Нянечка для соседей (ЛП)

Ребята молчат. Вопли Ками достигают нового крещендо, и до моих ноздрей доносится очень знакомый запах.
— О, бл…ин, — говорит Сайрус. — Дерьмо. Дерьмо, дерьмо, дерьмо. — Он поднимает Ками, которая теперь корчится в своем чрезвычайно полном подгузнике, и передает ее мне. — Твоя сперма, чувак.
— Мы должны переодевать ее в том чулане? — спрашивает Джек, в голосе которого звучит ужас. — Как это вообще возможно?
— А если будет турбулентность? — пробормотал я, крепче прижимая к себе Ками. Она прижимается лицом к моей шее, смачивая слезами воротник. — Что, если я уроню ее?
Наступает долгая пауза. Сайрус откидывается на спинку кресла.
— Я скучаю по Бет, — бормочет он.
ГЛАВА 58
БЕТ
Как только я понимаю, как сильно запаздывают месячные, я хватаю ключи и бегу в ближайшую аптеку. Я покупаю три теста на беременность трех разных марок, и кассирша с сочувствием смотрит на меня, распечатывая чек. Придя домой, я бегу в ванную и использую их один за другим.
Каждый из них оказывается отрицательным. Я сажусь на сиденье унитаза и смотрю на три маленьких отрицательных символа.
Это не имеет никакого смысла.
Может быть, это все в моей голове, но я чувствую себя по-другому. Я чувствую себя по-другому уже несколько недель, но никак не могу понять, в чем дело. Словно что-то изменилось в моем теле. Я была эмоциональной и распухшей. Моя грудь стала более нежной. Меня часто тошнило и знобило. А теперь у меня прекратились месячные. Как, черт возьми, я могу быть не беременна?
Поэтому я записываюсь на прием в клинику уже сегодня.
Все происходит очень быстро. Я прихожу к врачу в два часа. Он заставляет меня заполнить анкету о моих симптомах. Там более сотни вопросов, касающиеся всего: головных болей, приливов жара, перепадов настроения. Когда он читает мои ответы, то сразу же назначает анализ крови и УЗИ. Я должна лечь в больницу, чтобы пройти обследование.
Когда я лежу на больничной койке, а медсестра размазывает по моему животу холодную жижу, я не могу отделаться от грусти. Я всегда представляла, что когда мне в первый раз будут делать УЗИ, на кресле рядом со мной будет сидеть мой мужчина и держать меня за руку. Я подумываю написать ребятам, рассказать им, что я делаю, однако они по-прежнему в пути. После недолгих раздумий я решаю, что надо подождать, пока у меня не будет твердого ответа. Это и так стресс — лететь за границу с ребенком, а тут еще и конференция. Нет смысла пугать их до смерти, если это окажется ложной тревогой.
К тому же, каким бы ни был результат, мне бы очень хотелось рассказать им все с глазу на глаз.
На следующее утро мне звонят. К девяти утра я снова сижу в кабинете врача и жду результатов. Мои руки уже вспотели от нервного напряжения. В ожидании врача я достаю телефон.
Вчера вечером я получила только одно сообщение от ребят: быстрое фото от Сайруса, на котором изображены Джек и Себ, раскинувшиеся на большой двуспальной кровати. Себ держит на руках плачущую Ками, пытаясь накормить ее, а Джек пытается отвлечь ее своим львом. Они оба выглядят изможденными.
«Приехали в целости и сохранности», пишет Сайрус. «Ками скучает по тебе xxx»
Я пробегаю глазами по фотографии, делая глубокий вдох.
Мне страшно. Я знаю, что если беременна, то оставлю ребенка. Это будет трудно — я еще не готова, — но я справлюсь. В худшем случае у Ками будет брат или сестра, с которыми она сможет играть. Верно?
Моя ободряющая речь не срабатывает. Тошнота подкатывает к горлу. Я не уверена, что это — утренняя тошнота или просто тревога. Я сжимаю мамин браслет, надеясь, что он придаст мне хоть немного сил.
В палату заходит врач с планшетом в руках. Это высокий мужчина с белыми волосами и густыми усами.
— Доброе утро, Бет, — приветствует он, усаживаясь в кресло напротив моего.
— Доброе утро. — Я нервно улыбаюсь ему, но он не улыбается в ответ. Его лицо серьезное. А оно не должно быть серьезным, не так ли? Беременна я или нет, это не повод смотреть на меня так, будто я умираю.
 
Боже мой. Я умираю?
— Итак? — спрашиваю я, когда он ничего не говорит. — Я беременна?
Он колеблется, затем протягивает мне через стол коробку салфеток. Я смотрю на нее, страх бьется у меня в горле.
— Что? — шепчу я. — Что случилось?
Он прочищает горло.
— Ваш анализ крови показал отрицательный результат на беременность.
— Ох. — Я обдумываю это. Я не уверена в своих чувствах. Я не очень-то хотела быть беременной; сейчас совсем не подходящее время. Но я не могу побороть чувство разочарования, которое пульсирует во мне. — Тогда почему у меня не было месячных?
— Боюсь, что анализ крови показал, что у вас проблемы с гормональным фоном. Похоже, что у вас сейчас преждевременная менопауза.
Я уставилась на него.
— Менопауза? Мне всего двадцать шесть.
— Преждевременная менопауза может наступить практически в любом возрасте. Она может быть спровоцирована медицинским лечением и аутоиммунными заболеваниями, но самый большой фактор риска — генетический. У кого-нибудь из женщин в вашей семье менопауза наступила в двадцатилетнем возрасте?
У меня голова идет кругом.
— Я не знаю. Я не знаю никого из своей семьи. — Он поднимает бровь. — Я выросла в детском доме.
— Ах, понимаю, что это может быть проблемой.
Я тяжело сглатываю.
— Так… что это значит? Мне придется принимать гормоны или что-то еще?
Он кивает.
— Да, вам придется пройти курс гормональной терапии, чтобы нейтрализовать возможные проблемы со здоровьем в дальнейшем. Ранняя менопауза может привести к остеопорозу и сердечно-сосудистым заболеваниям.
— Но пока я буду принимать таблетки, все будет хорошо?
Он бросает на меня сочувственный взгляд.
— По большей части. К сожалению, с точки зрения фертильности, последствия менопаузы нельзя обратить вспять.
Мое сердце начинает биться быстрее.
— Что вы имеете в виду?
— Ваши яичники больше не выделяют яйцеклетки. Вы не можете иметь детей.
— Но я только сейчас начала чувствовать симптомы. — Мой голос становится все выше, я начинаю паниковать. — Разве для того, чтобы пройти через менопаузу, не требуется несколько лет?
— Судя по уровню ФСГ в вашей крови, скорее всего, вы ощущали симптомы в течение многих лет. Симптомы при менопаузе очень похожи на симптомы предменструального синдрома.
Я пристально смотрю на него.
— Я не могу заморозить свои яйцеклетки, или что-то в этом роде? У меня были месячные… — Я пытаюсь отсчитать недели назад, но мой мозг заполняется помехами. — Это было не так давно!
— Поскольку у вас все еще периодически бывают месячные, вполне возможно, что у вас сохранились жизнеспособные яйцеклетки. Но… — Он колеблется, сочувствие смягчает его взгляд. — Я бы не надеялся на это, Бет. Шансы невелики. Может быть, если бы мы обнаружили это раньше…
Он продолжает говорить, но я его не слышу. Все, что я слышу, — это собственное дыхание в ушах и шум дождя, бьющего по оконным стеклам кабинета. Я сгибаю пальцы, дрожа. Моя кожа застыла и онемела. Я так переполнена эмоциями, что даже не знаю, что чувствую. Знаю только, что мне больно.
Доктор заканчивает говорить и выжидающе смотрит на меня.
— Спасибо, — шепчу я, шатко встаю и беру рецепт, который он мне протягивает. — Большое спасибо.
Я поворачиваюсь и как в тумане иду обратно через приемную, едва успевая заметить, как регистраторша прощается со мной. Как только я подхожу к двери, она открывается. Внутрь заходит сильно беременная женщина, держась за руки с мужчиной. Они оба смеются, стряхивая дождевую воду с одежды и волос. Я замираю, глядя на них, сердце бьется в груди.
Она нормальная. Она может иметь ребенка. Почему? Почему? Что у нее есть такого, чего нет у меня? Я начинаю тяжело дышать, на глаза наворачиваются слезы.
— Ты в порядке, милая? — спрашивает женщина. — Ты словно ты увидела привидение!
Я молча киваю, проскальзываю мимо нее и выхожу под дождь.