Нянечка для соседей (ЛП)

— Блять, — клянусь я, сильнее насаживаясь на него, высасывая из него его кульминацию. Он так крепко держит меня за руки, что, наверное, останутся синяки, а его лицо искажается от мучительного удовольствия, когда я вгрызаюсь в него, отчаянно заставляя влиться в меня каждую каплю его семени.
В конце концов, его содрогающееся тело затихает, и я чувствую мягкий поцелуй на своем плече.
— Хорошая девочка, — тихо говорит Себ. — Боже, ты такая чертовски милая, Бет.
Я не отвечаю. Я не могу. Я балансирую прямо на краю пропасти. Каждый жесткий толчок Джека в мою задницу толкает меня все дальше и дальше. Я стискиваю зубы, зажмуриваю глаза, пот льется по спине, все тело напрягается и напрягается…
Джек в последний раз вбивается в мой зад, и я теряю сознание. Я вскрикиваю, когда мое зрение вспыхивает. Себ и Сайрус держат меня, пока я содрогаюсь от наслаждения. Мое ядро сжимается и расслабляется ритмичными волнами, посылая спазмы в низ живота. Сайрус наклоняется и берет в рот одну из моих сисек, лаская ее языком, а вторую сжимает, и я выгибаюсь, отчаянно пытаясь отдышаться. Моя рука вырывается и хватает Себа за ногу.
Это уже слишком. Джек все еще яростно долбит меня изнутри, и я словно не могу остановиться. Нет никакого облегчения. Я просто продолжаю кончать, один всплеск экстаза переходит в следующий, два, три, четыре раза.
— Джек, — задыхаюсь я, сжимая ягодицы. — Пожалуйста!
Джек вздрагивает, взрываясь внутри меня, заливая мою задницу жаром. Поток спермы еще больше растягивает мою кульминацию; как только я думаю, что наслаждение угасает, последняя волна обрушивается на меня с новой силой. Мой рот раскрывается. Пальцы ног подгибаются. Мышцы болезненно напрягаются. Все мужчины держат меня, пока я неудержимо трясусь. Сайрус начинает жадно тискать мои груди, стонать, а Джек продолжает входить и выходить из меня сзади, его удары смазаны его разрядкой. Я почти ничего не понимаю. Я почти не нахожусь в своем теле. Мой разум где-то в тишине и пустоте, в гулкой плоскости чистого экстаза. Я погружаюсь в наслаждение, позволяя ему поглотить меня целиком.
***
Когда я, наконец, возвращаюсь, то понимаю, что лежу. Себастьян прикасается к моему лицу, а Джек выходит из меня, поглаживая по спине. Я так измучена, что даже не пытаюсь перевернуться. Я чувствую, как выделения трех мужчин просачиваются мне между ног, смешиваются с моей собственной влагой и прилипают к бедрам.
Господи. Хорошо, что я не нуждаюсь в противозачаточных средствах. Наверное, мне пришлось бы принять тройную дозу, чтобы справиться с этими тремя. Я закрываю глаза, откидываясь на влажные простыни, и вздыхаю, наконец-то расслабившись.
— Тебе нужно в душ, — говорит Себ над моей головой.
— Эй, — протестую я, и он смеется, подхватывая меня на руки. Я позволяю ему отнести меня в душ и вымыть, смывая пот и грязь с моей кожи. После прошедшей недели, когда я почти не спала, я почти устала, чтобы стоять, но ему все же удается добиться от меня последнего кульминационного момента, поглаживая и пощипывая мои размягченные соски, пока он медленно массирует мне между ног. Я кончаю со стоном, прижимаясь к нему, пока он держит меня под струями воды.
Когда я вытираюсь, он вытирает меня полотенцем и возвращает в спальню. Кто-то сменил постельное белье. Он аккуратно укладывает меня на середину матраса, и все остальные мужчины опускаются вокруг меня. Я вытягиваю свое усталое тело, глаза закрываются.
— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает Джек, прижимая меня к своей груди.
Я рассматриваю. Есть некоторая болезненность, особенно в задней части тела, но она исчезает, превращаясь в приятное теплое ощущение.
— Хорошо, — бормочу я, прижимаясь к нему. — Я люблю вас.
Он целует меня в щеку. Сайрус прижимается к моей спине. Себастьян протягивает руку и сжимает мою ладонь.
— Мы тоже тебя любим.
Все еще улыбаясь, я засыпаю через несколько секунд.
ГЛАВА 70
БЕТ
Я просыпаюсь в пустой постели.
Уже вечер, красно-золотой свет проникает в тусклую комнату сквозь щели в жалюзи Себастьяна. Я лежу, на секунду коснувшись холодной подушки у своей головы. Теперь, когда я снова одна, старая грусть снова пробирается ко мне, сжимает горло, давит на грудь. Я переворачиваюсь на бок, обхватывая рукой живот. Чувство вины давит на меня.
 
Я должна быть счастлива. Я так рада, что ребята здесь. Я так рада, что они хотят быть со мной. Но даже этого недостаточно, чтобы унять боль внутри меня. Понадобится не одна неделя и не один перепихон, чтобы пережить новость о моем бесплодии.
Но ведь не в этом смысл иметь парня, правда? Люди, которых ты любишь, не должны исцелять твою боль. Никто не может сделать это за вас. Но они могут поддержать вас, пока вы справляетесь с этим.
Я слышу хихиканье, доносящееся из гостиной, и приподнимаюсь. Снова хихиканье, визг, а затем глубокий мужской смех. Боль в груди немного стихает. Я выскальзываю из постели, быстро одеваюсь и иду на звук.
Себ и Джек в гостиной, играют с Ками. Я прислоняюсь к дверному проему и наблюдаю. Они разложили игровой коврик Ками, и Себастьян складывает ее любимые розовые блоки в башни. Ками прыгает вверх-вниз на руках у Джека и хихикает, наблюдая за происходящим. На ней зеленый костюм динозавра с маленькими фетровыми шипами по спине. Я никогда не видела его раньше, наверное, ребята купили его в Америке.
Пока я смотрю, Себастьян берет Ками и, удерживая ее в вертикальном положении, ведет ее через кучу блоков. Она с радостью начинает их пинать, а Джек серьезным голосом рассказывает.
— Гигантский хамелеон Ками пробиралась через огромный город, оставляя за собой хаос. Перед ней рушились здания. Улицы города были залиты пламенем. Мосты рушились, деревья вырывались с корнем. Но великанша Ками не проявляла милосердия.
Ками чуть не спотыкается о свою игрушку-зайчика, и он вскакивает, чтобы убрать ее с дороги.
— Граждане с криками разбежались, отчаянно пытаясь укрыться от ее огромных лап. — Он щекочет одну из ног Ками, заставляя ее пинаться и визжать. Себ подводит ее к самой высокой башне из блоков.
Джек задыхается.
— Она подошла к башне с часами. Это было самое высокое и прочное здание в городе. Конечно, даже монстр Ками не смог бы опрокинуть такое массивное сооружение!
Ками пытается перевернуть ее — и промахивается. Нога пролетает мимо. Она пытается еще раз и чуть не падает. Себастьян подхватывает ее на руки, и она влетает в башню. Кубики дождем сыплются на пол, разлетаясь по гостиной.
— Все кончилось! — плачет Джек. — Гигантский хамелеон разрушил последнее здание в городе! Она подняла кулаки в триумфе…
Ками хихикает и переворачивается на живот.
— А потом она отдохнула, — импровизирует Джек. — Ее энергия была потрачена. Пепел некогда процветающего мегаполиса горел и светился вокруг нее. Она выполнила свое задание. Она сровняла с землей злой город Бристоль.
Он протягивает руку и подхватывает ее, подбрасывая в воздух. Она радостно кричит, хватаясь за его волосы.
Я стою в дверях и смотрю на их игру. Джек и Себ выглядят такими расслабленными, какими я их никогда не видела. А Ками в полном восторге, она греется в лучах внимания своих отцов.
В коридоре раздаются шаги, и я чувствую за спиной теплое тело. Я прислоняюсь к Сайрусу, позволяя ему обхватить меня за талию.
— Как ты себя чувствуешь? — тихо спрашивает он, его дыхание касается моих волос.
— Прекрасно. Счастливой.
Я ожидаю, что он кивнет и бросит это, но он только хмурится. Его лицо прищурено.
— Я серьезно. Ты в порядке? — он трет глаза. — Черт, это глупый вопрос. Конечно, ты не в порядке. Я просто… — Он вздыхает, касаясь моей щеки. — Мне так жаль, детка. Я знаю, что ты очень хотела детей.
Я опускаю глаза. Мне удается держать себя в руках около двух секунд, прежде чем я начинаю плакать.
Сайрус издает низкий звук в глубине своей груди.
— Бетти.
Он притягивает меня к себе, и я вжимаюсь лицом в его рубашку, позволяя слезам впитаться в мягкий хлопок. Его рука медленно перебирает мои волосы.