнакомый номер.
Прикинув, что это вполне мог быть один из желающих запустить какую-либо коллаборацию, я быстро смахнула стрелку вызова и произнесла в мобильник:
— Добрый день.
— Здравствуйте, Алёна, — раздался бодрый женский голос, я улыбнулась, глядя на ежедневник, где вела всю статистику. — Мы с вами ещё не знакомы, но, надеюсь, в скором времени эта ситуация исправится.
Здесь моё сердце замедлило бег, по спине прокатилась капля пота.
— Я понимаю, что, возможно, вся ситуация выглядит не самым лучшим образом, но я не собираюсь с вами ни соперничать, ни как-либо стараться столкнуть вас лбами с бывшим мужем. И мне бы хотелось, чтобы в эти выходные мы с вами пообщались как две женщины, которые любят одного мужчину. Вы же понимаете меня, Алёна?
До меня с медлительным осознанием дошло, что произошло явление Христа народу — Элла заявляет свои права на Альберта.
13.
— Ален, вы, может быть, хоть слово скажете? — выдохнула Элла в трубку, а я закатила глаза в надежде увидеть свой мозг, фыркнула и, оторвав мобильник от уха, нажала сбросить.
Мстительно выбрала этот телефон в списке звонков и заблокировала его.
Ещё мне всякие девки будут звонить, о душе моей, говорить. Душа моя со мной и не надо считать, будто бы мир клином сошёлся на Альберте. Вообще, что это за наглость звонить бывшей жене и рассказывать о том, что мы обязательно подружимся и я хочу с вами познакомиться.
Это где в нормальном мире вообще видано? Нет, я бы поняла, если бы мы расстались с Альбертом на почве того, что просто разлюбили, ну, то есть это логичная ситуация, что таким людям бессмысленно делать друг другу больно, оба разлюбили.
  
Но момент, я ему больно не делала!
А вот он старался потоптаться на моих костях, и вот если бы мы были равнодушны друг к другу, тогда да, может быть, стоило бы познакомиться с новыми мужчинами, с новыми женщинами, жить такой большой семьёй и при этом не испытывать никакого чувства дискомфорта. Но давайте быть откровенными. Меня никто не предупредил, что однажды муж уйдёт. Я не была в момент готова разлюбить его. Я его любила, любила всем сердцем. Поэтому о каком совместном времяпрепровождении может идти речь, когда одна из сторон явно против?